Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия этой страницы: ВоенКаф
форумные ролевые игры > Закрытые форумы > Архив форумов > Завоеватели
Predsedatel GKofE
#TOPIC# f=56
Уважаемые игроки и не только! Здесь на Военной Кафедре Завоевателей, вы можите получить полезные сведенья о разных аспектах военного дела.

Тут будет выкладываться информация, которая может вам помочь во время игры. Также на кафедре вы можите задавать вопросы по военному делу(если вы игрок Завоевателей, то не пишите вопросы, касающиеся конкретной ситуации в игре, другие игроки могут узнать сведенья, касающиеся вашей армии и которые знать не обязаны).

Вы можите присылать свои сведенья и дополнения, что будет весьма кстати, вся дублирующаяся информация будет удалена. Ссылки кидать мне на пагер!


Оглавление:

Оружие Средневековья - 1стр
Сабли, скимитары, ятаганы и прочее "кривое" оружие - 1стр
Боевые построения пехоты - 1стр
Боевое применеие драконов - 1стр

Ссылки:
Очень хороший сайт о немецкой бронетехнике периода ВМ2, есть все проектные разработки
Сайт о бронетехнике, ее истории и применении.
Прекрасный сайт о истории оружия и военной экипировки
Хороший саийт о военной технике древности

Этот пост будет обновлятся.

ОФФТОП КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕН!
Predsedatel GKofE
Оружие Средневековья


МЕЧ, рубящее и колющее длинноклинковое (до 1,5 м) оружие с прямым обоюдоострым клинком. Бронзовый М. появился во 2 тысячелетии до н. э., железный — в начале 1 тысячелетия до н.э. Длина их была не более 70 см. Эфес меча состоит из рукояти, гарды (обычно типа крестовина) и головки. У некоторых мечей гарда может иметь форму круга, а головка представлять собой набалдашник. В качестве дополнительных элементов защиты руки отдельные мечи имеют дужки и лангет (небольшой щиток для защиты большого пальца). Рукоять обычно делается из дерева и оплетается проволокой (либо выполняется целиком из металла). Головка представляет собой металлический шарик, который может иметь шляпку (расклепанный конец хвостовика).

Крестовины меча двоякого рода: прямые и с опущенными концами. Мечи с крестовинами второго типа наиболее пригодны для рубки с коня. В процессе развития, в зависимости и от оборонительного вооружения, и от приемов боя, форма меча изменялась.

После падения Римской империи и до выделения рыцарской конницы в главную ударную силу на поле брани, то есть в период с 6 по 10 вв., длинный меч стал массовым оружием во всем регионе.Ведущим типом меча в этот период стал каролингский, названный так в честь правящей во Франции династии Каролингов. Такие мечи, широко распространенные во всей Европе, были длиной 80 — 90 см, шириной 5 — 6 см и имели прямой клинок, который мог быть как обоюдоострым, так и иметь одностороннюю заточку и скошенное в одну сторону острие.

Скандинавский меч, который еще называют норманским, очень хорошо подходил рослым и физически сильным викингам. Он был достаточно толстым в поперечнике, имел очень массивный противовес (у некоторых мечей размером почти с кулак) и небольшую гарду (или вообще не иметь ее). Некоторые мечи имели на навершии крюк или небольшой крюкообразный клинок, которым можно было атаковать противника, уведя в сторону его меч основным клинком.

Мечи 9 — 10 вв. имеют ровный широкий клинок, закругленный к концу, и являются только рубящим оружием. Мечи 11 — 12 вв. с заостренными концами и слегка сужающимися книзу клинками имеют значение не только рубящего оружия, но и колющего. Мечи изготовляли из железа и сварочного булата. В конце 12 в. рукоять меча удлиняется настолько, что позволяет действовать двумя руками. В этот период мечи имеют заточенные у острия клинки, способные проникать сквозь сочленения доспехов.

Ножны у мечей деревянные и покрываются кожей или материей и привязываются к поясной портупее на перевязи, каждый конец которой, разрезаный на ремни, образует плетеное кожаное кольцо.

Ремни эти обычно покрыты бархатом, шелком и шиты золотом, а иногда украшены финифтью. К этому времени относится появление рыцарского оружия. Рыцарские мечи выделяются своей красотой, считаясь благородным оружием. В продолжение месяцев их оставляли лежать на алтарях, они участвовали в литургии, их благословляли священники и даже освящали. Лучшие хранились в сокровищницах монастырей под алтарями, на могилах своих бывших владетелей. Им дают имена, как это делалось еще во времена Каролингов; при инвеституре, короновании, посвящении они участвуют в церемонии в силу строго соблюдаемого завета. Их происхождению часто приписывали сверхъестественный характер; некоторые из них якобы обладали волшебными свойствами.

В первой четверти 14 в., после внедрения латного доспеха, клинок рыцарского меча стал длиннее, что увеличивало силу его удара и дистанцию. Так появился полутораручный меч, сначала в Германии, потом — в Англии, затем — в остальных странах Западной Европы.

Классический рыцарский длинный меч окончательно оформился к 13 в. Средняя длина его клинка составляла 75 — 80 см, максимальная — 90 см. Меч был плоский, шириной 5 см и имел долы. Гардой служила простая перекладина, дужки которой могли незначительно загибаться вверх. Рукоять, рассчитанная на одну ладонь, имела в длину 10 см. Заканчивалась она навершием-противовесом, которое очень часто использовалось как тайник для хранения какой-нибудь христианской реликвии, повышающей «святость» меча и боевые качества его владельца. Поэтому рыцари навершие в бою не использовали. Вес меча составлял 1,25 — 1,8 кг.

В настоящее время, согласно европейской классификации, под коротким мечом понимается меч длиной до 60 см (2 фута), длинным — от 60 до 115 см (2 — 3,5 фута), полутораручным — 115 — 145 см (3,5 — 4,5 фута), двуручным — больше 5 футов, то есть 152 см. Клинок последнего был шириной 5 — 6 см. Длина его рукояти составляла около 30 см, весил он от 3,5 до 5 кг. Двуручный же «тяжелый меч» весил до 8 кг и мог доходить в длину до 2 м.

На Руси меч являлся дорогостоящим предметом вооружения, часто передавался от отца к сыну. Мечи 10 — 12 вв. имеют клинок длиной около 100 см, шириной 4 — 6 см, толщиной средней части клинка 3 — 6 мм. Переход в 14 — 15 вв. от кольчуги к наборным доспехам повлиял и на эволюцию меча. Доспехи в бою легче было проколоть, чем разрубить. Поэтому прежнее рубящее действие меча заменяется в 14 в. на колюще-рубящее. Мечи становятся длиннее (до 120 — 140 см). Их рукоять делают большой, крестовину — прямой и длинной (до 26 см). На клинке меча появляются трехрядные долы.

КОПЬЕ, колющее или метательное (общей длиной от 1,5 до 5 м) длиннодревковое оружие. Появилось в эпоху палеолита (древний каменный век). Первоначально представляло собой заостренную палку, позднее — древко с наконечником. История развития копья — это история трансформаций, скрещивания и мутаций всевозможных видов наконечников. Специфика использования оружия на длинном древке заключается в работе на большой дистанции и потому взлет и упадок этих видов оружия тесно связан с развитием вспомогательных боевых элементов. Хотя копье — один из наиболее древнейших видов оружия и останки копий найдены в наиболее древних культурных слоях человеческих стоянок, все же расцвет копья начинается в бронзовом веке, когда появление металла повлекло расширение и разнообразие форм наконечников. Прежде всего изменился способ крепления наконечника к древку; если раньше он привязывался с внешней стороны древка за хвостовик, то теперь наконечник либо одевался как перчатка и, кроме того, при наличии внешних кольцеобразных ушек, туго привязывался шнурком, пропущенным через ушки, расположенные в нижней части наконечников, либо сам расклинивал древко, впиваясь в него, как палец в напальчник. В Древней Руси копье являлось самым распространенным видом вооружения.

Копье состоит из древка — ратовища, иногда называемого также искепищем, и железного или булатного наконечника, состоящего в свою очередь из пера, т.е. клинка, трубки, или тулеи, куда вставляется древко, шейки — самой тонкой части между тулеей и пером и у более поздних копий — яблока — расширения на шейке. Железная оковка на конце древка, служившая для упора в землю, также в виде копьеца, называется подтоком. Для скрепления древка-ратовища с наконечником в тулее обычно делалось два круглых отверстия, в которые вбивались гвозди — загвоздки. Более древние копья 11 — 14 вв. были чрезвычайно разнообразны по величине и по форме: от плоских, листовидных, до узких, длинных, трех- и четырехгранных, наподобие жала. В раннюю пору копья с жаловидным острием встречаются гораздо реже и связываются археологами с культурами сибирских и финских народностей. Длинные граненые копья получают распространение в России с 16 в. в связи с усилением кольчуги на груди и спине сплошными металлическими пластинками — зерцалами, требующими для поражения более сильного удара. Несомненно, разные типы копий долго сосуществовали. В Новгороде применялись четырехгранные бронебойные копья и в 14 в. Копье переходной формы уже узкое и четырехгранное, но еще почти ромбовидное, использовалось в 13 в. С 14 — 15 вв. начинает появляться и яблоко, обычно отсутствующее в копьях 11 — 13 вв. В 16 в. от тулеи копья начинают оттягиваться помочи, или пожилины, усиливающие древко копья в верхней части. Они особенно увеличиваются в 17 в., когда копье поступает на вооружение копейных рот нового строя.

Сама форма наконечников стала более разнообразной. Можно выделить пять копейных разновидностей наконечников.


1) Простая вытянутая, жалообразная форма наконечника имела наибольшее распространение наряду с треугольной формой. Наконечник одевался на древко и служил его естественным и усиливающим продолжением. Наконечники жалообразной формы предназначались для нанесения глубоких проникающих ран, имели обычно четырехгранную форму и копье с такими наконечниками являлись обычным вооружением пехоты в составе регулярных боевых соединений. Помимо наконечника, копья имели «султан» — цветной развевающийся на ветру хвост обычно из конских волос, который крепился вблизи наконечника и служил не только украшением, но и для впитывания и задержания крови, льющейся из раны противника на древко. Испачканное в крови древко скользило бы в руках, не позволяя нанести точный и сильный удар. Той же цели — предохранению руки от скольжения по древку — служил выступ, располагавшийся в районе центра тяжести копья и способствовавший более устойчивому удержанию копья во время боя.

2) Другой, очень распространенной формой наконечника, являлась листообразная форма. Такие наконечники имели две сильно выраженные плоские симметричные режущие поверхности, плавно расширяющиеся в начале и медленно сужающиеся к кончику наподобие вытянутого равнобедренного треугольника. Для усиления наконечника и придания ему большей прочности вдоль него к острию тянется дополнительное ребро жесткости. Раны, наносимые копьем с треугольным наконечником, являются более широкими и вызывают обильное кровотечение. В то же время, наконечник обладает меньшей прочностью и не предназначен для пробивания доспехов. В целом, раны, наносимые треугольным наконечником, являются более опасными. По мере перехода от бронзового оружия к металлическому, удельный вес копья с такими наконечниками увеличивается, т.к. более прочный железный наконечник компенсировал ослабление из-за расширения.

3) Логическим продолжением идеи расширения лезвия наконечника явились наконечники ромбовидной формы. Такие наконечники широко использовались при охоте на диких животных, а также при борьбе пехотинцев с кавалеристами и всадников с пехотой. Для нанесения раны таким копьем требовалось значительное усилие, которое развивал всадник на полном скаку, либо пехотинец, уперевший один конец древка в землю, а острие направивший на коня налетающего кавалериста. Часто копье снабжались более толстым, чем обычно, древком, способным не обломиться под тяжестью налегающего тела.

4) В противовес копьям с расширенным ромбовидным наконечником и усиленным древком, рассчитанным на борьбу пехотинца со всадником, появляется также вариант копья с удлиненным наконечником.

Кинжалообразный прямой клинок был особенно удобен кавалеристам, наносившим глубокие проникающие раны и способным работать таким копьем на дальней дистанции наподобие меча. Из оружия, используемого для прямолинейных колющих движений, копье постепенно трансформируется в многофункциональное гибкое приспособление для боя на дальней дистанции с использованием круговых, вращательных, спиральных и других движений, блоков и финтов. Т.к. всадник был способен таким кинжальным наконечником «пропороть» противника насквозь, то, чтобы лезвие не вязло в теле, сразу за ним часто располагался ограничитель, отделявший лезвие от древка. Для придания наконечнику большей прочности по центру его проходило ребро жесткости, по направлению к которому клинок постепенно утолщался.

5) Интересной разновидностью кинжалообразного клинка являлся кривой клинок в форме сужающейся волны.

Применение волнообразного клинка имеет свои особенности. Прежде всего, кончик всегда направлен под некоторым углом к горизонтали, что позволяет ему под усилием огибать твердые поверхности и соскальзывать с них. Например, кинжальный клинок, попав в бляшку, пуговицу на одежде, не пойдет дальше. Волнообразный клинок соскользнет с такого препятствия и пройдет мимо него, поразив противника рядом с пуговицей. Попытки сочетать достоинства зазубренных или волнообразных краев с широким клинком наконечника приводят к возникновению многочисленных вариантов копий, имеющих два, три и более утолщений на широких, «листообразных» наконечниках. Однако, в отличие от волнообразных клинковых наконечников, такие зазубренные наконечники труднее проникают вглубь тела противника, а проникнув внутрь, часто застревают там. копья с такими наконечниками предпочитали использовать для метания, причем всадники часто привязывали к древку ремешок или веревку, позволяющую подтянуть копье назад в случае промаха и использовать копье вторично. Вообще же опытный воин метал копье очень точно, чему предшествовали многочасовые тренировки с мишенями, и дальность боя копья, брошенного рукой, составляла 30 — 40 м. Многие народы использовали для метания копья специальные метательные дощечки, которые, как бы, удлиняли руку воина, и за счет получаемого дополнительного плеча значительно выигрывали в силе броска. С помощью метательной дощечки дальность боя повышалась до 70 — 80 м, что, однако, практически полностью потеряло свою актуальность после широкого и повсеместного распространения луков. Тренировкам копейщиков уделялось значительное время и внимание во всех странах мира, т.к. копье являлось основным оружием боя на средней дистанции. Всадники тренировались, нанося удары копьем на полном скаку по специальным мишеням, вначале неподвижным, но, по мере усложнения тренировки, перемещаемыми с переменной скоростью. На конец копья надевался кусок тряпки, окрашенный красителем, так что место попадания в мишень было сразу видно. Потом переходили к поединкам между двумя воинами с использованием копий с тупыми наконечниками, окрашенными краской. Искусство воина владеть копьем достигало исключительных высот в закрытых монастырских школах древнего Китая. Для использования копья в бою монахи имели все предпосылки, так как традиционно монашеским оружием был идейно сходный с копьем посох. Монахи сумели абстрагировать главную суть посоха — длинное древко как у посоха и острый конец, способный проткнуть противника. Они лишили копье бросавшейся в глаза ассимметрии, и возникло завершенное по своей сути оружие профессионала — копье с наконечниками по обеим сторонам древка.

