Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия этой страницы: Квента
форумные ролевые игры > Проекты > Школа Мастеров и Игроков > Аудитория
LEX
Появилась у меня такая идея. У молодых и начинающих часто возникают проблемы с историей персонажа. Почему бы для примера не скинуть несколько квент, для того что - что бы народ хотя бы имел какое-то представление... Как о хороших так и плохих...
Вот одна из них на ваше рассмотрение. Тут конечноздоровенный кусок плагиата, но она мне нравится. Этим персом я играю по Драгонленсу на ролемансере. Легкая интерпретация на тему продолжения Джека-из-Тени. Моя любия личность. Evil - Rulezzzz!!!! biggrin.gif




Тишина... Ночь... стук сердца... связки нелепых мыслей... стук крови в висках...
Тишина... Что может быть громче... Боль... где-то это уже было
***
Тьму прочертили тонкие лучи света – белые, серебристые, голубые, желтые, красные, в основном прямые, иногда – колеблющиеся, они пронизывали тьму насквозь.
Некоторые были ярче прочих.
Медленнее, медленнее...
Наконец они перестали походить на нити паутины.
Лучи превратились в тонкие длинные прутья... затем в палочки... огненные черточки...
А потом стали мерцающими точками ...
***
Долгое время он лежал, уставившись на звезды, ничего не воспринимая. Лишь много позже , в его сознании возникло слово «звезды», а перед глазами появилось слабое мерцание.
Тишина и способность видеть – больше ничего...
И снова, спустя много времени, он почувствовал, что летит. Летит вниз, будто с большой высоты, обрастая плотью, - а потом понял, что лежит на спине лицом вверх и груз бытия вновь давит на него.
- Я ... собрался произнести он про себя, все еще не в состоянии пошевелиться.
- Кто Я? Ощущение того, что он должен был знать, но не находил ответа вызывало практически физическую боль.
- Кто Я? ... Боль...
Он не знал ни где лежит, ни как попал в эту звездную тьму. Ощущения казались знакомыми, возвращение было чем-то, уже пережитым раньше – давным-давно.
По телу от сердца разлилось тепло, и он ощутил покалывание, обострившее все его чувства. И тогда пришло знание.
- Я – Джек. я умер... снова ... жив ... опять ... где?
Мысли лихорадочно бегали в голове, пытаясь обогнать друг друга и создавая тем самым еще больший сумбур.
Как только он сумел пошевелить правой рукой, она сама потянулась к голове, к тому месту, которым он треснулся о камни, до того как ... Утренняя Звезда не успел ...
Кто? ... тишина ... мозг лихорадочно пытается собрать обрывки мыслей на долю секунды вспыхнувших в голове яркой звездой ... слишком сложно....
- К черту, - было первое слово, которое он произнес вслух, - это позже. Сначала посмотрим, где мы, потом все остальное.
И он сказал:
- Да будет так. – и поднявшись огляделся по сторонам....
***
Медленно наползающие облака отчасти прикрывали солнце.
Джек знал, что нужно было уходить раньше. Он прошел восемь кварталов от черного города к Тагауту, минуя высокие здания с окнами похожими на дырочки в прогрызенном мышами сыре, по улицам, где, несмотря на прошедший год, запахи смолы и полу-прогнившей древесины все еще были невыносимыми для его обоняния. Он, петляя шел по улицам. По краям улиц валялись осколки битых фонарей, а из промежутков между домами вываливались горы мусора. Из окон, с лестниц, из дверей люди с равнодушными лицами наблюдали, как он идет мимо.
Потом появилось, что-то вроде намека на ветер, журчание воды, под одним из карнизов раздался хриплый птичий крик. Он швырнул окурок в сточную канаву и проводил его взглядом. Табак заканчивался, найти в этом проклятом мире щепотку табака было делом нереальным. Привычка давала о себе знать. Это не его место, что он здесь делает?..
- Или я действительно умер в последний раз. Мысль оказалась не по вкусу и он попытался отогнать ее.
- Чертово место, везде сплошной свет, никакой тени, - подумал он.
Странно, никто ничего не заметил. Где же я раньше это видел.
Там, где свет был тусклее, кое-что переменилось. То ли что-то пришло в этот мир, то ли исчезло из него. Поэтому возникло неосознанное чувство разобщенности – его не было, когда день сиял во всей красе, с ним возникли другие чувства и образы. Словно тени, несмотря на его невосприимчивость к ним, все еще пытались воззвать к нему. Поэтому заходя в мало освещенный бар, Джек понял, что, камень застывший на одном месте начал медленно раскачиваться и сдвинулся с места.
Он скользнул за стул напротив нее и улыбнулся.
- Привет Клэр.
Она уставилась на него, широко раскрыв темные глаза.
- Богарт! Ты в своем репертуаре, - сказала она. – Просто раз и вот он ты.
Джек продолжал улыбаться, разглядывая черты ее лица, аккуратные пальчики с желтыми пятнами следов кислоты (снова была в лаборатории), легкую припухлость под глазами, несколько упавших на лоб и выбивающихся из-под капюшона соломенных прядей.
- Как паяц из коробки, - сказал он, - А вот и официант.
- Пиво.
- Пиво.
Оба со вздохом откинулись на спинки стульев и стали смотреть друг на друга.
Потом она засмеялась.
- Ну и год! – заявила она. – Не думала, что так все повернется. Может, ты все-таки передумал? Останешься?
- Нет, Клэр, решение окончательное. В последнее время я стал слишком много обращать внимание на время, - он ухмыльнулся, - Даже звучит как-то странно. – Я понимаю, что я для тебя ходячий материал для исследования, но пойми, того, что тебе удалось вытащить из моей памяти за полгода для меня слишком мало, прости, но мне нужен настоящий специалист.
- Ну, что ж, - она закусила губу, - я тоже об этом думала, и кажется, я знаю человека, который тебе сможет помочь, но сомневаюсь, что он захочет это сделать, даже если каким - нибудь способом тебе удастся завладеть его вниманием.
- Опасный тип? – Джек прищурился.
- Очень.
- Ладно, разберемся, - Джек вытащил предпоследнюю сигарету и подкурив с удовольствием затянулся, не обращая внимания на половину населения таверны наблюдавшей этот процесс. Он к этому привык. Люди боятся магов. Боль ... с некоторых пор ты не можешь относить себя к ним. Напрягшиеся было, скулы, расслабились.
- Все хорошо?
- Все хорошо... – кто этот тип, я знаю?
- Слышал..., наверняка. – Клэр сделала паузу, потом, наклонившись, тихо выдохнула ему в лицо, - Рейстлин Маджере.
Молчание затянулось ненадолго, Джек поднял глаза и спросил:
- Я кое-что слышал и все разное, хотелось бы это услышать от тебя, но не здесь.