Существовали и другие варианты развития той же идеи — использовать второй конец древка не менее эффективно, чем конец с наконечником. Копье могло иметь утолщенный второй конец, что позволяло использовать его в качестве дубинки, а кроме того, делало копье, в целом, более сбалансированным; утолщение на другом конце копья уравновешивало тяжелый и широкий клинок наконечника, что было особенно важно для всадников. Они имели возможность помещать копье поперек седла и работать обоими его концами.

Еще одной разновидностью наконечника, широко распространенной в средневековой Европе, была форма наконечника в виде рога. Эта естественная природная форма полностью соответствовала требованиям прочности и надежности.

ЛУК, оружие для метания стрел. В древности он был основным метательным оружием дальнего действия, а в некоторых древневосточных обществах — основным видом оружия вообще. Исключительно ценные боевые качества лука были освоены уже в эпоху мезолита. Лук был важнейшим техническим изобретением древности, позволявшим настигать прежде недоступную добычу, а при военных действиях обеспечивавшим поражение противника на далеком, безопасном для стрелка расстоянии. Если применение камня, дубины или копья можно объяснить случайностью (ведь эти предметы окружают нас), то лук является изобретением, искусственно воплощенным замыслом.

Простой лук представлял собой деревянную палку, согнутую в дугу, концы которой стягивались тетивой. Первый шаг на пути совершенствования лука был сделан, когда луки стали делаться не из одного, а из двух кусков дерева, соединенных в середине под некоторым небольшим углом и усиленных в определенных местах накладками из различных материалов. Сила боя из такого лука зависела от его величины и прочности центральной части. Вторым шагом явилось создание т.н. композитных луков, сделанных не из одного, а из нескольких сортов древесины. Эти луки даже при меньших размерах обладали значительно лучшими боевыми качествами. Композитные луки повсюду вскоре стали основным оружием в древнем мире. Они сгибаются обычно в направлении, противоположном тому, в котором они находятся в ненатянутом состоянии. Композитный лук делался из трех различных материалов. Сначала изготовлялся тонкий, расширяющийся к концам основной хлыст, проходящий по всей длине лука и работающий в качестве каркаса. Обычно для него использовались прочные, гибкие и легкие сорта древесины или бамбуковые пластины. Еще два слоя древесины образовывали спинку и внутреннюю сторону лука, а между ними прокладывались несколько сортов древесины, расположенных ребром, т.е. с перпендикулярным расположением волокон для обеспечения большей прочности. Все эти детали проклеивали клеем, обматывали веревками, пальмовым лыком или другими материалами и покрывали лаками для предохранения от сырости. Тетиву изготовляли из растительного волокна или жил животных и хранили в специальных шкатулках, предохраняя от растяжения, высыхания и сырости.

Первостепенная значимость лука как орудия охоты и боевого оружия отразилась в богатейшем комплексе идеологических представлений самых различных народов планеты, где он является олицетворением мироздания, сил и процессов плодородия и т.п.

Типология лука основывается на двух параметрах: конструкции предмета и его форме. Хотя форма во многом зависит от конструкции, зависимость эта весьма относительна: простую палку можно выгнуть в самую сложную форму, а самый сложный лук может иметь вид простой палки. Луки можно по конструкции подразделить на следующие типы: 1) простой, т.е. состоящий из одного цельного куска дерева; 2) усиленный, когда цельнодеревянная основа усиливается в определенных местах накладками из пластин дерева, рога, кости и других твердых материалов, а также путем привязывания или приклеивания пучков сухожилий; 3) сложный, когда древко лука состоит из более чем одного слоя дерева или другого твердого материала, причем основной слой материала (практически всегда дерево) представляет собой цельный по всей длине лука кусок; 4) составной, когда древко лука собирается из нескольких коротких кусков, образующих его длину. Три последних конструктивных приема могут и, как правило, применялись одновременно для изготовления одного изделия, что позволяло крайне разнообразить конструкцию лука, добиваясь от него необходимых для каждой конкретной задачи свойств. Что касается формы лука, то она варьируется весьма широко, однако для определенных форм луков характерны определенные варианты конструктивных типов. Существующая «этническая» («скифский» лук, «гунский» лук и т.п.) терминология при типологизации отражает сочетание определенной формы лука с определенной конструкцией, связанных с традицией какого-либо этноса и в принципе может быть приемлема, если только не забывать, что эти названия условны, ареал распространения каждого типа много шире ареала этноса-«эпонима».

Особенно широкое распространение лук получил в Египте. Древнеегипетские луки по конструкции были простыми, а по форме — сегментовидными и двояко-выгнутыми. В Египте лук был важнейшим оружием, широко применявшимся на войне в течение всей его древней истории. Не стоит думать, что простой лук является всегда более слабым, чем луки остальных типов: будучи крупных размеров (а египетские луки часто превышали 1,5 м), при применении соответствующих пород дерева, простой лук был очень мощным оружием, примером чему могут служить английские луки, в пределах 100 м пробивавшие доспехи. Наряду с простыми в середине II тысячелетия до н.э. в Египте применялись и сложные луки, склеенные из пластин дерева разных пород, рога и иногда усиленные сухожилиями. По форме эти луки были сегментовидными, как и простые, тех же размеров и, как и они, не рефлексивными, т.е. в спущенном, без тетивы, состоянии они не были изогнуты в обратную натяжению сторону. Сила этих луков была очень большой: стрела из него пробивала медную доску толщиной в палец. Эти сложные луки проникли в Египет из Месопотамии, где были распространены не только сложные, но и сложно-составные луки. Росший в большом изобилии в Месопотамии бамбукоподобный тростник был прекрасным материалом для луков и стрел.

Большая эффективность щитоносной фаланги копейщиков в сочетании с плотной массой сражавшихся одновременно топором и копьем тяжеловооруженных воинов, предводительствуемых колесничными копейщиками и дискометателями, отодвинули дистанционный бой в Месопотамии середины III тысячелетия до н.э. на второй план. В то же время на северо-западе Месопотамии появляется «скифский лук». Его появление и распространение связано непосредственно с конницей скотоводов евразийских степей. Этот лук был маленьким, сигмообразным, размером до 100 см, что иногда связывают с удобством стрельбы с коня, хотя, с другой стороны, известны весьма крупные луки — монгольские, китайские, а то и очень длинные японские, которые с успехом использовали всадники.

Лук жителей евразийских степей был крупным, свыше 1,2 м длины, простым, сегментовидным. Подобные луки были очень сильны, и их приходилось натягивать, уперев нижний конец в землю и помогая ногой.

В новом появлении «скифского» лука решающую роль сыграли традиции востока Азии второй половины 2 тысячелетия до н.э. Восточносибирские луки того же периода были больших размеров, сложносоставные, деревянно-роговые. К этому же типу относятся китайские луки с их сигмообразной формой, с особо крупным и особо загнутым верхним рогом, который снабжался накладкой из нефрита. Это уже вполне сформировавшиеся, сложносоставные, крупные (до 140 см длиной) рефлексивные мощные луки, которые без особых изменений изготовлялись и применялись в Китае на протяжении всего I тысячелетия до н.э. Луки составлялись из разных слоев и кусков дерева различных пород, бамбука, рога, пучков волокон. Для появления этих луков необходимо было наличие комплексно-земледельческо-скотоводческого хозяйства, в котором развитие скотоводства давало возможность широко использовать рог, кость, сухожилия, а керамическое производство позволяло варить клей, сухожилия, соблюдая сложные технологические условия.

Древнейшие степные луки «скифского» типа восходят к китайским, не уступая им по размерам. Уменьшение их размеров происходило постепенно к середине 1 тысячелетия до н.э. в связи с распространением на Запад. А около 8 в. до н.э. максимально уменьшившийся «скифский» лук вновь попадает на Ближний и Средний Восток вместе со специфическим комплексом принадлежностей и снарядов для стрельбы — характерными наконечниками стрел и футляром, где хранились вместе и лук и стрелы.

Классическая форма «скифского» лука включает следующие обязательные признаки: выгнутую в сторону стрелка рукоять, достаточно длинную; плечи, приблизительно вдвое превышающие рукоять по длине и резко отогнутые назад, почти прямые, поэтому изгиб перехода от рукояти к плечу не столько округл, сколько угловат.

Кавказские луки с выгнутой наружу рукоятью восходят к западноиранскому варианту треугольного лука, «скрещенного» с сегментовидным луком.

На территории Руси сложный лук был известен уже в 1 тысячелетии до н.э. Воины Киевской Руси широко пользовались им в бою и на охоте. До нашего времени дошли луки, которыми пользовались всадники поместного войска в 15-17 вв. Материалом для их изготовления служили рог, вареные сухожилия крупных животных и дерево твердых пород — можжевельника, березы, ясеня, дуба. Эти заготовки склеивали клеем из рыбьей чешуи и помещали под пресс. Потом собранный вчерне лук для лучшей сохранности оклеивали берестой, тонкой кожей или пергаментом, покрывали лаком. Каждая часть лука имела свое название. Главные части лука — древко и тетива. Древко является пружиной, тетива — струной. Части древка: средняя — кибить, середина кибити — рукоять или рукометь, концы — рога, толстая часть рогов — подзоры, тонкие — мадианы, вставки против мадиан — кости (они делались из кости или рога, чтобы тетива хорошо держалась на месте и не протирала деревянные концы лука). Футляр для лука назывался налучье (или лубье), для стрел — колчан. Вместе они составляли комплект, называемый саадаком. Изготовляли саадаки из кожи или сафьяна. Налучье с луком воины носили на левой стороне, колчан со стрелами — на правой. Дальность стрельбы из лука достигала 300 шагов, при стрельбе с лошади увеличивалась на 50-60 шагов. Лук применялся в России до 17 в., а воины Башкирского, Тептярского и Калмыцкого войск пришли с ним в 1814 даже в Париж.

Страной, где лук был распространен очень широко, была Англия. Английские лучники были вооружены луком, длина которого равнялась 1,83 м, длина стрелы — от 0,915 м до 1,5 м, дальность полета легкой стрелы до 350 м, тяжелой стрелы 180 — 200 м, меткость — до 100 м: стрела попадала в стрелу.

По техническим данным лук вогулов превосходил длинный английский лук. Длина лука вогулов достигала 2,135 м, длина стрелы — от 1,7 м до 2 м, дальность полета стрелы — 350 м.

Рыцарские латы легкой стрелой длинного английского лука пробивались с 70 м, тяжелой — на дистанции до 150 м. Однако в 1364 в бою при Ордуа стрелы английских лучников не пробивали панцирей французских рыцарей. Скорострельность лука была очень высокой. Английские лучники выпускали в минуту 10 — 12 стрел, а знаменитые в то время генуэзские арбалетчики только четыре стрелы. Лучник мог через тетиву забрасывать лук за спину и вести рукопашный бой. Вертикальное положение лука в бою (у арбалета для стрельбы обязательным являлось горизонтальное положение) позволяло на одном и том же участке построения разместить в два-три раза больше лучников, чем арбалетчиков. В этом заключались тактические преимущества лучников перед арбалетчиками.

Национальным оружием крестьянства в Англии долгое время оставался длинный тисовый лук, стрелы которого на расстоянии до 300 шагов пробивали рыцарский панцирь. В бою при Кресси (1346) английские лучники выпускали от 10 до 12 стрел в минуту. Применение лука почти прекращается в европейском вооружении с половины 16 столетия; лишь ландскнехты и английские стрелки применяют его позднее (последние даже в 1627). Колчаны для стрел обычно делались из дерева и нередко украшались резьбой и позолотой. Чтобы тетива спущенного лука не ударяла по пальцам, последние защищались браслетом, металлическим или из слоновой кости.

У индейских племен Бразилии лук и стрелы были главным орудием охоты. С луком индейцы Бразилии охотились как за дичью, так и за рыбой, стреляя в нее с лодки. Длина лука достигала 2,5 м, длина стрелы 1,5 — 2 м. Индейский стрелок попадал в цель на небольшом расстоянии. Американские индейцы били из лука бизонов. Индусы охотились с луком на тигров. Сибиряки били из лука самых крупных зверей: медведей, лосей, оленей и т.п. Японцы делали лук из китового уса и бамбука.

Современный спортивный лук — прямой потомок сложного боевого. К древку, состоящему из двух армированных стеклопластиком деревянных плеч и рукоятки из металла или дерева, крепятся подвижный прицел, полочка для опоры стрел и до четырех стабилизаторов; 3-мм тетива свита из прочных синтетических нитей. Спортивный лук изящен и легок: при размерах в рост хозяина весит чуть более 1,5 кг. Большинство спортивных луков, спроектированных для охоты, являются, по сути, многофункциональными, то есть могут использоваться и в соревнованиях по стрельбе в цель. Их плечи, фиксируемые на массивном основании регулировочными винтами, сделаны из стекловолокна и твердых пород дерева; рукоять из полужесткой резины не скользит в руке; камуфлирующая окраска говорит об изначальном предназначении. Система блоков со стальными тросиками, натяжение которых также регулируется винтами, позволяет оптимально распределить и уравновесить силы, действующие на тетиву, изготовленную из особо прочного и упругого синтетика с названием fast flight («быстрый полет»). 45-дюймовый (114-см) лук относится к разновидности полудлинных и может приводиться в действие непосредственно пальцами, а не только с помощью специального спуска.

АРБАЛЕТ (франц. arbalete, от лат. arcus — лук и ballista — метательный снаряд), самострел, метательное оружие в виде мощного лука, укрепленного на деревянной ложе (станке), что позволяет вести более точную стрельбу, принципиально отличаясь от лука по способу прицеливания.

Стрельба из арбалета ведется болтами (англ. bolt — стрела) — это короткие стрелы с кожаным или деревянным оперением (или без него). Первые арбалеты в европейских войсках появились в 9 в. В 1139 Папа Римский на втором Латеранском соборе предал арбалет проклятию как «богопротивное оружие» и предложил исключить его из вооружения христианских войск. Однако в последующие десятилетия 12 в. арбалеты не только не вышли из употребления, но напротив, получили повсеместное признание. Отказываться от них начали лишь в 16 в. по мере все большего распространения и совершенствования огнестрельного оружия, хотя германские ландскнехты использовали арбалет до конца 16 столетия, а британские стрелки воевали им даже в 1627. Средневековый арбалет состоял из деревянной ложи с прикладом, позволявшим вскидывать его на плечо. В ложе был устроен продольный желобок, куда клали короткую тяжелую стрелу (болт). К противоположной прикладу оконечности ложи прикрепляли лук, сделанный из рога, деревянных пластинок, стянутых жилами, либо из стали. Крепкую толстую тетиву обычно сплетали из воловьих жил или пеньки. Натянуть ее руками было очень сложно.

В зависимости от способа взведения тетивы средневековые арбалеты делились на три основных типа. У наиболее простого тетиву натягивали с помощью приставного железного рычага, называвшегося «козья нога». У более мощного арбалета тетиву натягивали зубчатым механизмом. А самым грозным и дальнобойным стал арбалет, снабженный воротом — блочным устройством с двумя рукоятками.

Каждый последующий из названных типов был совершеннее предыдущего, но требовал больше времени на перезарядку. Поэтому численно преобладали арбалеты первого типа. «Козья нога» висела на толстом широком кожаном поясе, соединенная с ним металлическими заклепками. Ею цепляли тетиву, ногой упирались в стремя на конце ложи за луком и, откидывая корпус назад, взводили арбалет в боевое положение. От случайных выстрелов избавлял предохранитель, а специальная защелка не позволяла стреле выпадать из арбалета при опускании его вниз.

На Руси арбалеты назывались самострелами. Они были известны здесь с 10 в. Самострел на Руси представлял собой небольшой, сделанный из рога или железа лук, крепившийся к деревянной ложе, на которой в имеющийся желобок закладывали короткие, кованые из железа болты. Натянутая тетива цеплялась за рычаг-спуск, нажимая на который стрелок спускал тетиву.

Позже самострелы стали подразделяться на ручные и станковые. Ручной самострел натягивался с помощью стремени (железной скобы для упора ногой, или ворота), а спуск производился простейшим спусковым устройством. Станковый самострел устанавливался на особом станке (раме) с колесами. В нем применялся стальной лук и толстая тетива из веревки или воловьих жил, для взведения которой использовалось зубчатое приспособление — самострельный коловорот. Введение коловоротов представляло собой крупное усовершенствование в устройстве самострелов, так как для натягивания тетивы самострелов, создававшихся в 12-14 вв., привлекалось до 50 воинов.

В 16 в. самострелы на Руси теряют свое значение из-за развития огнестрельного оружия.

В европейских войсках арбалеты служили долгое время параллельно с огнестрельным оружием, потому что по меткости не уступали первым его образцам и кроме того обладали бесшумностью; они состояли на вооружении в Западной Европе до конца 16 столетия.

Во время мировой войны 1914-1918 германцы применяли станковый арбалет в качестве гранатомета. Весь этот арбалет со станком был сделан из стали. Лук — рессорной конструкции, тетива — из стального троса; впереди рессоры имелась опорная перекладина, чтобы не было лишних напряжений лука и тетивы. Натягивали лук при помощи вращающейся рукоятки: при этом на вал наматывалась бечевка и тащила ползун тетивы до остановки на шептале спускового механизма. Силу натяжения лука, а следовательно, и дальности стрельбы можно было регулировать.

В нынешнем столетии арбалет иногда проявлялись как боевое оружие в национально-освободительных войнах, чаще всего они использовались в качестве самострела-ловушки.

С середины 50-х гг. в странах Запада развивается арбалетный спорт. Именно современные спортивные модели послужили образцом для создания боевых арбалетов. По своим габаритам и весу они близки к автоматам и пистолетам-пулеметам. Часто делаются разборными, что упрощает их транспортировку и маскировку.

За последнее время интерес к арбалету как к альтернативе огнестрельному оружию для решения некоторых специальных задач вновь возрос. Объясняется это в первую очередь совершенствованием конструкции самих арбалетов. Использование легкого пластика для изготовления ложи, современных легких материалов для лука позволили существенно снизить вес арбалета, а в некоторых образцах сделать его складным.

Приклады арбалета бывают как постоянными, так и откидными. Имеется целый набор оптических, лазерных и коллиматорных прицелов. Луки боевых арбалетов изготовляются из композитных материалов, тетиву к ним иногда крепят с помощью системы небольших блоков. Взведение ее осуществляется по-прежнему вручную, посредством стремени либо небольшого ворота. Прямо к ложе арбалета крепят от 3-х до 6-и стрел из металла или пластика. Имеются стрелы, снабженные взрывными и зажигательными снарядами, срабатывающими от взрывателей ударного действия. Спусковой механизм у всех моделей боевых арбалетов размещен в рукоятке пистолетного типа.

Современные образцы боевых арбалетов приняты на вооружение силами специальных операций во многих странах мира. По некоторым характеристикам арбалет опередил огнестрельное оружие в специфических условиях применения.

Дальность эффективной стрельбы зависит от материала и величины лука, материала тетивы, применяемой стрелы, используемого прицела. В боевых арбалетах применяют луки композитные или из высокоупругих легированных стальных сплавов. Их энергетическая емкость зачастую превосходит дульную энергию пули «парабеллумовского» патрона 9х19 мм, выстреливаемой из пистолета или пистолета-пулемета. К тому же боевая стрела, обладая великолепными аэродинамическими качествами, медленнее теряет энергию в полете, чем большинство пуль. В целом боевой арбалет превосходит по кучности и точности стрельбы на дистанции 50-100 метров большинство пистолетов-пулеметов, сохраняя эффективность стрельбы до 150 м. Что касается убойного действия стрел, оно достаточно велико и при попадании в жизненно важные органы противник погибает мгновенно. Однако у стрел есть и другое преимущество — использование специальных неизвлекаемых наконечников гарантирует тяжелое ранение противника. Опасны стрелы и для бронежилетов, в которых не используются стальные (керамические) пластины. Дело в том, что чрезвычайно острый наконечник не рвет, а раздвигает нити защитной ткани и стрела с таким наконечником «раздвинет» тканевый бронежилет и достанет его носителя. Боевой арбалет применяется как многоцелевое устройство. Помимо скрытного уничтожения противника, он используется для преодоления препятствий, так как с его помощью можно протянуть тонкую, но прочную нить через реку или пропасть. Таким же образом забрасываются проволочные антенны на деревья или здания для увеличения дальности связи находящейся в тылу противника группы специального назначения с «большой землей». С помощью арбалета можно установить подслушивающие устройства и разведывательно-сигнализационные приборы на объекте, проникновение к которому обычным способом невозможно. Арбалетом добывают пропитание, охотясь на животных и сбивая плоды с высоких деревьев. По универсальности он значительно превосходит огнестрельное оружие.

Про бесшумность арбалета можно сказать, что звук работы его частей существенно ниже, чем при выстреле из пневматической винтовки. Отсутствие соприкасающихся металлических деталей устраняет лязг, характерный даже для самых совершенных образцов бесшумного огнестрельного оружия. Силы специальных операций рассматривают арбалет как боевое оружие в первую очередь благодаря его исключительной малошумности. Таким образом, арбалет сегодня все увереннее занимают подобающее место в арсенале подразделений специального назначения.

ТОПОР, ударно-рубящее оружие, состоящее из металлической (в период палеолита — каменной) ударной части — бойка, называемого чаще всего клинком (что не совсем правильно, однако, учитывая широкое распространение в литературе этого термина, в статье применен именно он) и деревянной рукоятки — топорища. Имея относительно большую массу клинка и небольшую площадь поражения, топор благодаря этому имеет очень большую пробивную способность. К преимуществу топора относится и способность к универсальности: они подходят и для боя с противником, вооруженным легко, и с противником, имеющим защитное вооружение. Универсальность состоит и в том, что, изменяя форму и размер клинка, длину топорища, можно создавать различные варианты топоров, как специализированных, так и являющихся многофункциональными. К недостаткам же топора можно отнести меньшую точность поражения, так как поражающий элемент — лезвие довольно далеко отстоит от ладони и не поддается тонкому мышечному контролю. Впрочем, точность эта достигается соответствующей тренировкой бойца. Многие основные типы топоров из металла изготавливались на Востоке, в частности, в Месопотамии, уже в 4 тысячелетии до н.э.. У этих топоров имеется развитый обух, который помимо прочего использовался и в качестве поражающего элемента ударного действия. Обух бронзовых топоров выполнял те же функции, что и каменных: он придавал дополнительную прочность относительно хрупкому каменному топору, в котором высверливалось широкое отверстие. В 3 тысячелетии до н.э. в Месопотамии вырабатываются четыре основных типа боевых топоров, представленные разнообразными вариантами. Первый и второй характеризуются узким горизонтальным прямоугольным клинком, типы третий и четвертый — клинком с округлой боевой частью.

Овладение железной рудой обострило наметившиеся еще в бронзовом веке тенденции и привело к созданию многочисленных вариантов боевых топоров. В первую очередь, тяжелых топоров с широким лезвием. Совершенствование обработки металлов привело к тому, что клинок на топорище стал насаживаться (а не привязываться), то есть древко проходило в специальное, сложной формы, отверстие, расположенное вдоль обуха (всад, проушина) и расклинивалось. Появилась также бородка, увеличивающая площадь опоры клинка в вертикальной плоскости и приливы (крылья щек), выполняющие аналогичную функцию в горизонтальной. Расклинивание часто делалось с помощью специального набалдашника, который вворачивался в древко с противоположной от ручки стороны и заостренным концом торчал наружу, выполняя роль дополнительного поражающего элемента. Ручка топорища цилиндрической формы несколько расширялась книзу, что естественным образом предотвращало движение топора вдоль древка. Широкий дугообразный клинок имел две основные формы, между которыми располагался целый ряд промежуточных. Такие топоры были эффективны против закованного в латы врага, за счет своей массы они сминали металлические доспехи, а резкое сужение (заточка) лезвия позволяло концентрировать усилие вдоль узкой полосы и повышало эффективность. С обратной стороны от лезвия (тыльной стороны) на обухе боевые топоры имели острый, иногда закругляющийся книзу наподобие зуба крюк, пробивавший доспехи насквозь и часто изготовлявшийся из твердых сплавов. Таким образом, в боевых топорах обух являлся также ударной частью, сминавшей за счет своей массы доспехи и пробивавшей их крюком. Особенно полезно такое использование обуха было для широкого клинка — более тонкого с постепенным сужением к острию и очень острой заточкой. Такое оружие уже просто нуждалось в дополнительных элементах для борьбы с доспехами, предназначалось же для нанесения широких ран, наподобие рубленных мечом, но более глубоких из-за большой массы топора и размещения этой массы концентрировано в точке, наиболее удаленной от начала рукоятки. Такое расположение массы резко повышало мощность удара и переводило топор в число основных соперников меча. Ввиду большой силы удара, древко в области захвата рукой покрывалось насечками или обматывалось материалом, впитывавшим влагу с потных рук и предотвращавшим соскальзывание руки с ручки. Часто в конце ручки укреплялся круглый набалдашник, служивший той же цели — воспрепятствовать соскальзыванию руки с топорища. Кроме того, набалдашник выполнял защитную функцию, предохраняя рукоятку от разломов и трещин. Наиболее распространенными при производстве рукояток были твердые породы дерева — клен, гикори, ясень, ореховое дерево. Особой разновидностью широколезвийных топоров были топоры с удлиненной рукоятью, предназначенные для работы двумя руками. Особенностью рукояти таких топоров являлось отсутствие насечки, а также укрепленный вместо набалдашника шип или наконечник. Шип (острие) на обратной стороне ручки предназначался для нанесения колющих ударов и позволял работать обоими концами топора при хвате одной рукой вблизи лезвия, а второй — в конце рукояти. Топор превратился в сочетание топора с коротким копьем. Разнообразные наконечники (шипы), как правило, являлись дополнением основного лезвия топора. Если сам топор имел массивный обух с крюком для борьбы с доспехами, то наконечник имел более широкое и «слабое» лезвие в виде листа и предназначался для нанесения широких ран в незащищенные доспехами места. Если же лезвие топора было более облегченным, то наконечник имел простую форму удлиненного веретена и обладал высокой прочностью. Часто вблизи наконечника находилось утолщение или даже специальная «розетка», предотвращавшая слишком глубокое проникновение в тело противника и застревание в нем. Сам обух топора с удлиненной рукоятью претерпел значительные изменения и часто вместо обуха с крюком появляется второй уменьшенный клинок, по форме все еще повторяющий крюк. В то же время, клинок, в целом, становится легче, но уменьшение веса компенсируется тем, что удар наносится двумя руками. За счет появления второго клинка и облегчения веса топора, он становится более сбалансированным и универсальным оружием, что сказывается на технике его применения, становящейся более гибкой и разнообразной.

Топоры часто применялись как парадное оружие, и на клинке, а также на обухе и рукояти наносились орнаментальные узоры и тотемные изображения хищных животных (тигры, драконы, орлы), олицетворяющих собой силу и свирепость. Считалось, что эти животные охраняют носящего их изображение воина и передают ему свою силу. Кроме того, блеск клинков, оскаленные морды чудовищ и гортанные выкрики воинов — все это было направлено на устрашение противников. Дальнейшая трансформация клинка привела к появлению легкого универсального топора с длинной рукоятью, использовавшегося воинами-кавалеристами. Лезвие своей широкой дугообразной частью оказалось как бы перевернутым в сторону рукояти, а обухом, трансформировавшимся во второе небольшое лезвие — от нее (китайский цоцзыфу). В части клинка, входящей в древко, делались специальные отверстия для крепления рукояти. Сам клинок оказывался строго симметричным по отношению к топорищу, легким, плавно сужающимся к краям и имеющим очень острую заточку. Выпирающий наподобие крюка край сводил всю силу удара к одной точке, значительно повышая его эффективность. Легкость, значительная длина ручки, форма клинка, имеющая три режущие грани, все это делало такой вид топора исключительно удобным для пользования кавалеристами. Длинная рукоять позволяла доставать противников, не слишком выгибаясь в седле. Форма клинка позволяла работать как при взмахе рукой снизу, так и при ударе сверху, не вращая топора. Кроме того, симметричное расположение клинка делало топор более сбалансированным, легче управляемым, а падение мощности удара из-за падения веса топора компенсировалось тем, что удар наносился на скаку, по широкой амплитуде, так что в конце движения оружие приобретало большую скорость. С обратной стороны рукояти вделывалось кольцо, позволявшее подвешивать топор к седлу, а на лезвие одевались деревянные, отделанные кожей ножны.

Основное количество топоров в древности изготавливалось вручную, этот способ доминировал до середины 19 в., когда в практику широко вошла отливка. Простой топор обычно состоял из двух частей. Полосу железа нагревали и сгибали вокруг съемной металлической формы, делая таким образом отверстие (проушину) для рукоятки. Концы полосы сваривались вместе, формируя клинок. Для режущего края клинка приваривалась тонкая полоса более ценного и прочного металла. Далее поверхность подвергалась обработке для сглаживания неровностей. Большинство видов топоров делались по данному образцу, но в дальнейшем к обуху приваривали дополнительную полосу металла, чтобы изготовить необходимый прямоугольник, трубку, острие в зависимости от предполагаемого использования обуха. При менее распространенных способах производства топор ов использовалось: 1) высверливание проушины в цельной металлической заготовке; 2) изготовление клинка из двух металлических полос с добавлением сверху стальной вставки между ними и стальной полосы на режущем крае и др.