Они шли к ней. В воздухе пахло дождем. История была длинной. Клэр замолчала. Мелкие капли, рассыпаясь водяной пылью, тихонько стучали в стекло.
Он первый нарушил молчание:
- как ты думаешь, у меня ест шансы Клэр? Или все это не имеет смысла, и мне придется подохнуть здесь, - в голосе неожиданно зазвучал метал и его темные глаза опасно засветились, - мне придется провести здесь остаток жизни, так и не узнав, что случилось с МОИМ миром.
Он вскочил со стула и закричал:
- Я сделаю все, чтобы вернуть себе, то, что мне принадлежало по праву, и кем я был. Если есть хоть малейший шанс, то я переверну полмира, но сделаю это. Потому что, Я – Джек-из-Тени – Хозяин Шедоу-Гард! Я Джекки-Тень, вор, крадущийся в тени и в тишине! Мне отрубили голову в Иглесе, но я вновь восстал из Навозных Ям Глива! Я выпил кровь вампира и съел камень! Я нарушил Договор! Я тот, кто подделал имя в Расчетной Книге. Я – узник драгоценного камня. Я однажды оставил в дураках хозяина Хай-Даджен и вернулся отомстить ему. Я тот, кто разрушил Великую Машину и изменил целый мир. Я враг своих врагов. Я Джек-из-Тени!
При этом взрыве эмоций лицо Клэр приняло озадаченное выражение, и хотя она открыла рот, пытаясь проговорить заклинание, ее слова утонули в криках Джека.
Но через секунду после его последних слов, раздался грохот падающего тела и Джек оказался на земле, видимо заклинание все-таки сработало. Клэр подошла и наклонилась над телом.
***

По дороге шел одинокий путник. Шел быстро. Его догоняла гроза. Это был молодой человек. На вид лет 25-28. Смуглый. Узкие, немного прищуренные глаза, длинные иссиня-черные волосы падали на лоб. Лицо можно было даже назвать красивым, если бы не черные, пугающие своей глубиной глаза, в глубине которых горело два огонька, и плотно сжатые бескровные губы. На ладно скроенной спортивной фигуре как перчатка сидел кольчужный топик, за спиной над левым плечом, виднелась рукоять обычного длинного меча. Нож за сапогом, черные потертые кожаные штаны, рубаха и теплый черный плащ завершали внешний вид. Отсутствие котомки за плечами говорило о том, что человек либо не имел денег на котомку и на то, что необходимо путнику в дороге, либо слишком спешил, что не успел ничего собрать. А возможно , что он никогда ей не пользовался.
Человек спешил. Он хотел уйти от грозы.

- Ты всего – на всего моя тень!
- Глупец, на самом деле ты – это Я...

Он был с тобой всегда. Всегда и везде. Он видел все, что видел ты. И знает все, что знаешь ты. Его желания – твои желания. Он был с тобой всегда. любил и ненавидел все то, что ты любил и ненавидел. Он был с тобой, когда ты встретил свою первую женщину и когда первый раз взял чью-то жизнь. Он тонул в болоте вместе с тобой и напивался вдрызг, когда вам было плохо. В пустыне вы вместе изнывали от жажды, и вместе целовали клинок, который спас ваши жизни в заброшенном городе. Вы вместе бежали из горящего города, который вы тоже подожгли вместе. Он никогда не покидал тебя. И ты никогда не покидал его. И ты никогда не знал, что он всегда рядом. Он прикрывал твою спину и ловил грудью стрелу, которая должна была бы быть в твоем сердце. Он видел кровавую пену на твоих губах и чувствовал ее вкус. Ты не хотел жить, и он вскрывал себе вены. Ты никогда не видел его лица и не слышал его имени. Но ты всегда знал, что когда ты повернешься назад и посмотришь в его глаза, то увидишь там самого себя. И ты поймешь, что ты нигде и имя твое никто...

***
Человек медленно крался по полутёмным коридорам. Язычок огня медленно тлел в его руке. Коридоры раздваивались, сходились, ныряли вниз и путались в голове. Человек шел уверенно, но не спеша. Вдруг впереди раздался тихий шаркающий звук. Человек остановился, сжал кулак, потушив огонек и шагнул в густую тень, которую отбрасывал кусок скалы... и растворился в ней.
В коридоре появился свет. Его испускал факел, который находился в руке жирного, широколицего мужика лет под пятьдесят. Он прошел по коридору освещая каждый темный уголок. В коридоре никого не было...
Пещера была огромна. Сверху из круглого отверстия лился свет. Когда-то раньше здесь бушевал огонь. Теперь это всего лишь потухший вулкан ... и логово дракона. Точнее зеленого дракона.
Человек стоявший у входа в пещеру смотрел только в одном направлении. Посреди пещеры, среди куч разбросанного золота, оружия украшенного драгоценными камнями, кусков серебра и россыпей жемчуга стоял золотой столб высотой около метра. На нем, на подушке из нежнейшего бархата лежало колье. Из драгоценных камней. Числом двадцать семь. Кристально чистые алмазы, яркие как кровь на солнце рубины и изумруды – цвета молодой травы. Камни были огромны... как для камней.
Вор застыл в восхищении... ненадолго.. Пробравшись к золотому монолиту, он скинул небольшой рюкзак с плеча, сгреб колье, полюбовался на него ... и убрал в сумку.
В этот момент раздался рев. Человек резко обернулся, в его руке сверкнул длинный меч который до этого висел у него на поясе.
Дракон был невелик. Метров двенадцать..... от холки.
Рев прокатился по пещере, затих. И сменился громкими хрипящими словами, которые, по-видимому, исходили из пасти дракона.
- Ты поганый вор. Наконец то Я увидел тебя. Я ждал, что ты придешь за Этим. Это хорошая приманка. Я знал, что как только ты узнаешь, то придешь. Я буду убивать тебя медленно. По частям. Но перед тем как Я тебя съем скажи мне, где моя драгоценная диадема и коллекция камней которую я собирал последние сто лет. Числом сто тридцать четыре. Ааа....
Зверь зарычал и с проворством, которому позавидовала бы кошка, ринулся вперед, разбрасывая по дороге золотые монеты и мелкие камни. Вор, недолго думая, рванул в противоположную сторону и через несколько секунд уткнулся в стену. Развернулся. Дракон сел на жопу и по инерции проехался по золотым монетам. Остановился в семи шагах от человека. Захохотал – зарычал, набрал воздуха и выдохнул...
Человек сделал шаг и сместился в тень. Огонь ударил в стену и растворился в тени. Из нее появился человек и выдохнул!!! огонь обратно. Дракону не понравилось. Этот вывод можно было сделать потому, что он завыв попытался закрыть лапами обожженные глаза и заметался по пещере....
...Человек шел по коридорам. Быстро. Но спокойно. Остановился, словно почувствовав взгляд в спину. Собрался повернуться. Но не сделал этого. Собрался идти дальше.
- Стооооой... – крик утонул в тишине...
- Покажи лицо, черт побери,... кто ты...?!!!
Он шел дальше.
Голос стал тише...
- Кто ты? Ты........ – это я? Я не помню.... вернись!!!
Скажи..... Почему? Я не хочу этого. Я устал....
Это не мой мир .... и это не Я. Кто я?
Не уходи........
...Он проснулся в холодном поту. Как и всегда. Эти сны. Кто в них? Что в них? Мне кажется, это было со мной..... давно.... или нет.
Я помню себя уже взрослым. Я пришел в себя в лесу. На поляне. Ночью... звезды.... я помню их. Они всегда стоят перед моими глазами. Потом был город. Нескоро. До этого была дорога.. через болота ... целый месяц....