Благодаря своей универсальности топор широко использовался во всех странах и во всех родах войск. А с появлением огнестрельного оружия еще долгое время продолжались попытки соединить их (крикет) вместе.

БУЛАВА (от лат. bulla — шарик), оружие ударного действия длиной около 0,5-0,8 м в виде стержня (деревянной рукоятки) с каменной или металлической головкой. Разновидность палицы. В античном мире применялась редко. У римлян булава (клава) появилась во 2 в., в Западной Европе была распространена в средние века (с 13 в.), на Руси — в 13 — 17 вв. Наиболее широко булава с головкой шарообразной формы, разделенной на ребра-пластины (шестопер), применялась в Средней Азии. У казаков булава (насека) существовала до начала 20 в. Нередко булава служила символом власти: ее носили турецкие паши, польские и украинские гетманы, казацкие (станичные и поселковые) атаманы в России.

КИНЖАЛ (от араб. ханджар), обоюдоострое короткоклинковое оружие с прямым (иногда изогнутым) клинком. Кинжал ведет свое происхождение со времен неолита.

На Кавказе издавна распространены кинжалы двух основных типов: прямые и изогнутые.

Кинжалы первого типа представляют собой оружие с прямым обоюдоострым клинком, резко сужающимся к острию, короткой своеобразной рукоятью. Деревянные ножны обтянуты кожей, обычно украшаются металлическим прибором.

Стальные клинки этих кинжалов имеют лезвия, параллельные друг другу, которые к острию резко сужаются. Для усиления боевых качеств клинков их отковывают с выступающей средней частью или с ребрами жесткости, а для облегчения веса вдоль ребер делают долы. Рукояти кинжала имеют расширенное основание, удлиненную головку, узкий черен, они изготовляются из кости или рога, цельными или составными, а их загвоздки, шляпки, прокладки под шляпками и другие накладные детали делаются из металла. Нередко рукоять оковывается металлом целиком. На оборотной стороне ножен обычно имеется гнездо для подкинжального ножичка. Металлический прибор, как правило, состоит из устья, обоймицы и наконечника. Иногда ножны сплошь оковываются металлом.

Изогнутый кинжал отличается от прямого только тем, что конец его клинка изогнут. Соответственно с этим устроены и ножны. Однако изогнутые кинжалы распространены на Кавказе в значительно меньшей степени, чем прямые.

Все кинжалы кавказских народностей имеют некоторые весьма характерные различия в форме клинков, долов, рукоятей, отдельных деталей прибора. Для определения национальной принадлежности кинжала более важным является украшение или орнаментация и способ ее исполнения.

Грузинские кинжалы наряду с кинжалами обычной общей формы имеют и особую форму: клинки у них довольно короткие, клиновидной формы, рукояти имеют обычную (общекавказскую) небольшую полуовальную головку. Кроме того, на рукоятях часто встречаются низкие полусферические шляпки загвоздок с круглыми прокладками под ними, с краями, вырезанными в форме лепестков цветка, а на ножнах большое устье с обоймицей и наконечник с треугольными выступами, нередко соединенными между собой тройными фигурными полосками того же металла, пространство между которыми оклеивается кожей. Клинки грузинских кинжалов обычно украшены в средней части накладными сварочными пластинками и у пятки фигурными сквозными прорезями, обрамленными золотой или серебряной насечкой. Серебряный оклад рукоятей и ножен художественно украшен сплошным крупным растительным или цветочным орнаментом, исполненным чернью с гравировкой, нередко с позолотой и канфарением.

Хевсурские кинжалы имеют обычную грузинскую форму или же изготовляются по общекавказскому типу, сильно приближенному к грузинской форме. Детали прибора рукоятей и ножей изготовляются из латуни или железа, украшенного простейшим орнаментом, исполненным медной насечкой.

Армянские кинжалы отличаются от общекавказских лишь в деталях. Так, удлиненные головки рукоятей дополнительно видоизменяются путем вытягивания вверх их вершины, чем сильно напоминают восточную арку, а с боков головки делаются несколько углубленные вырезы — перехваты. Шляпки загвоздок имеют конусообразную, слегка выпуклую с боков форму; в других случаях — высокие цилиндрические или круглые, очень низкие, чуть выпуклые. Прокладки под шляпками загвоздок имеют также характерную ромбовидную форму. На ножнах устье, соединенное с обоймицей, и наконечник имеют небольшие треугольные выступы с краями, обрезанными наподобие восточной арки. Вершины этих выступов обычно заканчиваются большими фестончиками в форме тюльпанов. Детали прибора армянских кинжалов изготовляются в основном из стали и украшаются крупным стилизованным растительным орнаментом, нередко сочетающимся со стилизованными же армянскими надписями, исполненными золотой или серебряной таушировкой.Эти драгоценные металлы часто употребляются одновременно. У другой группы армянских кинжалов металлические детали прибора сплошь украшены мелким стилизованным растительным орнаментом, исполненным золотой или серебряной таушировкой.

Азербайджанские кинжалы отличаются от армянских главным образом орнаментом, исполненном как на самих клинках, так и на приборе. В этом орнаменте используются растительные, несколько геометризированные элементы, а также мотивы мусульманского орнамента: арки, извивающиеся ветки с редко расположенными стилизованными листками. Кроме того, сюда же вносятся переработанные элементы своеобразного широко распространенного в азербайджанском прикладном искусстве прорезного орнамента.

Дагестанские кинжалы по праву считаются лучшими на Кавказе и высоко ценятся за его пределами как по изяществу самой конструкции, так и по исключительно выдающемуся мастерству и художественному исполнению. В этом отношении вполне заслуженно стоит на первом месте кубачинская группа оружия.

Кубачинские кинжалы имеют исключительно благоприятное соотношение длины клинка с его шириной и с размерами рукояти. Помимо тонкого расчета размеров, эти кинжалы имеют некоторые отличительные особенности и в деталях: так, клинки их обычно изготовляются по так называемому лезгинскому образцу — однодольные, когда глубокий дол с правой стороны расположен несколько выше, чем дол на левой стороне. Такая конструкция обеспечивает наибольшую жесткость клинка и делает его наиболее легким. В долах, когда их делается по нескольку с каждой стороны, часто травлением наносится узор, напоминающий рисунок сварочной стали. На клинках лезгинского типа пространство между долами и лезвиями подвергается воронению в виде широких полос. Головки рукоятей кинжалов делают значительно удлиненными, несколько сужающимися к их закругленному верху или же повторяют форму головки т.н. казенного образца, принятого на русских казачьих, в особенности уставных, кинжалы пулеметных команд и артиллерийских бебутах. Металлические шляпки загвоздок на составных рукоятях делаются небольшими конусообразными или в виде многогранных пирамидок, иногда эти пирамидки изготовляются с несколько вдавленными ребрами. При этом в Дагестане вообще не принято устраивать под шляпкой дополнительные прокладки. Нижняя часть рукояти, ее головка, а также шляпки загвоздок оковываются металлом. Металлический прибор ножен (устье с обоймицей и наконечник), а также часто применяемая сплошная металлическая оковка рукоятей и ножен, сочетающаяся иногда с костяными вставками, обычно украшаются мелким стилизованным растительно-цветочным орнаментом, создававшимся в течение многих столетий златокузнецами Дагестана. Это те же самые четыре типа орнамента — тутта, мархарай, москов-накыш и сита, которые используются в Кубачах и при украшении деталей прибора или оклада оружия с длинным клинком, причем и здесь первые два орнамента употребляются особенно широко. Техника украшения К. аналогична технике украшения кубачинского оружия с длинным клинком.

Узбекские кинжалы хорошо иллюстрируют разнообразие форм кинжалов, изготовляющихся в Ср. Азии, так, например, в Самарканде изготовлялись кинжалы с прямым обоюдоострым клинком европейского типа. Их рукоять и ножны также имеют европейские элементы: прямая крестовина и башмачок, или гребень, у наконечника. Клинок украшен оброном, а прибор — росписью цветной эмалью. На клинке и приборе также воспроизведен среднеевропейский стилизованный растительный орнамент. Одним из центров производства оружия в Ср. Азии была и Хива, где наряду с местным производством клинков в большом количестве производилась монтировка (сборка и украшение) оружия, для которого использовались иностранные клинки.

Кинжалы местного производства, а также иранские и индийские клинки в хивинской монтировке украшены накладным серебром или золотом с тем же чеканным растительным орнаментом — цветы яблони, — как и все хивинское холодное оружие. При этом также широко использовались бирюза и другие самоцветы.

В Турции большое распространение имеют кинжалы двух типов: а) кинжалы с изогнутым клинком и рукоятью, с широкими плоскими головкой и основанием и тонким черенком и б) кинжалы с прямым клинком и утолщенной рукоятью.

Клинки кинжалов первого типа редко орнаментируются, но если они украшаются, то обычно золотой или серебряной насечкой у пятки с одной или обеих сторон.Рукояти и ножны их, изготовленные из дерева, обычно сплошь покрываются металлом (медь, серебро), часто с чеканным или гравированным орнаментом, иногда в сочетании с цветными камнями.

У кинжала второго типа стилизованный растительный орнамент на клинках выполняется оброном. Рукояти часто делаются из кости и местами оковываются чеканными медными или серебряными накладками, а ножны обычно сплошь покрываются тонким металлическим листом с гравированным или чеканным орнаментом.

Сирийские кинжалы по своим общим формам близки к турецким, но имеют меньшую длину и меньший изгиб клинка. В то же время ножны их отличаются резким изгибом, достигающим 180 у конца. Рукояти сирийских кинжалов более плоские с арковидным завершением. Часто рукояти и ножны отделаны металлом, украшенным своеобразным орнаментом, с вплетением в него арабских надписей.

В Иране распространены кинжалы национальной формы и кинжалы среднеазиатского типа с изогнутым клинком. Иранские кинжалы конструктивно сходны с турецкими, но они более изящны и несколько меньше по своим размерам. Их клинки имеют более резкий изгиб и на конце обычно утолщаются для усиления боевых качеств. Рукояти изготовляются из слоновой кости или темного рога, а деревянные ножны оклеиваются кожей. Прибор обычно отсутствует, даже портупейное колечко делается не всегда.

Клинки всех кинжалов, изготовляющихся в Иране, у пяты по обуху обычно украшаются золотой насечкой или гравировкой мелким растительно-цветочным орнаментом, нередко пята украшается изображением животных (излюбленная тема — лев, терзающий лань). На костяных рукоятках вырезается орнамент: стилизованные арабские надписи, военные или бытовые сцены, а кожа ножен украшается тисненным орнаментом. В другом случае рукояти и ножны сплошь оковываются металлом и покрываются растительно-цветочным орнаментом с расписной или перегородчатой цветной эмалью.

Монгольские кинжалы по конструкции сходны с мечами, делаются одинарными и двойными, но значительно короче мечей. Клинки у них узкие, длинные, обоюдоострые, с ребром жесткости, идущим вдоль всей средней части. Рукояти слегка выпуклые, в средней части простые деревянные или искусно перевитые тесьмой. Головка и нижняя оковка рукояти с крестовиной и едва заметным перекрестьем, как правило, изготовляются из стали или бронзы и украшаются по обычаю чеканным с гравировкой своеобразным растительным орнаментом с характерными круглыми клеймами монгольского геометрического орнамента. На крестовине часто изображается голова фантастического животного — дракона с открытой пастью. Ножны этих кинжалов состоят из двух деревянных полированных половинок, иногда оклеенных кожей и скрепленных металлическим устьем, несколькими обоймицами с кольцами и наконечником, которые украшаются тем же орнаментом, что и прибор рукоятей. Производство подобных кинжалов, особенно двойных, получило широкое распространение в Китае для театральных целей. Их прибор украшается в общекитайском стиле.

Японские кинжалы имеют прямые клинки, с ребрами жесткости в средней части, чем сильно напоминают клинки монгольских кинжалов, только у них нижняя боевая часть несколько расширена к концу и утолщена, а на пяте посажена металлическая ограничительная муфта — цуба.

Рукояти кинжалов обычно деревянные, закрепляются на хвостовике с помощью небольшой деревянной шпильки. Ножны также изготовляются из дерева, иногда с гнездом для подкинжального ножичка или металлической шпильки.

Рукояти и ножны японских кинжалов покрываются разноцветным многослойным лаком, инкрустируются костяными, перламутровыми и другими вставками, а рукояти, кроме того, иногда оклеиваются кожей акулы, поверх которой прикрепляются металлические детали прибора или иные фигурные накладки, имеющие чисто декоративное назначение.

Кроме того, рукояти нередко перевиваются цветной тесьмой темных тонов. Металлический прибор рукоятей и ножен также обычно орнаментируется в характерном японском стиле: военные, бытовые и мифологические сюжеты, птицы, звери, деревья, цветы, трава или небольшие пейзажи с изображением горы Фудзи-Яма.

У индийских кинжалов рукояти и клинки изготавливаются обычно из одного и того же материала — стали и булата. У других видов кинжалов рукояти вырезаются из кости, из различных сортов нефрита. По нефриту обычно режется крупный цветочный орнамент, дополнительно украшенный вставками и накладками из драгоценных металлов и камней.

Ножны у индийских кинжалов деревянные, оклеиваются кожей или тканью, устье с портупейным колечком и наконечник обычно металлические. Иногда ножны сплошь покрываются драгоценным металлом и так же, как и прибор, украшаются искусной чеканкой — растительно-цветочный орнамент со вставками из цветных и драгоценных камней.

Своеобразной формой отличаются кинжалы афридиев — одного из небольших афганских племен, живущих на северо-западной границе Индии. Клинки их кинжалов имеют листовидную изогнутую форму.

Для Африки кинжал не являлся характерным оружием, для этой цели гораздо чаще использовали копье. Тем не менее, кинжалы известны и в этой части света. Наиболее типичная форма клинка для районов Центральной Африки — листовидная, для районов Северной Африки — менее симметричная. Размеры таких кинжалов колеблются в значительных пределах, длина их клинков 200 — 250 мм.

Среди арабских племен был известен другой тип кинжала длиной около 500 мм с изогнутым клинком и вычурной рукояткой. Он служил знаком высокого положения, занимаемого его владельцем, и являлся оружием шейхов, вождей.

Кинжал на протяжении многих столетий играл роль вспомогательного боевого оружия, а также аксессуара военной или гражданской одежды. Из-за удобства ношения, несложности в обращении (для которого не требовалось обучения, как, например, обращению со шпагой) кинжал еще и в 16 — первой половине 17 вв. оставался в Европе широко распространенным холодным оружием и у военных, и у гражданских лиц. Однако с созданием регулярных армий кинжал в качестве средства вооружения не получил широкого распространения.

В России в 18 — первой трети 19 вв. Кинжалы состояли на вооружении различных казачьих частей. Твердо установленных образцов в этот период не было, поэтому оружие (в том числе и кинжалы) в основном повторяло традиционные формы и отличалось большим разнообразием в отделке.

В современных армиях кинжал конструктивно оформлен в виде съемного клинкового штыка.
Predsedatel GKofE
Сабли, скимитары, ятаганы и прочее "кривое" оружие


Материал взят из журнала "Мир Фантастики"

Среди убитых было четверо воинов, обличием совсем не схожих с орками. Высокие, с крупными чертами лица и раскосыми глазами. Мечи их были широкими и прямыми, тогда как орки признавали только кривые скимитары.
Дж. Р. Р. Толкин, “Две крепости”


Так уж повелось, что авторы произведений в жанре фэнтези считают выбор между изогнутым и прямым клинками делом вкуса или так называемой “культурной традиции”. Кочевник обязательно вооружен саблей, потому, что он — кочевник, у них так принято. Самурай носит катану потому, что только японские мастера владели тайной производства таких мечей... Но все ли было так просто?

На самом деле, выбор между кривым и прямым клинками диктовался соображениями практического характера. Самурай носил катану, рыцарь — длинный меч, а янычар — ятаган, потому что именно такое оружие соответствовало их методам ведения боя и производственным возможностям мастеров-оружейников того времени и конкретной страны.

Впервые упругая сталь — булат — была получена индийскими мастерами еще в I тысячелетии до н. э. Технология производства булата по меркам средних веков была невероятно сложной. Требовались чистая железная руда и печь из огнеупорного кирпича. На заключительной стадии плавки науглероживание производилось не древесным углем, а графитом.
Печь должна была остывать очень медленно — несколько суток. В этом заключался первый секрет (при очень медленном охлаждении в железе, разогретом до пластического состояния, возникали крупные кристаллы). Второй же секрет заключался в том, что происходит этот процесс только в необычайно чистом железе. Для этого требовалось закладывать в печь графит (чистый углерод) вместо угля.
Но результат стоил затрат! Булатный клинок выходил втрое прочнее сварного, не ломался, и мог быть заточен до бритвенной остроты. Типичный “прикол” того времени — уронить шелковый платок на лезвие такого меча. Невесомая ткань легко распадалась надвое.
Тем не менее, на протяжении всего средневековья булат производился только в Индии. “Похищать” его секрет у индийских мастеров было бессмысленно. Все равно графит за пределами Индии практически не добывался.
Первые попытки наладить производство булата в Европе были предприняты уже в 18 веке. Графит и огнеупорный кирпич в то время уже не были проблемой, но достаточно хорошая руда обнаружилась только на Урале. Лишь в 1830 году русский металлург Аносов, используя тагильский магнетит, выплавил настоящий булат.

Кривой меч
Как изогнутые, так и прямые мечи появились еще в эпоху бронзы. Кривой и прямой мечи различались, в первую очередь, балансом. Центр тяжести прямого меча располагался на уровне гарды или на насколько сантиметров выше. Кривой же меч уравновешивался примерно на середине клинка. В отличие от своего прямолинейного собрата, он предназначался в первую очередь для рубящего удара. Изгиб рубящей кромки делал клинок более прочным, а высокое расположение центра тяжести значительно увеличивало его пробивную силу.
С другой стороны, “низкая” центровка делала прямой меч оружием очень удобным и “быстрым”. Это открывало широкие возможности для нанесения колющих ударов. В качестве рубящего оружия прямой меч оправдывал себя только при весе 2.5-3.5 кг (да и то с грехом пополам). Это вынуждало воина на случай встречи с бронированным противником носить еще и топор.
Обычный на Ближнем Востоке в раннем средневековье, кривой меч весом 1.5 кг и расширяющимся к концу клинком длиной около 50 см разрубал доспехи не хуже, чем вдвое более тяжелый европейский риттершверт (длинный рыцарский меч). Вот только “дальнобойность” его была невелика. А делать кривой меч длинным не имело смысла, ведь при клинке в 100 см. он ничем не отличался бы от секиры.

Наконец, кривой меч мог иметь только одну рубящую кромку. А это в эпоху производства оружия путем сварки железа и стали означало вдвое меньший срок службы. Ведь, при ударах клинки стремительно тупились и иззубривались. Зато кривой меч часто имел массивный рифленый обух. Иногда в отверстия на обухе даже вставлялись несколько колец. “Веселее, когда звенят”? Нет... Весело было, когда удавалось принять удар вражеского клинка на это рифление или на сами кольца. Противнику после этого оставалось только бежать за новым мечом...

Кривой меч имел одни преимущества, а прямой — другие. Но достоинства прямых мечей долгое время перевешивали. Ведь всадникам, сидящим на громадных боевых конях, требовались длинные клинки. Прямыми мечами во времена Крестовых походов вооружались не только европейские рыцари, но и большая часть арабской кавалерии.
Пехота редко вооружалась кривыми мечами. Рубить, стоя в строю, неудобно. Фалангистам требовались мечи колющие, а значит, прямые и короткие — с клинками 25-50 см.
Увесистый кривой меч небольших размеров хорошо подходил для пешего индивидуального боя. Поэтому он получил признание, в первую очередь, в средневековой Азии у лучников и моряков. Не пренебрегали таким оружием и европейцы. Так, например, английские лучники добивали сброшенных ранеными конями рыцарей фальчионами — короткими мечами с расширяющимся клинком, отличавшимися от азиатских аналогов только прямой рубящей кромкой. Фальчионом труднее было рубить, но удобнее колоть. На Руси такие мечи назывались тесаками.

Секреты древних мастеров
Основными клиентами оружейных мастерских в средние века были всадники — тот, кто имел коня, мог позволить себе купить меч. А всаднику требовался клинок одновременно длинный, нетяжелый и хорошо приспособленный для рубящего удара. Ведь попытка нанести колющий удар в движении означала для конника, в лучшем случае, потерю оружия. В худшем — гарда ломала ему запястье.
До появления упругой стали прямой меч с “низким” балансом был наилучшим компромиссом. Но мечи из твердой стали выходили очень недолговечными и тупыми. Рубящую кромку было сложно заточить — она легко крошилась.
Сделать длинным, легким, прочным и острым можно только клинок из упругого материала, и древние металлурги настойчиво искали способ научить сталь пружинить. Но как, если расплавить железо в древних и средневековых печах было невозможно?
Более технологичный путь получения упругой стали, при котором не требовались ни какая-то особенная руда, ни графит, ни специальные печи, был найден в Китае во 2 веке нашей эры.
Железную заготовку расковывали в длину, складывали пополам, потом снова расковывали и складывали — так раз 30-40, пока хватит металла. А с каждой проковкой его оставалось все меньше. Раскаленное железо быстро окислялось. В итоге получалась заготовка, в которой чередовалось много слоев металла с высоким и низким содержанием углерода. Выкованный таким образом клинок всегда можно было узнать по красивому волнистому рисунку, проступавшему на лезвии после полировки.
По более прогрессивной технике, проковывался пучок заранее заготовленной проволоки или ленты с определенным содержанием углерода. Так тратилось значительно меньше времени и железа. Но и в этом случае вес готового изделия составлял всего 15% от веса заготовки.
Под названием “вуц” упругая китайская сталь успела прославиться даже в Риме. Европейцы познакомились с узорчатым железом во время Крестовых походов, и стали называть его “дамасской сталью” или просто “дамаском” — так как в 12-13 веках основным центром металлургии на Ближнем Востоке был сирийский город Дамаск.
В Иран, Сирию и Аравию технология производства дамаска проникла из Китая в 6-7 веках. Из Ирана дамаск попадал в Хазарию, а с 11 века сабли стали использоваться и на Руси. Русские называли такую сталь “красным” (красивым) железом или “булатом”. Настоящий булат был редок даже в Азии, и на Русь практически не попадал.
После появления дамасских клинков кузнецы жесткие доспехи стали уступать место

Военный тюрбан.

Арабы стали надевать на шлемы тюрбаны — толстые жгуты из грубой крапивной ткани. К 17 веку тюрбан превратился в огромную шапку из множества слоев материи, набитую, к тому же, пенькой и ватой. Надевать под него железный шлем стало не нужно. Не только сабли, но и палицы оказались бессильными против такой брони. По мере распространения сабель кольчуги и кожаные панцири сменялись стегаными халатами и набитыми пенькой и конским волосом стрелецкими кафтанами.
На появление мягкой брони оружейники ответили ковкой клинков с микропилой. То есть ковать оружие начали так, чтобы волокна стали располагались под углом к рубящей кромке. Тогда на лезвие возникали неразличимые глазу, но очень опасные зубчики. Шелк бессмысленно рубить, но ничто не мешает его резать.

Сабля против меча
В игре “Baldur’s Gate II” при посещении “Лавки авантюриста” невозможно не обратить внимания на тот факт, что скимитары ценятся в “Забытых королевствах” в несколько раз выше прямых мечей. Легко заметить и то, что и большая часть “плюсовых” клинков — кривые. Взять хотя бы “Лепесток Розы” или “Убийцу Драконов”.
Это — один из редких в данной игре элементов исторического реализма. Для изготовления длинных и легких кривых мечей годилась только очень редкая в средние века упругая сталь. Булат и дамаск были вполне реальными аналогами фэнтезийных митрила и адамантита. Стоили они соответствующе.
Возможность уменьшить вес оружия втрое сделала смещение центра тяжести к гарде ненужным. Напротив, появлялись все основания сместить центр тяжести к острию, а сам клинок изогнуть для увеличения эффективности рубящего удара.
Радикальное улучшение качества материала позволило всадникам обзавестись легким рубящим оружием. Так появился скимитар — меч весом около 1-1.4 кг с изогнутым, расширяющимся к острию клинком, длиной 70-90 см.
Скимитары использовались не только кавалерией, но и пехотой. Еще в раннем средневековье в Китае появились двуручные скимитары весом 2.5-3.5 кг и клинками длиной 100-120 см. Предназначались они, как и положено двуручным мечам, для борьбы с кавалерией. Если быть точнее — с конями (арабы сносили такими двуручниками головы коням крестоносцев).
На Ближнем Востоке скимитары стали использоваться еще в 6-7 веках. Но даже в эпоху Крестовых походов такое оружие рассматривалось как драгоценность. Только в 14 веке скимитары и сабли стали главным оружием азиатской кавалерии. В 15 веке мечи были вытеснены саблями и на Руси, хотя металл для клинков ввозился в Московию по Волге из Ирана.
В Западную Европу азиатское оружие практически не попадало. Но уже в 16 веке европейцы начали ковать сабли из “английской” стали. А в 17 веке в Европе стал производиться и дамаск. Первыми освоили технику выковывания клинков из пучка проволоки мастера испанского города Толедо.
Европейские сабли: изгиб клинка слабый или средний,
гарда закрытая.

Сабли появились вскоре за скимитарами и постепенно вытеснили их. Совершенствование мастерства кузнецов позволило сделать клинок более узким и длинным. Кроме того, расширение было заменено “елманью” — утолщением вблизи острия. Выковать клинок с елманью было значительно сложнее, чем плоский. Зато равномерное по ширине лезвие сабли удобно было убирать в ножны.
Придумать удобные ножны для меча с расширяющимся клинком, действительно, было сложно. Короткие кривые мечи раннего средневековья носились без ножен — просто за поясом, как, например, топоры. Клинок из дамасской стали заткнуть за пояс было нельзя — он бы его просто перерезал.
Иногда для переноски скимитары снабжались собственными ремнями. Точнее — шелковыми лентами. Один конец ленты крепился к рукоятке, второй пропускался через проушину или кольцо в обухе. Но носить острый меч таким способом было не только неудобно, но и опасно.

Орудие заплечных дел
Кроме небольших боевых фальчионов, в средневековой Европе изредка встречались и более тяжелые мечи этого типа, подобные зачарованному против нежити гномьему “лепестку”, упоминаемому в “Одиночестве мага” Перумова. Двуручные фальчионы весом 5-6 кг были оружием палачей. Иногда для еще большего смещения центра тяжести к острию в обух таких мечей вставлялся свинцовый груз или даже емкость с ртутью!
Но зачем палачу настолько мощное оружие? Неужели обычный двуручный меч не мог перерубить шею на плахе? Представьте себе, не мог!
Головы особ королевской крови считалось допустимым отрубать только мечом и только с одного удара. Когда в 16 веке в Англии возникла необходимость казнить Марию Стюарт, специалиста и инструмент пришлось выписывать из-за границы.
Особенным успехом фальчионы
пользовались у европейских
моряков эпохи Возрождения.

Катана
Катана — меч очень необычный. Даже куда более необычный, чем принято считать. Перечисление странностей катаны можно начать с того, что она — все-таки меч, хотя и выглядит, как сабля. С прямыми мечами катану роднит низкое расположение центра тяжести. Это, казалось бы, указывает на преимущественно колющее назначение оружия.
Но зачем колющему мечу изогнутый клинок? Это неудобно. Еще неудобнее колоть, удерживая меч двумя руками, а ведь рукоятка катаны сделана именно под две руки. Двуручный захват требуется для того, чтобы быстро занести тяжелый меч. Усилению удара легким клинком он никоим образом не способствует.
Действия самурая, сражающегося катаной, надо признать, не менее странны, чем сам этот меч. Японец не рубит и не колет, а наносит необычные скользящие удары. Он... режет! Вот, стало быть, зачем нужна вторая рука. Поскольку инерция оружия не используется (при таком весе и расположении центра тяжести инерции, можно считать, вовсе нет), на рукоятку приходится сильно нажимать.

Никакое холодное оружие не наносило таких страшных ран, как режущее. Во время Второй Мировой войны американцы предостерегали своих солдат от попыток закрываться винтовками от ударов японских мечей, запросто перерубавших огнестрельное оружие. Но не стоит забывать, что наносить удары режущими клинками было очень трудно. Они оправдывали себя только как бронебойное оружие, причем далеко не против всякой брони.
Но ствольная сталь была мягкая, поэтому винтовка, по большому счету — не показатель “крутизны” катаны. Японский плетеный доспех, в котором шелковыми шнурами были скреплены пластинки из твердой стали, катана не брала.
Катана — не средневековый меч. Такой, какой мы привыкли ее видеть, катана стала только в 17 веке. До 17 века самураи были конными воинами. Соответственно, и мечи им требовались совсем другие.
Режущим оружием были, конечно, не только катаны. На Ближнем Востоке в позднем средневековье режущие сабли стали даже преобладать. Классическим примером может служить кавказская шашка, предназначенная для разрезания бурок и папах.
Шашка имела “высокий” баланс, и удар ею наносился резкий, от себя, что, конечно, было удобнее для всадника. Но затем клинок требовалось вести таким же скользящим движением, как катану. Это называется “рубить с оттяжкой”.