***
На человеке не было одежды. Так как кусок шкуры нельзя было назвать одеждой. В его руке была палка. Он выглядел плохо. Уставши. Синяки под глазами, худощавое, но жилистое тело, кровоподтеки, царапины и еще черт знает еще.
Пройдя, шатаясь, некоторое расстояние, он упал на колени пред одной из луж воды, которые покрывали болото до горизонта, наклонился и начал пить. Долго. После поднял голову и посмотрел на свое отражение... и улыбнулся.
- Ты тоже смеешься, Тень Тени. Ты действительно стал тенью Джек....
... И хриплый смех разнесся над болотами...

***
В городе дела пошли лучше. Местная гильдия. Идиоты. Все бы хорошо, если бы не эти провалы в памяти. И сны. Черт бы их побрал. Потом эльфы. Водяные. Как я у них оказался? Что делал? В памяти осталось немного. Сволочи. Они меня кинули. Но я сбежал. Как? Не помню. Чертов мир. И Тени... Они есть... но я их не чувствую.. они не живые... как раньше.. Чужие... Черт!.. ненавижу это мир... другое место и другое время....

***

- Черт побери…
Два слова тихо растаяли в холодном ночном воздухе. Тень бесшумно скользнула в переулок, и на улице не осталось никого, кроме колченогой собаки свернувшейся возле водосточной трубы и двух трупов с нелепо раскинутыми руками, плавающих в лужах собственной еще дымящейся горячей крови.
Шум позади стих. Эти двое могли быть последними. Но такого ощущения не возникало. Он приказал себе не расслабляться, сегодня не его день. Эти сволочи его подставили. Он сработал чисто, даже слишком. Мастер всегда говорил, - если все хорошо и ты счастлив, значит тебя обманывают. Уроды. Выбраться из города и два дня. Через два дня ваши уши будут лежать у меня в сумке. Только бы выбраться. До доков еще метров двести, там вплавь. Потом сам черт не брат.
- Черт, хотя бы маленький дождик. Целый день висят тучи и как на зло ни капли.
Улица выходящая к порту была тиха и пустынна. Ничего другого не ожидалось, в два часа ночи любой здравомыслящий человек, и за какие коврижки не вздумал бы здесь прогуляться. Даже городские патрули район доков старались в это время обходить стороной.
Замечательно. Ангар с лодками давал густую тень, здесь можно хорошо спрятаться и отдохнуть. К тому же отсюда открывается отличный вид на улицу и на море. Так что можно будет спокойно понаблюдать за причалом.
Отдых не удался. Первое подозрение вызвала колыхнувшаяся тень возле соседнего ангара, второе – глухой удар железного болта врезающегося в стену ангара практически в двадцати сантиметрах над головой. Если бы он стоял… тело отреагировало быстрее своего хозяина. В то место где он только что был, врезался второй болт, - ага двое. Пока они бросали арбалеты на землю и доставали мечи, он покрыл половину расстояния. Темнота рассветилась двумя росчерками стали, раздался глухой всхлип и звук ударяющегося о землю меча. Противников стало меньше. Второй парень был поумнее, получив две мелкие раны понял, что рваться вперед занятие в данном случае глупое и небезопасное. И ушел в глухую защиту. Время работало на него. Дрался он хорошо и расчетливо. Пришлось потратить на него почти полминуты.
- Стопроцентные уроды…
Теперь прятаться нет смысла. Главное скорость. Подхватывая сорвавшийся с плеч плащ и пряча меч, он рванулся к ближайшему причалу, по дороге перепрыгивая через штабели сложенных досок, кучи ящиков, бочек и прочей подобной фигни. Под ногами загрохотали доски пирса. Еще десять секунд. Сзади уже были слышны какие-то крики. Прыжок… Прохладная осенняя вода охладила разгоряченное тело и мысли. Рука сама потянулась к потайному карману на широком поясе. Из раздавленного в руке маленького предмета вырвался пузырек воздуха. Но вместо того, чтобы подняться к поверхности увеличился в объеме и растекся по телу человека, образуя тонкую воздушную пленку между ним и водой. Человек еще ближе опустился ко дну и сильными, уверенными движениями хорошего пловца направился в сторону открытого моря. Темнота глубокой воды и отсутствие воздуха его видимо совсем не заботило…

***
После того как крик утих, человек еще некоторое лежал на постели. Потом поднялся. Сделал несколько кругов по комнате. И начал собираться. Резко остановился. Захлопал руками по карманам. Достал из одного мешочек из другого бумагу… свернул сигарету и нервно закурил.
Дурная привычка. Черт! откуда она у меня… Вопросы, вопросы, вопросы! И ни одного ответа. Нужно что-то решать, искать, находить и вырывать с кровью. Здесь нельзя больше оставаться…
Он бросил сигарету. Затушил ногой и начал собираться…