Война и мода

После перевооружения кавалерии саблями значительно легче стало и европейское защитное снаряжение. Рубящий удар фактически может обрушиться только на голову или плечи. Так что доспехи всадника быстро свелись к усиленному конским хвостом шлему и легким наплечникам из железа и шелковых шнуров — эполетам. Пехоте же не нужны были и эполеты. Даже драгунский конь имел не меньше 165 см в холке — ударить пехотинца всадник мог только по голове.
В 17 веке голову, шею и плечи европейского воина защищал парик. Парик уже сам по себе, особенно, если его обсыпать пудрой, “держал” рубящие удары шпаг. На случай же удара саблей поверх парика надевалась треуголка. Треуголка с париком давала лучшую защиту, чем бронзовый шлем с конским хвостом, но всадники еще долгое время предпочитали жесткие шлемы. Парик мало помогал при падении с лошади.
В 18 веке на смену непрактичному парику пришел удобный кожаный шлем кивер с заимствованным у турецких тюрбанов султаном — торчащим вверх пучком конского волоса и проволоки. Гвардейцы вместо киверов использовали огромные меховые папахи.
Но оригинальнее всего оказался путь, выбранный японцами. Самураи стали носить на головах нечто, до изумления напоминающее легендарный тазик для бритья дона Кихано (благодаря “блестящему” переводу Сервантеса более известного как Дон Кихот).
Японский шлем — настолько плоский, что европейцы долгое время принимали такие шлемы за маленькие щиты — носился без подшлемника. В качестве “амортизирующей шапки” самурай использовал собственные волосы, сплетая их в тугой узел на макушке. Неустойчиво сидящий на узле волос шлем не давал себя разрубить. Под ударами он раскачивался, и даже самый “зубастый” клинок соскальзывал с него.

Ятаган
Как уже было сказано выше, азиатские оружейники умели изготавливать клинки с микропилой. Но им долго пришлось ломать голову над тем, как объединить эффективность режущего удара с простотой рубящего.
Результатом напряженного творческого поиска стало появление сабель и скимитаров с необычайно сильным изгибом клинка. Казалось бы, зачем сгибать клинок под углом 40-50 градусов? Таким оружием колоть будет невозможно, да и общая длина сабли уменьшится. Но средневековые мастера знали, что делают. Нелепые с виду сильноизогнутые сабли (в Европе они обычно назывались “турецкими”) оказались страшным оружием.
Такие сабли рубили и резали одновременно — так называемая оттяжка клинка при ударе производилась не неудобным движением к себе, а естественным движением руки вниз, с использованием инерции оружия. Но колоть турецкой саблей было, действительно, почти невозможно. Часто ее острие даже не затачивалось.
Чтобы наделить такой меч возможностью колющего удара, следовало совместить на одной линии рукоятку и острие, придав клинку двойной изгиб. S-образную форму, кстати, имели еще древнеегипетские бронзовые мечи кхопеши. В средние века мечи с двойным или даже обратным изгибом иногда ковались, но только турецкие оружейники сумели “довести идею до ума”. Так появилось самое мощное клинковое оружие — ятаган.
Короткие ятаганы турецкой
пехоты могли выступать и в
качестве метательного оружия.

В литературе ятаганами иногда называют скимитары и сабли, а иногда это название закрепляется исключительно за кинжалами янычар. Это неправильно.
«Уши» ятагана.

Ятаганом можно называть только оружие с небольшим двойным изгибом. Длина клинка могла быть разная. У янычар ятаганы действительно были короткими, но кавалерийские образцы могли иметь клинки длиной до 90 см. Вес же ятаганов, независимо от их размеров, составлял, как минимум, 0.8 кг. При меньшем весе оружием становилось трудно рубить.
Ятаганом можно было колоть, рубить и резать. Причем рубящие удары наносились верхней частью клинка, а режущие нижней — вогнутой — частью. То есть резали ятаганом, как шашкой или катаной, поэтому гарды он не имел. Но была разница. На ятаган не требовалось наваливаться двумя руками, как на японский меч, его не надо было медленно вести, как шашку. Пешему бойцу достаточно было резко дернуть ятаган назад. Всадник же должен был его просто удерживать. Остальное, что называется, было делом техники. Вогнутый клинок “вгрызался” во врага сам. А чтобы ятаган не вырвался из руки, его рукоятка снабжалась ушами, плотно охватывающими кисть бойца сзади. У наиболее тяжелых образцов под обычной рукояткой располагался упор для второй руки.
О пробивной силе ятаганов достаточно сказать, что даже 50-сантиметровые кинжалы янычар пробивали рыцарские латы.

Палаш
Палаш — оружие с прямым клинком односторонней заточки — в Европе долгое время рассматривался как альтернатива сабле. Чаще всего появление этого оружия датируется 16 веком, хотя на самом деле палаш намного древнее. Прямые мечи односторонней заточки встречались в Европе в 10-11 веках, еще раньше палашами из иранского дамаска вооружалась кавалерия хазар. Известно такое оружие было и в средневековом Китае, и в Индии, и на Ближнем Востоке. Но настоящее признание, пусть даже временное, палаши получили только в Западной Европе. Еще в 18 веке большая часть европейской кавалерии вооружалась именно палашами. Тяжелая же кавалерия — кирасиры — вооружалась палашами и в 19 веке.
В отличие от сабли, палаш имел “низкий” баланс, что, наряду с прямой формой клинка, делало его значительно более удобным для колющего удара. Но рубить наравне с саблей палаш начинал, только если был на 25-30% тяжелее. Поэтому вес европейских палашей достигал 1,4 кг.

О достоинствах сабли лучше всего говорит тот факт, что все прочие виды холодного оружия с длинным клинком были вытеснены ею в честной конкурентной борьбе. В конце концов, сабле удалось одолеть даже ятаган.
В 60-х годах 19 века оружейники наконец-то научились плавить сталь. Вскоре появился ее особый сорт — “сабельная”. Новые клинки, за характерный оттенок блеска прозванные “селедками”, не уступали по качеству булатным — разваливали человека от плеча до пояса и разрубали стальные шлемы. Они могли производиться машинным способом, а следовательно, были дешевле и доступнее клинков ручной работы.
Для пеших воинов клинковое оружие всегда имело только вспомогательное значение. Лучшего же, чем сабля, оружия для всадника придумать было нельзя. Сабли сохранялись на вооружении кавалерии до тех пор, пока существовала сама кавалерия.
Predsedatel GKofE
Боевые построения пехоты


Материал взят из журнала "Мир Фантастики"

... Посконская пехота все же нашла в себе силы перейти в наступление. Впереди, размахивая мечом, бежал сам царь Стремглав Первый.
— Безумец, — сказал Пистон. — У него, что, генералов нет?
— У нас воеводы есть, — вздохнул Ироня. — Только они все уже в годах и бегать не горазды.
Михаил Успенский “Белый хрен в конопляном поле”




Две волны вопящих и беспорядочно размахивающих оружием воинов сталкиваются... проникают одна в другую... перемешиваются. Битва началась! Каждый выбирает себе противника и бьется с ним, а, победив, ищет следующего... На поле боя царит кровавый хаос.

Примерно так изображаются сражения средневековья в фильмах и книгах. Иногда хочется спросить у автора — где он видел такое? Но незачем. Ибо прекрасно известно, где — в черно-белой хронике войн 20 века. Рукопашные схватки периода Первой и Второй Мировых войн выглядели примерно так. Проблема в том, что сражения более отдаленных эпох выглядели совсем иначе.

Простейшие построения
Солдаты 20 века в штыковую бросались, действительно, сломя голову, ведь им требовалось как можно скорее преодолеть простреливаемое пространство перед вражескими позициями. И те, кому удавалось добежать, сразу старались вклиниться в ряды врагов, чтобы не дать им возможности стрелять без риска попасть друг в друга. Но это в 20 веке, когда почти 100% потерь вызывалась оружием, действующим на расстоянии.
В период Наполеоновских войн, когда ружья и пушки вызывали только 30% потерь, солдаты шли в атаку, как на парад — плотными колонными.
В средние века, когда пушек не было вовсе, а стрелы могли быть отражены доспехами и щитами, относительная доля потерь в ближнем бою, конечно же, была еще выше. Соответственно, куда меньше было надобности спешить навстречу врагу. Воин шел в рукопашную с достоинством, понимая, что без него не начнут. Рывок делался только на последних метрах, да и то только в случае, если боец собирался сбить врага с ног ударом щита.
Для того, чтобы не бежать, у воина была, как минимум, одна веская причина: он берег дыхание для схватки. Второй же причиной, по которой воины древности и средневековья в шли в атаку, не спеша, была необходимость сохранять строй.

То, что пехота того времени ходила в атаку не абы как, а строем, признает большинство авторов, работающих в жанре фэнтези. Но составить представление о преимуществах, которые давало организованное построение, на материале художественной литературы все-таки трудно.
До тех пор, пока необходимость избежать пули не превратилась в сверхзадачу, воин не стремился вклиниться в ряды врагов. Напротив, он тщательно следил за тем, чтобы с боков и сзади были только свои.
Во-вторых, сомкнутый строй позволял каждому бойцу рассчитывать на поддержку товарищей и на то, что ему придется иметь дело не более чем с одним противником. У одного воина слишком мало шансов против двоих врагов, даже если они нападали с одной стороны.
Уже одни эти соображения делали ровный строй очень важным как в плане увеличения живучести каждого бойца, так и с моральной точки зрения. В случае прорыва или охвата линии почти неизбежно начиналось беспорядочное отступление.
Построение в одну линию можно назвать интуитивным. Независимо от эпохи и места, воины в количестве более одного догадывались встать плечом к плечу для рукопашной схватки.
Этот прием не нужно было изобретать, и он не требовал специального обучения. Построение в линию не налагало никаких ограничений и на оружие. Поскольку бой, фактически, велся индивидуальный, оружие могло использоваться любое. Естественно, от характера используемого оружия зависела плотность строя.

Особенности индийской нацинальной игры
Почему в шахматах пешка (пеший воин) ходит только вперед, но бьет — наискось? Потому, что в бою “стенка на стенку” воин бил щитом вперед, а копьем — в открывшуюся между вражескими щитами щель направо.
Впрочем, еще одной особенности боя в строю шахматы не отразили. На доске все пешки равны. Но в бою крайний справа воин всегда был самым сильным. Ведь, поскольку щит был в левой руке, воин нуждался в прикрытии, прежде всего, с правой стороны. Крайнего бойца на правом фланге не прикрывал никто.
Настольная стратегия эпохи
бронзы.



Фаланга
Построение в ряд оправдывало себя только в случае, если число бойцов ограничивалось десятками. Слишком уж легко мог быть прорван такой строй. Если воинов хватало, неизбежно появлялся соблазн образовать большее количество рядов. Но здесь возникала проблема полной бездеятельности большей части боевого состава. Даже второй ряд почти ничем не мог помочь первому. Индивидуальный бой требует подвижности и значительного пространства. Пытаясь помочь своему товарищу, воин второго ряда скорее помешал бы ему, толкая под локоть и задевая своим оружием. Задним рядам оставалось только ждать своей очереди.
Наиболее очевидным путем снижения потерь в рукопашной была своевременная замена уставших бойцов первого ряда. Утомленный, раненый или потерявший оружие воин делал шаг назад-вправо, а на его место из следующего ряда выдвигался свежий боец. Первый же воин протискивался в последний ряд и получал несколько минут на отдых.
Техника ротации или караколирования (от итальянского “караколе” — “улитка”) давала несомненные преимущества. Но для осуществления настолько сложных перестроений под воздействием противника требовались единообразное вооружение, хорошая подготовка солдат, железная дисциплина и высочайший боевой дух. Действовать так была способна лишь отборная регулярная пехота (например, римская и, возможно, египетская).
Впрочем, независимо от подготовки бойцов, неустранимым недостатком караколе было то, что беготня внутри построения требовала больших промежутков между рядами и колоннами. Это в значительной степени лишало строй его преимуществ. Поэтому куда большую популярность приобрел другой путь решения проблемы бездействия задних рядов — фаланга.

В фаланге все ряды воинов вступали в бой одновременно. Задние ряды просто наваливались на передние и проталкивали их вперед. Фаланга прорывала вражеский строй, как толпа манифестантов прорывает милицейское оцепление. Сопротивление было бесполезно. Враг не мог устоять на месте под таким напором.
Фаланга снизила требования к подготовке и стойкости воинов, так как сложных действий от бойца не требовалось. С другой стороны, требования к вооружению повысились. Ведь, уклоняться от ударов стало невозможно. Гоплиту требовались доспехи и прочный щит. Впрочем, прочный — это слабо сказано. Щит весил до 11 кг и удерживался с помощью переброшенного через плечо ремня.

Позже македонцы усовершенствовали тактику фаланги, вооружив бойцов с 3 по 10-12 ряды сариссами. Многометровые, оканчивающиеся на одном срезе копья давали возможность бойцам задних рядов напирать на вражеские щиты. Данная мера значительно увеличивала эффективность атаки, но использование сарисс требовало очень серьезной подготовки воинов.

Применение фаланги
Очень часто можно услышать, что фаланга являлась образованием неделимым, громоздким, неповоротливым и была способна действовать только на равнине. Эта точка зрения абсолютно не соответствует действительности. Тактика использования фаланги была достаточно разнообразной и гибкой. В частности, она позволяла сражаться на пересеченной местности.
Для начала надо отметить, что фаланга копейщиков прекрасным образом могла загибать фланги, как вперед, охватывая противника, так и назад, образуя каре для защиты от кавалерии. Число рядов воинов на различных участках фаланги могло разниться. Так, в 490 году до н. э. при Марафоне греки выстроили фалангу с усиленными флангами. А в 479 году до н. э. при Платеях греки наступали на персов тремя фалангами. Три фаланги было и у персов.
Местность, где 1000 человек в ряд могут идти в ногу, представить себе достаточно сложно. На любой равнине неизбежно встречаются естественные препятствия. Следовательно, фаланга при движении часто разрывалась... обтекала препятствие и смыкалась вновь. Это к вопросу о сковывании цепью щитов гномьего хирда в романе “Алмазный меч, деревянный меч” Перумова. Даже не принимая во внимание очевидную бессмысленность данного мероприятия, двигаться такой хирд мог бы только по взлетному полю аэродрома.
Движение фаланги сопровождалось перестроениями. В узких местах гоплиты могли образовывать и эмбалоны — колонны глубиной 30, 50 и даже 100 щитов. Эмбалонами же могла прорываться и вражеская фаланга.
Наконец по совсем уж “трудной” местности фаланга двигалась, поделившись на лохи — отряды из 256 человек — 16 рядов на 16 шеренг.
Труднее на пересеченной местности, конечно, приходилось македонской фаланге. Она не могла ни изгибаться, ни изменять количество рядов — их всегда было 16. Но — о чудо! — из трех крупнейших сражений, которые Александр Македонский дал в Персии, только одно — последнее — состоялось на равнине. Да и то исключительно потому, что персы задумали рассеять фалангу македонцев колесницами. Что им отчасти и удалось. Именно на ровном месте македонцы едва не проиграли. В двух же других случаях — при Гарнике и Иссе — персы занимали высокий берег реки. Македонской пехоте приходилось не только переправляться вброд, но и подниматься на крутой склон.