***
Ходить пешком ему не привыкать. Откуда он знал это? Хватит на некоторое время задавать себе вопросы, их и так последнее время слишком много. Что-то говорит мне, что я найду ответы на все. Если не сдохну раньше. Клэр… почему она отпустила меня? Воспользовавшись тем, что она вытащила из моих свернувшихся мозгов она стала действительно хорошим магом. Мне толку ни в зуб ногой. Самое простейшее заклинание и такое ощущение, что у меня кровь в жилах сворачивается. Черт!! Почему так. Я знаю, что раньше умел гораздо больше, чем эта расфуфыренная мартышка. А теперь я просто ходячий кусок ни на что не способного мяса. Меч даже в руках нормально держать не могу. Я только знаю что так не правильно, а как правильно я не знаю. Словно какая-то стена в моей голове не дает мне вернуть все то, что принадлежит мне по праву. А насчет Рэйстлина Клэр была права, если кто и сможет мне помочь то только он. Судя по тому, что о нем мне удалось узнать. А взамен? Я думаю, мне будет, что ему предложить…
…Не хрен было заниматься самокопанием, а нужно было смотреть за дорогой. На тебе. Не было печали…
- Мужики отвалите по-хорошему. Я вас не трогал и вы меня не трогайте. Иду своей дорогой и все. Дайте пройти спокойно. А то удивлю немного.
Шестерых человек выскочивших из подлеска и перекрывших дорогу такая политика не удивила. Они переглянулись и заржали. Один из них выдвинулся немного вперед.
- Ты малый не бузи, кидай свою железяку на землю, - глядишь, цел останешься, а то мы тебя ненароком поцарапаем.
- Сам видишь, против шестерых у тебя шансов нет, - добавил другой.
- Ну ладно, уроды, - последняя фраза этих гавнюков разозлила Джека так, что он сам этого не ожидал, - Держитесь.
Джек сделал два быстрых шага, развернулся на правой ноге, одновременно с этим рванул вниз ремешок перевязи на груди – меч сам выскочил в руку. Прочертил дугу по земле прошел снизу вверх через живот и врезался в подбородок. Мужик булькнул, взмахнул руками и закинулся на спину захлебываясь кровью.
- Живого брать, суку…. А то … голову нам свернет… - слова утонули общем шуме и лязге доставаемого оружия. Все доставшие мечи рассыпались полукругом, отрезая Джека от дороги. Шансов действительно было не много. Хотя… Один из противников запнулся пропустил свою атаку и получил кончиком меча в горло. Кровь веером повисшая в воздухе свернула на солнце яркой рубиновой дугой. Дальше произошло то, чего, возможно, ждали мужики, но не Джек. На дороге появилось существо. Если бы здесь была бы Клэр, она бы объяснила Джеку, кто это и
что теперь у него действительно нет шансов. Но ему сейчас было глубоко …рать кто перед ним обычный человек или драконид. Меч вошел в левую ногу. Но вместо того чтобы на развороте продолжить движение со своим хозяином, рванул руку, сбивая Джека с равновесия, и остался в ноге у тварюки. Небольшая заминка при таком количестве противников сослужила плохую службу. Он получил плашмя, мечом по голове и погрузился в темноту. Последнее, что он услышал гаснущим сознанием, это были слова драконида сказанные хриплым, каркающим голосом.
- Что стали, обормоты, тащите его в пещеру. Этих двоих туда же…
LEX
Этот вариантик на тему ведьмака... простенько и не замысловато, главное чтобы войти в партию... Одна из историй Jestera для какой-то старой моей игры...





История ведьмака Дорварда.

В одном из северных графств было неспокойно. С некоторых пор начали пропадать люди, да и вообще, творилось нечто непонятное. Стала являться нежить, видели на крыше замка ночью двух вампиров, занимающихся любовью, в общем, запахло жареным настолько, что попахивало бунтом крестьян против графа, который не может защитить своих подданных. Граф обещал щедрую награду тем, кто поможет ему, но идиотов не нашлось. Тогда бедный граф пообещал, что выполнит любое желание того, кто избавит его от напасти…
Дождливым вечером в замок постучали двое людей, которые обещали помочь графу и требовали аудиенции с ним. Граф, повидавший многое на своём веку и объездивший дальние края, все же струхнул, когда увидел змеиные глаза незнакомцев. Это были два ведьмака. Имён своих они не назвали, но, послушав перечень бед, согласились. Граф спросил, чего они желают. Один ответил: “Денег”. Второй же кинул быстрый взгляд в сторону. В залу входила жена графа, беременная вот уже 7-8 месяц, и изрёк: “Граф, ты отдашь мне то, что ждёшь через месяц, но получишь сейчас”. Граф согласился. А на следующий день жена родила ему ребёнка. Его назвали Дорвардом.
Ведьмаки справились с задачей через 2 месяца, и вернулись за наградой. Первый ушёл богачом. А второй ушёл ни с чем, сказав, что вернётся за ребёнком тогда, когда он сможет забрать его отсюда.
Через время ведьмак вернулся…

Он был одним из тех, кто выдержал Испытание Травами и прочую хреновертень. Тренировки, тренировки, тренировки… Травмы до тех пор, пока он не научился не получать их. Тренировки с оружием, занятия по монстрологии, строгие наказания за незнания предмета. Никто не обижался – они не знали другой жизни. А потом поняли, что из-за одной ошибки они могут потерять жизнь. Тренировки, тренировки, тренировки…

Когда Дорвард вышел из замка ведьмаков – Замка-На-Горе или Каэр Морвельда,
Он нёс в себе не только юношеский запал, умение обращаться с мечом, но и список формулировок, как отбрехиваться от опасных, или просто не понравившихся заказов, при этом оставаясь чистеньким в глазах народа.
Он путешествовал с тем ведьмаком, которому был Предназначен. Однажды они попали в крутую заварушку и ведьмак был смертельно ранен. Перед смертью он рассказал Дорварду, кто его родители. Тот похоронил ведьмака и отправился в дорогу. В конце концов он добрался до графства. На дороге стояла карета и фигуры в чёрном деловито добивали живых. Дорвард узнал герб, и кинулся на помощь. После этого случая его прозвали Диким Котом. Граф с супругой были уже убиты, и Дорвард поклялся выяснить, кто заказал это убийство. Он взял с собой фамильную реликвию – медальон-наколку с гербом своего отца. После этого ничто не связывало его с людьми, кроме его профессии ведьмака. Он подтвердил своё прозвище в одной деревне, рядом с которой обосновался Monsterum Psygosis. Один крупный землевладелец нанял его и приказал не гнушаться любыми средствами. Монстр оказался разумным и потихоньку подчинял разум поселян, отчего человек двадцать вышли на Дорварда с чем попадётся… На следующий день ведьмак шёл дальше, а землевладелец никак не мог справиться с ощущением, что он заключил сделку с дьяволом, когда он увидел то что произошло в деревне.
Однажды он отбил дриаду у ловчих Кого-То-Там, и некоторое время лазил с ней по лесам и (CENZORED). В общем, поладили они с ней. Дриаду звали Авилла. Так Дорвард и странствовал то один, то с компанией (Но редко с людской, и дольше, чем неделю). Он никак не мог отыскать убийцу своего отца и потихоньку начал втягиваться в жизнь обычного ведьмака. Но иногда, когда на душе было совсем хреново, он лез в такую торбу, куда не полез бы ни один нормальный ведьмак. Пока он выходил сухим из воды, а что будет дальше…
LEX
Этот перс в моей партии уже полгода. Ушел в нинзю. 10 суммарный левел. произведение того же Jestera.




История Кохана

Родился в городе, просто являющимся инкубатором для воров. Воровская община огромная, держат город крепко. Городская стража ничего поделать с этим не могла и городским властям только и оставалось делать морду, что типа всё в порядке. Город был старый – полный тёмных переулков и странных катакомб – вот где царили воры. Здесь готовили спецкоманды полусмертников для заброски в самые опасные места для выполнения сумасшедших заказов сумасшедших клиентов. Также начало образовываться движение молодых ворюг, занимающиеся отчаянными кражами не столько из-за наживы, но и из-за престижа. Таким поначалу был и Кохан, попавший в общину по старым каналам – отец был одним из Семи Отчаянных, залезших в башню мага и одним из Двух Везунчиков, вышедших оттуда живыми. Кохан тоже отличился на этом поприще: однажды залез в зал к одному из коллекционеров и ушёл, не взявши ничего, но оставив записку: «Я посещу Вас позже, когда у вас в зале не окажется подделок. Шедди» Эту историю долго вспоминали потом в городе, а горе-коллекционер обанкротился. Отец учил Кохана: «Меч – оружие воина, рыцаря и прочей показушной мишуры, мы – другие, мы – те, кто действует в темноте и из-за угла. Что? Это нечестно? Да, пожалуй, но поверь мне, для нас главное – достичь результата любыми средствами. Неужели ты думаешь, заказчика интересует, как была добыта та или иная вещь? В поединке с охраной, или тихо умыкнута через окно в какую-нибудь прекрасную ночь. Нам не нужно славы, разве только признание таких же, как мы.» С этими словами отец подарил Кохану его первый нож. После этого Кохан не расставался со своим верными друзьями, которые не раз спасали его от стражи, продажных дружков и прочего. Но Кохану не хотелось сидеть там, где таких как он – один из двадцати. Поэтому он решил уйти, пообещав вернуться с чем-то таким офигенным, что прозреют все воры и мошенники города. Лазил по городам, договариваясь с местными ворами о возможности поработать. Особенных проблем не было, так как он знал и соблюдал, когда приходилось, воровские законы, отстёгивая долю, но частенько косил от этого, но только тогда, когда его не могли на этом поймать. Всё меньше и меньше он вспоминал родной город, отца и остальных. Он привык жить такой жизнью. Иногда он прибивался к какой-нибудь компании, но редко долго был с ними, будучи по натуре осторожным в общении с людьми. Так что чаще он работал один. Он пробовал применять различные виды оружия: но всё таки завет отца оказался наиболее верным – нож оказался наиболее удобным оружием. Он отлично умел метать ножи, так что даже арбалет с собой носил редко. Он не любил копить деньги, а наоборот – тратить их на всякие навороченные штучки, приспособления для ещё лучшего проворота дел. Он считал так: лучше сильно потратиться на подготовку, чем оказаться в тюрьме. Он так-же тяготел к магии, стараясь заполучить какие-то знания в этой области, свитки и прочее. Довольная и сытая жизнь его не прельщала – только разгул, только бесшабашные кражи, только бы не сидеть сиднем. Вперёд, навстречу новым кражам!
JesteR
Ты забыл добавить, что для начала надо показатели свои знать, прежде чем за квенту садиться, а то как распишется кто-то, что он акробат там или великий ловкач с DEX 9 biggrin.gif
@ZaZel1k
2LEX
Сочувствую ДМу которому пришлось все это читать. Имхо, квента должна содержать краткую биографию перса и раскрывать его характер и мотивы.
EVILMOUSE
2@ZaZel1k, имхо, с размером второй и третей из предложенных квент все нормально: я тоже обычно пишу страницу - две вордового текста....
Kopcap
2EVILMOUSE
Конечно, но Аз кажется говорит о первой. Честно признаюсь, что не прочёл и половины, хотя сразу в глаза бросается то, что герой уже изначально стал бессмертным, прямо Немелесс какой-то... Новичкам больше пригодятся квенты для персов низкого уровня (в основном все партии проводятся в диапазоне 1-3, изредка доходит до 6)... Я позже выложу свою квенту для Втм, если в ближайшую неделю не объявится некто Рисен ради которого я и старался.
EVILMOUSE
2Kopcap, на счет уровня очень поразному, помоему, как раз в основном 5-6ого... Я, например, партии для персонажей ниже 5ого уровня не водил...
JesteR
2EVILMOUSE
что ж - игрокам с повезло, что мол сразу с хороших левелов начинают... хотя есть и свои прелести начинать с 1 уровня - можешь полностью прочувствовать своего персонажа, и когда достигаешь 10 терять его ох как не хочется, поэтому начинаешь волей-неволей играть с умом.
D-Lain
Нате...дарю
Вопросы, которые должны быть отражены в квенте персонажа.
1. Полное имя, наиболее известное имя, профессия, род занятий.
2. Имена родителей и близких родственников, их род занятий и образ жизни.
3. Детство: любимые занятия, обучение.
4. Что привело персонажа к выбору его текущей профессии. Какие события в вашей жизни произвели на вас особые впечатления. В раннем возрасте, был ли у вас пример для подражания и какой.
4. Профессия: первый профессиональный опыт: положительный и отрицательный, как происходило обучение, какие были результаты (ранее). Что, кроме основной профессии, персонаж может засчитать себе  в сильную сторону.
5. Отношение наиболее дорогих вам существ к вашей профессии, стилю жизни. Отношение различных слоев общества к подобным вам лицам. Были ли те, которым вы в прошлом очень сильно случайно (специально) навредили, и кто они.
6. Друзья и другие лица, которым вы доверяете наиболее всего, а также те, кого вы презираете.
7. Насколько сильно вы вникаете в работу, которую совершаете, как расслабляетесь после тяжелого дня/дней. Что, по-вашему, требует совершенствования в вашей специальности, и как вы планируете повышать квалификацию.
8. Текущая семья, любимые люди (противоположного пола).
9. Основные принципы поведения, кодекс этики, страхи, слабые места, вредные/полезные привычки,
10. Как профессия оказывает влияние на ваше эмоциональное состояние. Насколько вы бываете увлечены.
11. Цель в жизни как предел ваших мечтаний. Было ли что-либо сделано вами для приближения к цели и было ли что-нибудь спланировано.
12. Как вы переносите путешествия, много ли путешествовали ранее, как относитесь к чуждой вам культуре, которую повидали.
13. Физические данные:
- Рост
- Вес
- Размеры
- Размер одежды
- Цвет/длина волос
- Цвет глаз
- Правша/левша
- Насколько привлекательным вы считаете себя для лиц противоположного пола?
- Любые шрамы или другие особенности кожи, очевидные/скрытые окружающим? Где?
- Если ваши характерные особенности будут уничтожены, то каким способом можно вас идентифицировать?
- Носите ли вы любые отличительные драгоценности?
- Имеете ли вы татуировки?
- Что является вашим наиболее ценным физическим имуществом?
- Какого вокального типа ваш голос: бас, баритон и т.п.?
Yanus the Bard
Про баритон и всякое такое - явный перегон. Я бы взял за основу пункты 1-6, 8 и некоторые черты 13ого. У меня квенты всей партии должны умещаться на 2 страницах - если игрок может все про своего перса выложить в абзаце - двух, это значит, что он своего перса понимает хорошо.
D-Lain
Это для игроков а не для Мастера вообще то. По опроснику лешче составлять, да и героя полнее понимаешь. А вот мастер когда рассматривает квенту может выкидывать что угодно. Это его мастерское дело.
Эпикур
Цитата
Нате...дарю
Вопросы, которые должны быть отражены в квенте персонажа.
1. Полное имя, наиболее известное имя, профессия, род занятий.
2. Имена родителей и близких родственников, их род занятий и образ жизни.
3. Детство: любимые занятия, обучение.
4. Что привело персонажа к выбору его текущей профессии. Какие события в вашей жизни произвели на вас особые впечатления. В раннем возрасте, был ли у вас пример для подражания и какой.
...