Македонская фаланга была не так проста. По существу, она представляла собой цепь воинов, каждый из которых мог двигаться независимо, если этого требовала местность. Кроме того, первые два ряда фаланги состояли из гоплитов со щитами и обычными копьями. Именно они штурмовали склон и расчищали плацдарм для сариссофоров. Наконец, последние 4-6 рядов представляли собой резерв, способный прикрывать возникающие в движении разрывы фаланги.
Римляне возвели деление фаланги на небольшие маневренные единицы в принцип, и в период Пунических войн строились по манипулам 60-120 человек в каждой. Главной особенностью римской тактики было то, что манипулы вовсе не стремились образовать сплошной фронт, как греки. Напротив, боевой порядок легиона состоял из трех линий манипул, построенных с большими промежутками.


Фаланга в средние века
После падения Западной Римской Империи фаланги еще не одно столетие продолжали оставаться главной силой армий. Переселившиеся в Европу варварские народы располагали многочисленной кавалерией, но она была слабее хорошо организованной пехоты.
В большинстве случаев фаланги германцев и славян отличались от греческой фаланги только отсутствием защитного снаряжения. Но этот недостаток в значительной мере искупался прочными дубовыми щитами. Наступательное вооружение германских и славянских воинов было таким же, как и у тяжелой пехоты античности: одни народы предпочитали копья, другие — короткие мечи “саксы”.

Новым словом в военном искусстве являлась только “свиная голова” франков — заостренное спереди каре. Квадратом или кругом при отражении атаки кавалерии выстраивалась пехота всех народов, но франки стали использовать такое построение и для атаки. Это позволяло им с успехом действовать на равнинах, где господствовала кавалерия римлян или, допустим, гуннов.
Но время фаланги щитоносцев уже уходило. Всадники обзавелись стременами, и в 554 году на реке Касулина тяжелая кавалерия византийцев стоптала франкскую “свиную голову”. Период 6-7 веков едва не стал роковым для возникших на развалинах Рима королевств. Противопоставить что-либо тяжелой кавалерии византийцев, а затем и арабов, европейская пехота не могла. Галопирующая лошадь разбрасывала щитников, как шар — кегли.
Пехота еще некоторое время пыталась обороняться на труднодоступных для кавалерии холмах. Иногда это помогало, иногда нет. По мере увеличения численности конницы традиционная фаланга просто теряла смысл. Незачем стало таранить противника щитами. Гигантские рыцарские кони справлялись с этой задаче куда лучше.
В конце 11 века последняя “классическая” фаланга в Европе — саксонский хирд — была уничтожена норманнской кавалерией. Но уже в 12 веке пешие воины снова стали выходить в поле строем. Только теперь уже они несли не щиты, а пики.
В 12-14 веках построения пехоты полностью изменили свое назначение. Если раньше пехота смыкала ряды для атаки, то теперь — для защиты от конницы.

Средневековая фаланга так же насчитывала 6-10 рядов, как и античная. У итальянцев первый ряд образовывали щитники, за щитниками становились 3-4 ряда пикинеров, за пикинерами — воины с сулицами и двуручными копьями. У фламандцев ряды пикинеров и бойцов с годендагами располагались через один. И, так как для удара годендагом требовался размах, ряды располагались далеко один от другого. Лучники во всех случаях располагались впереди строя, но при появлении кавалерии прятались за фалангу и продолжали пускать стрелы навесом.
Увы, защиту пехоте 3 или 4 ряда пик давали неудовлетворительную. Остановить рыцарского коня они сами по себе не могли. Пехоте требовалась еще и дополнительная защита в виде рва, палисада из кольев или скользкого склона. То есть пехота могла обороняться только на заранее подготовленной позиции.

Фаланга в Азии
Слово “фаланга” — греческое, и ассоциируется оно в первую очередь с Древней Грецией. Но не греки были изобретателями этого построения. Строиться в несколько рядов для удара щитами впервые стали, видимо, еще шумеры.
Позже фалангу выстраивали ассирийцы — народ, ничуть не уступающий шумерам в изобретательности. На страх врагу ассирийцы усаживали щиты первого ряда воинов длинными, как кинжалы, шипами.
Строились фалангой и персы. Особенностью персидской фаланги было то, что воины задних рядов имели при себе луки, и до начала рукопашной пускали стрелы навесом.
Тяжеловооруженный
лучник.

Баталия
В 13-14 веках кавалерия потерпела несколько крупных поражений от пехоты. Но во всех этих случаях причиной разгрома рыцарской армии неизменно являлся грубый просчет командования. Никаких выводов не было сделано и после того, как в 1315 году при Моргартене 1300 швейцарских крестьян опрокинули отряд из 3000 баварских рыцарей. Гибель 1000 всадников тогда была воспринята, как очередное доказательство того, что горы — неудобная местность для кавалерии. Однако именно в данном случае пехота не использовала особенности местности для успешной обороны. Швейцарцы вообще не оборонялись.
Они построили квадрат 35 рядов на 35 шеренг из одних только пикинеров. Теперь и пик было заведомо достаточно, и само понятие фланга и тыла потеряло смысл. У баталии, как и у каре, не было флангов и тыла, только фасы (лица): передний, правый, левый и задний. С какой бы стороны ни нападал противник, баталия встречала его лицом.
Первое время баталия выстраивалась только одна. То есть в одну баталию вставали все пикинеры, а швейцарское войско в то время почти из одних пикинеров и состояло. При Моргартене на 1225 пикинеров приходилось всего 50 стрелков.
Тактика действия баталии была очень проста: ощетинившись пиками, пехота прорывалась к вражескому лагерю. Добравшись до лагеря, пикинеры бросали пики и завершали разгром противника уже с кордами или топориками. Баталия имела полный иммунитет к атакам кавалерии, а обороняться кавалерия не могла и сразу обращалась в бегство.
В 15 веке такая тактика срабатывать перестала. В феодальных армиях появились наемные стрелки. А расстрелять швейцарских пикинеров, не имевших ни щитов, ни доспехов, было очень легко. Швейцарцы стали выстраивать три баталии: большую и две малые по флангам. Кроме того, баталии теперь прикрывались легкой пехотой: алебардщиками и арбалетчиками. При атаке кавалерии они отступали за баталию.

Может возникнуть вопрос — почему рыцарям было не объехать баталию и не передавить укрывшихся за ней легковооруженных солдат? Рыцари не могли скакать вокруг баталии, как апачи вокруг лагеря бледнолицых. У них были не те кони. Кроме того, алебардщикам и арбалетчикам только и надо было, чтобы кавалерия, обтекая баталию, сбросила скорость и расстроила ряды.
Впрочем, “алебардщики”, в данном случае, название обобщенное. Некая стандартизация в плане вооружения прикрытия баталии сложилась только к середине 16 века. В 15 веке баталию окружали воины не столько с алебардами, сколько с двуручными мечами, копьями, сулицами и молотилами (двуручными цепами).

С тех пор и пошло...

Фаланга оказала влияние не только на военное искусство, но и на мировую культуру в целом. Причем это влияние ощущается до сих пор. Так, именно фаланге обязана своим появлением строевая подготовка. Ведь двигаться в плотном строю можно было только в ногу. Со временем это вошло у военных в привычку. К концу 19 века эта привычка, казалось бы, стала вредной, но именно в это время японцы сумели постичь ее сокровенный смысл. Японцы распознали в шагистике уникальный метод психического тренинга, вырабатывающий у солдат автоматизм выполнения приказов и чувство локтя.
Именно фаланге мы обязаны появлением греко-римской борьбы. Этот вид боевого искусства, применимый в давке, в свое время был специально разработан для фалангистов.
Наконец, фаланга ввела новый эталон красоты. Благодаря ей признаком настоящего мужчины стала считаться не густая борода, а бритый подбородок. Уставы античных армий запрещали носить бороду, так как в бою за нее мог ухватиться враг. А он — учитывая, в насколько тесный контакт фалангист входил с противником — и впрямь легко мог это сделать. Даже славяне и франки в раннем средневековье брились, и только потом — когда фаланга отошла в историю — перестали. - смотри комментарий внизу

Манипула против фаланги

Манипулярный строй обычно объявляется более “прогрессивным” по сравнению с фалангой. В доказательство приводятся победы римлян над македонцами в 197 и 168 годах до н. э., когда манипулы проникали в разрывы фаланги и длинные копья македонцев становились бесполезными. Но при этом не берется в расчет, что ранее римским легионам пришлось потерпеть немало поражений от фаланг Пирра и Ганнибала.
Опускается также и то обстоятельство, что, спустя несколько десятилетий после этих побед, римляне отказались от манипулярного строя. Во времена Цезаря легион уже строился по когортам (несколькими отрядами по 500 человек). Во II веке новой эры когорты стали смыкаться в фалангу.
На самом деле, желание греков любой ценой образовать сплошной фронт было продиктовано слабостью их легкой пехоты. Вражеские метальщики легко могли прорваться в промежутки между солдатами. У римлян же была хорошая легкая пехота — велиты. В 100 году до н. э., с переходом к комплектованию войск на профессиональной основе, место велитов в легионе заняли наемные стрелки. Но им не было прежней веры. Манипулы стали объединяться в когорты. Еще позже, когда денег на наемников не стало, римляне стали образовывать сплошную стену щитов.

Сколько же, действительно, бойцов входило в баталию?
К концу 15 века баталии перестали быть монополией швейцарцев и повсеместно превратились в главную силу армий, оттеснив кавалерию на второй план. В баталию 30х30 рядов входили 700-800 тяжеловооруженных пикинеров, 300 алебардщиков и 250-300 стрелков: арбалетчиков или аркебузиров.
Как можно понять по численности пикинеров (30х30, вообще-то, равно 900), в центре баталии оставалось свободное место. Там помещался капитан (на лихом коне, для улучшения обзора) и связисты: знаменосцы и музыканты.
С начала 16 века две или три баталии стали объединяться в полк, или “штурмовую колонну” (“штурмбанд” у немцев). Пикинерский полк, таким образом, насчитывал 3000-4000 солдат.
Полковник Джеральдин
Комментарий
Цитата
Благодаря ей признаком настоящего мужчины стала считаться не густая борода, а бритый подбородок. Уставы античных армий запрещали носить бороду, так как в бою за нее мог ухватиться враг. А он — учитывая, в насколько тесный контакт фалангист входил с противником — и впрямь легко мог это сделать.


Классика фаланговой тактики - Спарта, а в Спарте мужчинам законодательно предписывалось носить длинные волосы и бороду! Непонятно, о каких "уставах античных армий" идет речь?!
Насчет ухватиь за бороду - это вообще круто - для этого надо как минимум бросить оружие, а таких смельчаков находилось явно не много - вместо того, чтобы пырнуть противника мечом оттаскать его за бороду!

Вообще - "Мир фантастики" как источник... М-да...
Книжник
ВОТ! УЖЕ ПОШЛИ РАЗНОГЛАСИЯ! И ВООБЩЕ, НАЧЕРТА ЗДЕСЬ ЭТА ТЕМА?????!!!!!
Полковник Джеральдин
Книжник

В целом согласен. Если игрок хочет что-то узнавать, то он узнает сам или сможет проконсультироваться в привате с любым из коллег или ДМ-ов. Ну а если не хочет - он не опознает пушечное ядро, даже если он влетит ему в голову! А пытаться сделать из игры "Книгу будущих генералов" а-ля Митяев по-моему излишне. В городе до черта книжных магазинов и библиотек, да и Сети есть много вкусного. Грамотно изложить теорию в формате форума вообще не удасться. Короче, господа, давайте не будем заводить собственную "Школу игроков".
Р.S. Консультировать готов. Тексты вопросов и ответов буду сбрасывать ДМ-ам.
Evil_Wizard
Полковник Джеральдин
Ну помоему классика фаланги попозжее(точнее там она был эффективней) Македония, Филлип 2, Александр...
Полковник Джеральдин
Evil_Wizard

Можно спорить, согласен, но по-моему Александр это уже золотой закат...
Македонцы привнесли много своего - роль конницы, например. После Эпаминонда та, классическая фаланга (равномерно сильная по всему протяжению, гомогенная, без усиления на флангах и пр.) все более уходит в прошлое.
Но если говорить о бородах, smile.gif то в и в македонской армии бритье не предписывалось а было скорее модой, заимствованой на востоке.
Goldseeker
Цитата
Благодаря ей признаком настоящего мужчины стала считаться не густая борода, а бритый подбородок. Уставы античных армий запрещали носить бороду, так как в бою за нее мог ухватиться враг. А он — учитывая, в насколько тесный контакт фалангист входил с противником — и впрямь легко мог это сделать.

Странно в учебнике истории такое написано про древнегерманские племена
был там какой то правитель который приказал брить бороды чтобы противник не мог за них ухватиться(если учесть что бороды не брили в течении всей жизни и заплетали в косички это довольно легко сделать)
Predsedatel GKofE
Книжник
Вопрос актуальный, постараюсь, ответить:
1) Это не разногласия а поправка и коментарий к тексту... Текст не самый подзодящий но Клаузевица сюда я выклпдываит не хочу и не буду.
2) Тема создана чтобы отвечеть на вопросы игроков, которым чаще всего лениво воспользоваться надлежащей литературой.
3) В целях рекламы... У нас на форуме же есть народ, который учится на нормальных военных кафедрах, который заходит хотябы как "гости"? Есть!
А здесь очень вкусная подборочка сайтов и материала, то есть все ссылкм можно будет найти тут, и не мучеться с поисковой системой. Вот они сюда придут, посмотрт сайты, ссесию сдадут, и поинтересуются что такое Завоеватели...
4) И ЭТО НЕ ФИЛИАЛ ШКОЛЫ МАСТЕРОВ И ИГРОКОВ!!! ЭТО ДОПОЛНЕНИЕ К ЗАВОЕВАТЕЛЯМ!!! К ТИПАМ РПГ КОТОРЫЕ ИЗУЧАЮТСЯ В ШКОЛЕ МАСТЕРОВ, ВОЕНКАФ НЕ ИМЕЕТ НИ МАЛЕЙШЕГО ОТНОШЕНИЯ!!!