D-Lain.
Когда я что-то цитирую, я всегда ставлю копирайты. Или по крайней мере стараюсь.
Когда кто-то цитирует мою работу, я ожидаю от него того же.
(Wraith с DragonLair)
LEX
2@ZaZel1k
Бывают случаи, И МАСТЕРА, где краткой биографией не обойдёшся.
характер и мотивы одной строчкой не раскроешь, ты его сможешь в игре показать, и то только в настольной..... как всегда реал лучше всего.....  Как по мне в квенте самое главное это отражение характера персонажа....... и она должна нравиться мастеру и в первую очередь тебе.......
NickermagiC
Если не возражаете, выложусь сам! Квента неважная, этим персом не играл, но поиграть хочу!!!

Как-то раз, как обычно утром, весёлый мальчуган, из довольно бедной семьи, выскочил из дома, попутно доедая остатки завтрака. Был он энергичен, жизнерадостен. Он спешил навстречу со своим лучшим другом, таким же мальчишкой из соседней деревни. А путь в соседную деревню проходил через очень густой, но от этого не менее красивый, лес. Шел Нор в припрыжку, припеваючи, собирая цветочки. Но вдруг из кустов вышли два старших парня из деревни, в которую шел Нор.  Мальчик приостановился, и неуспевши сказать и слова, получил очень много сильных тумаков от этих парней. Они избили его так, что тот даже не успел запомнить их в лицо. Но вскоре хулиганы убежали, а мальчик продолжал лежать, истекая кровью. Его спасло только то, что его друг сегодня решил выйти ему навстречу. По прошествии еще 10-и минут его друг завидил его полумёртвое тело.
- Что с тобой? - Спросил он. А в ответ услышал только стоны, хрипы, и что-то неразборчивое.
Но Мэрд - так звали его - не растерялся. Он взвалил Нора на плечи и понёс в сторону его дома.
Подходя к дому, изнемагающий от усталости Мэрд вскрикнул:
- Миссис Фиарс, миссис Фиарс, помогите!
Вдруг во двор выскочила мать Нора, высокогорослая симпатичная женщина.
- О боже, Нор! Что произошло??? Заноси его скорее в дом. После того, как заботливая мать обработала раны Мэрд начал рассказывать:
- Сегодня я решил встретить Нора в лесу... Я шел весело, вприпрыжку, и вдруг... Я увидел его... Это было ужасно... Он лежал, чуть дыша... Рядом с ним была только лужа крови. и я решил тащить его... И вот мы сдесь.....

Через некоторое время раны на теле Нора зажили, и парень, тогда уже не совсем мальчик, решил положить все свои сили на брьбу против хулиганов и злодеев, злых магов и чародеев. В его селе жил пожилой мужчина, бывший освободитель близлежащих окресностей от завоевателей, а ныне - наставник молыдых воинов. К нему Нор и обратился.
- Здравствуйте Нилд.
- Здравствуй, здравствуй Нор. Почему это ты вдруг решил посетить сторого немочного бедняка.
- Я пришел не к старому и немочному бедняку, а к великому воину прошлого и великму наставнику настоящего. Я хотел бы стать воином и внести свою лепту в подавление беспредела на нашей земле.
- Если ты пришел за этим, то, надеюсь, я смогу тебе помочь.
Прошло два года и пришло время покидать дом своего наставника.
- До свидания, Нилд.
- До свидания, Нор.
- Спасибо вам. За эти два года я узнал и научился большему, чем за всю свою жизнь.
- Я сделал всё возможное, чтобы помочь тебе с этим. Ну а теперь иди, и пусть стобой будет удача!!!
- Еще раз спасибо вам, Нилд.
- До свидания, Нор...
С этих слов начинается путешевствие молодого воина, Нора Фиарса...