Полковник Джеральдин
Спасибо за комментарий.
Predsedatel GKofE
Тактика и стратегия применения драконов на войне


Информация взята из журнала "Мир Фантастики"

Какой же фэнтезийный мир без драконов? Какой же фэнтезийный мир без решающих битв, эпических сражений и судьбоносных поединков? А вот драконы на поле боя — зрелище в книгах и фильмах уже достаточно редкое, хоть и захватывающее. И большей частью — анекдотическое. Парадокс?

Сражения с участием драконов не блещут стратегическими изысками. Либо драконы лупцуют друг друга над полем брани, либо бесцельно жгут города, либо сражаются с рыцарями в поединках. Пожалуй, единственное более-менее осмысленное применение драконов как организованной силы мы видим в "Пернском" цикле Энн МакКефри, который, вообще-то, лишь условно можно отнести к жанру "фэнтези". В остальных случаях "крепкая фэнтези" стремительно скатывается в детскую сказку или ужастик. Почему? Кому большая ящерица, а кому и маленький пушной зверек
Что дракон умеет, кроме хранения золота и пожирания девственниц?
Памятка "Красноармейцу о драконах" включает пять пунктов:
1. Дракон — оружие наступательное. Он не ждет противника, а ищет его. Даже в обороне драконы помогают держать фронт, контратакуя врага.
2. Цели дракона — во вражеском тылу. Обозы, склады, мосты. Посади врагов на диету, и твоя сытая пехота легко с ними разберется.

3. Даже одного дракона потерять жалко. Поэтому бить надо кулаком, а не растопыренной ладонью. Один на один — это честный бой, десять на одного — путь к победе.
4. Главные задачи драконов — огневая штурмовка, высадка тактических десантов и воздушная разведка.
5. И не считай противника идиотом. Он наверняка попытается напасть на гнезда наших драконов — будь к этому готов.


Да потому что драконы, особенно в товарных количествах, превращают гордых рыцарей в гору дешевой тушенки. Они слишком сильны, чтобы вписаться в героический мир "ножа и топора" — это всем остальным надо приспосабливаться под них. Но читателю-то нужен герой! Мускулистый, загорелый, с большой железкой в одной руке и миниатюрной блондинкой в другой. Вот и приходится расчищать красавцу путь, превращая драконов в идиотов. Потому что совсем без драконов нельзя — скучно. К тому же писатели зачастую не знают, с какой стороны у танка пушка, и стараются не лезть за пределы привычного им фехтования. Ну а если вам все-таки интересны драконы как средство правильного ведения войны — то эта статья для вас!


Там, где пехота не пройдет, и конный латник не промчится...

Что такое дракон? "Увидишь — не ошибешься", это понятно, несмотря на огромное количество разновидностей.
Итак, "дракон вообще" — это крупное, хорошо защищенное летающее животное, способное изрыгать пламя. Драконы либо разумны, либо обладают зачатками разума, либо их возможно приручить для дальнейшего использования. Их можно либо разводить, либо нанимать, либо призывать. А потом — кормить, поить и, возможно, ублажать другими экзотическими средствами, вроде девственниц и груд золота.
Что даст дракон древнему искусству войны? Прежде всего, перенесет ее в третье измерение. А появление летающего противника — это не только необходимость надеть шлем покрепче. Это означает, что привычные методы борьбы за территорию мгновенно устареют. Теперь не нужно прорубаться сквозь боевые порядки противника, и горизонтальное окружение на плоскости поля боя уступает место вертикальному охвату. В воздухе нет преград, его невозможно перекрыть, и маневр вновь
За Андуином земли для вас нет!

Не щит и меч, а движение — вот что выигрывает войны. Придет конец сражениям, когда две армии сходятся в чистом поле и рубятся до потери сознания. Конечно, одного маневра, даже очень хорошего, для победы мало. Дракон — это воплощение атаки, невероятная огневая мощь и надежная защита в компактной и очень мобильной упаковке. Бронированные огневержцы, вихрем проносящиеся по вражеским тылам и уничтожающие там все, что возможно, не встречая при этом достойного сопротивления — это как танковый прорыв времен Второй мировой. Даже достаточно автономная, питающаяся подножным кормом армия средневековья не может существовать без тылов. Не обязательно сражаться с тысячью тренировавшихся с детства тяжеловооруженных рыцарей — вполне хватит и того, что от голода они не смогут надеть на себя латы.
Десятки, сотни, тысячи драконов — ужасающая мощь, но и один-единственный дракон способен до смерти огорчить врага, пусть даже ни разу не пыхнув на него огнем. Самое первое, чем занялась военная авиация, то, ради чего она, по сути, и родилась — это разведка. Для воздушной разведки нет тайн, от нее невозможно скрыть перемещения войск или инженерные приготовления. "Предупрежден — значит, вооружен". Успех в информационной войне — важный шаг на пути к общей победе.
Командование драконами сильно зависит от того, сколько звездочек у вас на погонах.


С открытыми воздушной разведкой глазами управлять боем проще и приятнее, а победа практически гарантирована, если особо не ошибаться.
И не надо делать из дракона краеугольный камень обороны или основную силу наступления. Стройте войска, как будто дракона вовсе нет. Когда у дракона нет жестко закрепленной позиции, появление его всегда будет для противника неожиданностью. Сидят враги, балагурят — и вдруг БАЦ! — они на острие атаки. С драконом можно не искать слабых мест для наступления, а создавать их, где удобнее. А если враг, надрываясь, стянул все силы и прорыв не удается — перенести удар на километр в сторону. Оглянуться не успеют, как окажутся в котле.
Еще важнее не завязываться на дракона при обороне. Дракон найдет затаившегося врага, когда тот только готовится к наступлению, изрядно его прожарит еще на подходе, и уж если кому-то удастся прорваться сквозь подготовленные к обороне позиции — добьет в своем тылу. Бойцы пусть сидят в окопах и не отвлекаются. Такая оборона устойчивее толпы солдат с драконом в центре.

Флагман ночного десанта.

Одного дракона будет уже мало, нужен десяток. Лучше — два. Тут уж можно развернуться и превратить жизнь врага в сущий ад. Он ждет подкреплений? Не дождется. Спрятал в лесочке осадные орудия для штурма? Может на прощанье понюхать дымок от пожара. Солдаты проголодались? Стрелы кончились? Больных и раненых в тыл не может вывезти? Связи нет? С каждым часом сил для наступления и путей для отхода у него будет все меньше и меньше. Можно поступить гуманно и предложить сдаться, а можно подержать, сколько нужно, в котле и добить, чтоб не мучался.

Конечно, не факт, что драконы смогут полностью перекрыть врагу кислород. Но этого и не надо. Если у себя в тылу он сможет перемещаться только по ночам, перебежками от одного куста к другому, дико озираясь и тыча в небо арбалетом, значит, дело сделано. Без нормального тыла ни одна армия воевать не может.
Но не все гоняться за обозами! Можно порезвиться и чуть по-другому, посадив на драконов пехоту. Напасть с воздуха на штаб или форпост, высадить десант на пепелище и повязать пленных, отбить узловую точку оборонительной линии, захватить склад с выпивкой — да мало ли вкусных целей на карте?
Впрочем, не всегда войска стоят друг против друга. Чаще один противник бегает от другого, и вот тут драконы могут очень пригодиться. Нападение с воздуха в лучшем случае превращает походную колонну в обезумевшее от страха стадо, в худшем — останавливает и заставляет развернуться в боевые порядки для отражения атаки. Все это — потеря драгоценного времени. А в маневренной войне кто быстрее двигается, тот и молодец. К тому же противник на марше гораздо уязвимей, чем на позициях. Задача командира — догнать отступающего в поле и добить, или наоборот — оторваться от наступающего и встретить в готовности, зарывшись по уши в землю.
Один солдат, особенно какой-нибудь Коэн-варвар, может биться в одиночку. Десять — уже заскучают без весточек от любимого командира. Армия без связи — сборище потенциальных покойников. В отсутствие радиоподобных палантиров драконы — лучшие связные. Быстры, крепки, надежны, а абонентскую плату можно с противника списать.

Звезды распухли, а штаны покрылись лампасами
Стратегическое воздействие на противника, работа в глубоком тылу
Любая война ведется лишь до тех пор, пока участники способны ее вести. Именно страны-участницы, а не их армии. Если армии нечего есть и нечем стрелять, если народ недоволен и готов восстать, если продолжение войны приведет к массовому голоду и полному краху экономики — то такую войну постараются прекратить, чтобы не ввергнуть государство в полный хаос.
Весточка с Большой
земли.

Добейтесь хаоса по ту сторону фронта, и можете забыть про генеральные сражения и поединки рыцарей перед строем. Привычными фэнтезийно-средневековыми методами добиться этого нелегко, но вот драконы... Драконы меняют ситуацию в корне.
Нет точки на карте, недостижимой для дракона. Противник может считать плантации за горным хребтом своим безопасным глубоким тылом, но драконы доберутся туда за считанные часы. Доберутся и сожгут. А на следующий день — сожгут урожай в другой местности. И в третьей. И так до тех пор, пока в стране будет что сжигать. Города, поселки, деревни, порты, корабли в море, склады, фермы, хутора, мельницы, амбары, мосты, дамбы, паромы, избушки лесников. Леса, в конце концов. Удары будут неожиданными и неотразимыми. Впрочем, скорее всего до полной аннигиляции дело не дойдет — любой не особо сумасшедший правитель в такой ситуации запросит мира.
А если не запросит — сменим правителя. Не обязательно выжигать всю страну — достаточно сжечь один замок в столице или одну карету на дороге. А наследник будет гораздо сговорчивей.

Ревущий дракон в клубах дыма и пламени ярким солнечным днем виден издалека, а вот летящий на бреющем черный дракон темной ночью — практически невидимка. Очень полезное свойство, когда надо забросить в тыл врага диверсионную группу, неуязвимого Главного Героя или ставший ненужным артефакт. Тихо ночью прилетел, тихо ночью улетел. А по пути посмотрел, кто, где и куда движется, где ждать нападения, а где слабое место в обороне. О разведке нельзя забывать ни при каких условиях.

Драконы в тельняшках

Дракон над морем становится не только мокрым и злым, но и смертельно опасным, ведь деревянный корабль перед ним
Сначала
подрумяним
снизу, потом
пропечем сверху.

абсолютно беззащитен. И десять деревянных кораблей — тоже. Поэтому не стоит рассчитывать на генеральные морские сражения или крупные десанты в тех местах, где могут появиться драконы, — сожгут. Разве что мелочь всякая будет по ночам вдоль берега шнырять с контрабандным табаком и авантюристами на борту.
Так что господство в воздухе дает и власть над морем, а уж умелый полководец сумеет им распорядиться.

ПВО

На каждого хитрого дракона найдется свой боец с винтом калибра 7,62. Ну, или с чем-то подобным. А когда бойцов собирается пара сотен, то над ними пролетит разве что дракон-камикадзе. Причем вертикально вниз.
Принцип прост: забить качество количеством. Тут уж не до красот стратегии, знай стреляй из всех стволов — авось попадешь. Если повезет, попадешь в уязвимое место. Если очень повезет — попадешь прежде, чем дракон тебя поджарит.

Главная задача состоит в том, чтобы в нужное время в нужном месте стволы были в нужном количестве. Если охраняется город или полевой лагерь, значит, крупнокалиберные драконобойки должны быть приведены в боевое положение, а выносные посты — заранее предупреждать о приближении дракона. Чей первый залп, того и тапки. Солдатиков натренировать так, чтоб при виде дракона они не под телеги лезли, а палили в зенит из всего, что под руку попадется.
Неплохо ограничить нападающим свободу маневра, чтобы летели только сквозь хорошо пристрелянные коридоры — поднять аэростаты заграждения, натянуть тросы и сети, костры с вонючим дымом запалить.
Колонна на марше или конвой в море защищаются так же, но им тяжелее — как правило, тяжелое вооружение находится в походном положении, и на подготовку к бою требуется время. Поэтому лучшим средством защиты для них является свой дракон — он и разведку ведет, и при случае свяжет боем напавшего противника, пока бойцы сколачивают свои баллисты с катапультами.
Впрочем, защищаться надо не только от полчищ огнедышащих чудовищ, но от одиночных хромокрылых инвалидов с зоркими глазками. Без воздушной разведки противник глух и слеп. Поэтому маскировка и еще раз маскировка! Маршировать ночами, путать карты фанерными крепостями, закрывать важные точки дымовыми завесами. Плюсы и минусы дракона как оружия

Плюсы:

+ Летает, в том числе через границы и линию фронта
+ Работает с огоньком
+ Крепкая шкура
+ Грузоподъемность среднего автобуса
+ Врагу внушает ужас, своим — отвагу в бою
Минусы:
- Виден издалека
- Стоит дорого
- Требует тренировки себя и экипажа

Но самая хорошая защита — это нападение. Если у противника не будет драконов, то и нападать они не будут. Значит, надо уничтожить зверя в его логове. Атаковать драконьи базы своими драконами, атаковать внезапно и массировано, с подавляющим перевесом в силах. Нет сил атаковать в лоб — проводить диверсии, травить скот, отключать горячую воду. Яйца у Горынычей — самое слабое место.

Ну и, разумеется, магия. Магия везде своя, поэтому тут уж делайте что хотите. Потому что главное — результат.

Хранители мира

Драконы — пылающий образ войны, олицетворение мощи и ужаса разрушения, громадины неба, для которых нет преград и расстояний. Можно сравнивать их с летающими танками, можно с бронированными самолетами. Все это верно. Но самое правильное сравнение — атомная бомба мира фэнтези. Парадоксально, но факт — драконы столь мощное оружие, что должны были бы одним фактом своего существования предотвращать войны. Слабые противники не в силах противостоять крупным армиям, вооруженным драконами, а схватка "сверхдержав" приведет к разрушениям и потерям, восполнить которые средневековая по сути своей экономика мира фэнтези будет не в состоянии, и поэтому война практически невозможна.
Так что, если, подняв голову, увидите в небе дракона — знайте, ваш мир в безопасности
Полковник Джеральдин
Цитата
Яйца у Горынычей — самое слабое место.


Мда... С этим не поспоришь. Спасибо, хоть не головы, как у некоторых (к Клетчатотму не относится).
Вообще раздел про ПВО - откровенно слабый. Не беря в расчет Flak'и и пулеметы противопоставить нормальному (не костяному) дракону фактически нечего, Альмавир над этой проблемой бьется уже 4000 лет (9 лет реального времени) и пока ничего коромя "живейшего ужаса" не получилось. Кстати. буду благодарен любым предложениям по противодраконовой обороне БЕз использования пороха, отравляющих газов, электричества и пр. технологий 20 века (оптика лопускается). Игрок, внесший лучшее РЕАЛЬНОЕ предложение получит офицерский потент альмавирской армии и право на пенсию по выслуге лет. Писать в ЛС.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.
Форум IP.Board © 2001-2018 IPS, Inc.