///Продолжением похождений будут партии
LEX
Вот еще пару квент......
все тот же Jester

История Кайла.
Кайл родился в столице, в семье купца средней руки. Рос как и все. Родители пророчили ему купеческое будущее, но торгашеская жизнь его не прельщала. Он всегда любил жизнь раздольную да удалую. Пойти ночью в ближайший лесок королевских оленей пострелять – так это за милую душу. Когда Кайл достиг того возраста, когда сам смог решать свою судьбу, он ушёл в дружину, в полк лучников. Он не показывал всего того, что умел, а работал тайно, узнавая новые виды луков, и приёмы обращения с ними. Но через год его службы Кайла выгоняют из дружины за дисциплинарный поступок. Возвращаться к родителям?
Да ни за что! Прямо на выходе из казарм разозлённого Кайла встретил один из ратников и предложил пойти за ним. Кайл согласился, и этим решил свою судьбу.
Он прошёл проверку на обращение с луком и… Он попал в Отряд Теней. В никому неизвестный отряд, выполняющий “деликатные” поручения короля. Тайные убийства, имитация нападения разбойников и т.д. Кайл работал в наружном круге: снять стражника, стрела из кустов, прикрытие при отходе (особенно при отходе с боем). Хотя иногда приходилось иногда забираться и вглубь. Отряд делился на мейдеры. В мейдере было по пять человек и над ними стоял начальник, кто шёл после него бойцы мейдера не знали. Король начал побаиваться набирающего мощь Отряда Теней и после одной из своих операций по ограблению народа повесил всех собак на Отряд. Мейдер Кайла только возвращался с задания и ничего не знал. Затем посыпались новости: начальник убит, вышестоящее начальство под судом, пора рвать когти. Они подорвались на схрон, собрали всё, что может пригодиться, и разбрелись по Королевству, клятвенно обещая умереть, но не выдать остальных. Клятва была излишней. Кайл ушёл первым, и как потом он узнал, на схроне положили всех его товарищей. Как оказалось, начальство было не таким крепким, как ожидалось, да и языки там развязывать умели. И Кайл подался куда-нибудь подальше. Стал искать работу, а хорошо он умел стрелять, по живым мишеням…
LEX
Эта квента была написана опять тем же(сколько можно smile.gif Jesterom для меня....

История Моргольта.

  Я родился в большом городе, в семье мага. С самых юных лет у меня было всё распланировано родителями на годы вперёд. Корпение над манускриптами, изучение магии, построение заклятий… Ну никак они понять не могли – не выйдет из меня хорошего мага, ну просто никак. Ни душа не лежала, ни особенных способностей не было. Но родители с упорством, достойным лучшего применения вдалбливали в меня основы. Учился я нормально, новое усваивал без особых трудов, но некоторые мои поступки трудно было назвать продуманными, либо взвешенными.
  Мне намного больше нравилось сорваться потихоньку из дому да подраться с соседскими дворовыми пацанами. Один из папиных знакомых, увидев как я ношусь во дворе с деревянным мечом, улыбнулся в усы: «Справный воин будет». То что было дальше, описать трудно, но я попробую. Оба моих достопочтимых родителя услыхав это, свалились в обморок как по команде. Их сын будет заниматься таким?! Размахивать мечом по чьему-то приказу? Да никогда! Но всё же через пару дней отец показал, что Высшие Силы его умом не обделили. Он разрешил мне тренироваться с тем самым знакомым. Вскоре ему пришлось уехать, но я продолжал заниматься вместе с его сыном, почти моим одногодкой. Наш учитель показывал нам многое, но когда мы выросли и окрепли не только телом, но и умом, он начал нам показывать нечто иное. Нас всегда удивляло, зачем он заставлял нас пользоваться левой рукой вместо правой: во время еды,во время написания текстов, а потом и с оружием. Он показал, что вовремя перекинутый в левую руку клинок обескураживает соперника на то, самое главное мгновение, которое даёт победу. Затем мы поняли, что нож в другой руке является неплохим подспорьем к мечу. Он учил нас не показному бою на турнирах, а трудному искусству выживания. «Не предупреждай противника, который хочет причинить тебе вред, промежуток между мечом в ножнах и мечом в сердце врага должен быть минимальным»,- была одна из его любимых поговорок. Несмотря на то, что при таком-то воспитании я должен был бы смотреть на мир, как на скопище врагов, я не терял природной жизнерадостности и своеобразного чувства юмора.
  Учитель всегда повторял мне, что я не так силён, как ловок, поэтому оружие я выбрал соответственно – клеймор. Пришла пора мне покидать отчий дом (не потому что им этого хотелось, а потому что этого хотелось мне). Огромная куча советов, поучений, наставлений обрушилась на меня, как водопад. Еле унеся ноги от всего этого, я решил пожить в своё удовольствие. Что ж, мир оказался не таким радужным, как я думал вначале. Но пытался сделать его таким. Запас денег был не бесконечен, так что приходилось добывать деньги самому. Составив себе девиз из двух мудростей(мною же и придуманных): «Дураки – основа нашего общества» и «Бери всё, что плохо лежит, а если это не так, то сделай так, чтобы оно лежало плохо, а потом бери», я зажил довольно неплохо. Считая законы ненужными оковами, я соблюдал их только тогда, когда это было выгодно мне, а не кому-то. Так я и жил, пока однажды в таверне не повстречал того самого друга детства! Вот так встреча? Оказывается, он тоже решил намыть приключений на свою задницу и вошёл в отряд, отправлявшийся за Границу – к эльфам. Испытывая такую же нелюбовь к эльфам, как и все люди, а также жажду приключений, я отправился с ними…
 Да, приключения мы нашли, точнее – они нас. В той мясорубке выжить довелось немногим. Во время хаотичного отступления нас отрезали друг от друга. Из оружия у меня остался только клеймор: пистолеты разряжены, ножей не осталось, и только свист стрел кругом. Одна из них рванула мне щёку, но тогда я этого не заметил, но этот шрам впоследствии мне так и не удалось искоренить полностью. Я вернулся в свой родной город, но не нашёл там родителей, они уехали в неизвестном направлении, и неизвестно на сколько.
Итак, я один, не знаю, куда делись родители, друг пропал без вести, а может и сгинул за Границей. Да-а-а, дела невесёлые…
LEX
еще..

История Кайла Валькара

Я родился в семье бывшего наёмника. По крайней мере, все так думали, что простого наёмника. Мой отец действительно сначала был простым наёмником. Охранял пути, всё было как обычно. Но в одной крупной заварухе из отряда осталось только несколько человек. В том числе и мой отец. После формирования нового отряда моего отца поставили командовать. Так начался поход моего отца вверх по карьерной лестнице. Который закончился охранником короля города. В то время во дворце творилось что-то странное. Пропадали ценнейшие чертежи, а если и не пропадали, то их кто-то копировал, это уж придворные маги зуб давали. Но поймать шпиона никто не мог. Теперь отец был в отставке и полностью занимался моим воспитанием. Отец вне дома редко снимал перчатки, под которыми была татуировка лап дракона. Мой отец был не только воином, он был так же Sorcerer’ом. И то и другое отец пытался передать мне. Способности у меня проявлялись с детства. В общем – учился я.
Но однажды случилось нечто, что перевернуло мою жизнь, вывернуло наизнанку душу и поставило крест на моей обычной жизни. Когда однажды вечером раздался стук в дверь отец не колеблясь открыл дверь. На пороге стоял человек в плаще с капюшоном. Он представился посланцем короля и предъявил пергамент. Я всегда любил подслушивать, что говорят взрослые. Они сели за стол и человек начал говорить. С каждым следующим его словом страх и удивление просыпались во мне. Оказывается, мой отец скрывал от всех, что он Волшебник. Что он состоит в какой-то секретной организации, которая внедряет своих людей любыми способами во все сферы жизни. Они похищают изобретения, заклинания. Захватывают незаметно власть. Отец и был тем самым шпионом, который был во дворце. После чего тот добавил, что лишь не хватало главного доказательства – моего отца, чтобы Король поверил вот всё и сразу. После чего обронил: «схватить его». В комнату ворвались какие-то люди, непонятно как попавшие в дом и бросились на отца. Он вскочил и взмахнул рукой и одного из нападавших пронзило молнией, а у странного пришельца из горла вырос странный стальной цветок. Никто даже не успел заметить, как отец вытащил нож. Он прыгнул к стене, где было развешено оружие и схватил бастард, с которым он не расставался. Они ничего не могли поделать с ним. До тех пор, пока не появилось ещё одно действующее лицо. Это был средних лет мужчина с отталкивающими чертами лица. У него в руках был жезл. Он что-то прокричал и ткнул жезлом в сторону моего отца. Отец начал двигаться всё медленнее и медленнее. Когда он понял, что ничего поделать больше не может он выхватил стилет проткнул себе сердце и подкинул его в воздух. Звук падения его тела был оглушительным для меня. Но что-то странное происходило и с нападавшими у них было такое выражение лица, как будто в них попал червь и собирается вылезти наружу. Всё закончилось гораздо проще и противнее: они просто взорвались изнутри. Я еле удержал желудок на месте и отвернулся. Матери у меня не было – она умерла при родах. Что мне теперь оставалось делать? Десятилетнему ребёнку, лишившемуся  единственного родного человека? Я сидел и плакал, когда сзади раздались шаги. Я обернулся. Сзади стоял мужчина лет тридцати. В руках был меч, полностью залитый кровью. «Идём отсюда»,- сказал он давя в руках какой-то амулет. На стене открылся портал. Я не знал, что мне делать, верить или нет. Но тут я посмотрел внимательно в его глаза. Точно такие были у моего отца. И я пошёл с ним.

   Пришелец не врал: мой отец действительно служил тайной организации которая называлась «Тень Дракона». И меня готовил на служение ей. Я не возражал. А что мне оставалось делать. Мы находились в одной из школ, готовивших универсалов. Особенно ценились Волшебники, которые могли скрыть своё умение, прикрываясь личиной обыкновенного воина либо просто человека. Но такие люди были очень редки. Мой отец долго пробивался во дворец, он не спешил, главное результат. Как они вычислили его – осталось загадкой. Меня готовили, как и моего отца. По программе «Волшебник в тени Воина». А было и наоборот! Например одного готовили по «Убийца в тени Мага». Мне разрешалось с ним контактировать, так нас собирались выпускать параллельно. Нам сразу объяснили, что помощи мы сможем ждать только в самом крайнем случае, т.к. нельзя было светиться. Меня спасли из-за моих способностей и попутно зачистили следы, чисто и аккуратно. Всех кто знал, подозревал, надо было уничтожать. Многие работавшие на организацию даже не знали, на кого работают. С такими как я дело обстояло совершенно иначе. Нас партиями выпускали по всему миру. Причём присутствовали представители обеих империй. Наша задача была пространственна. Типа «иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, но чтоб это что-то было крутым и полезным».
Обычно нас выпускали парами Воин и Маг. Но Волшебникам дозволялось шастать самим. Способы связи были верхом технологии плюс магия. Амулет не светился магией если не был активирован. Т.е. казался обыкновенной пластиной с резьбой. Но если особенным образом сжать и повернуть, то при соприкосновении двух элементов, создавался разряд, который и активировал третий камень, снимая защиту и отправляя сообщение о встрече. После чего нужно было ждать. Вот такие пироги.
  Я занимался с бастардом, как и мой отец. Попутно осваивая науку колдовства.
Но это было ещё не всё.  Нас учили основным наукам, и в нас вдалбливали Кодекс. Согласно этому Кодексу, даже при угрозе твоей жизни нельзя раскрывать тайну нашего существования.(в том числе при врагах активировать амулет). Нас также учили пользоваться техникой. Стрелять ядовитой стрелой из сапога по-вашему может каждый дурак? Ага, как же! Вот так и жили. Когда я спросил, а не слишком ли много затрат на нас при маленьком проценте удачи? Мне ответили, что в деньгах проблем нет, а на обучение новых боевиков деньги отправляют уже раскрутившиеся. Вот так и проходило обучение и последующие десять лет моей жизни. Но я не замкнулся в себе и не возненавидел всех людей. Я считал, что отец погиб за правое дело. Но Королю жизнь я решил попортить конкретно. Истинно по нашему – тихо, расчётливо и незаметно. С такими мыслями я покидал школу, ещё не зная, что буду делать и как добьюсь своей (а точнее общей) цели.
LEX
так теперь немного вомперов....


Теплым ранним утром 4 июня 1916 года, 22 мая по старому стилю, австрийские войска, зарывшиеся перед русским Юго-Западным фронтом, не увидели восхода солнца — Вместо солнечных лучей с востока ослепительная и ослепляющая смерть — тысячи снарядов превратили обжитые, сильно укрепленные позиции в ад... В это утро произошло неслыханное и невиданное в анналах унылой, кровопролитной, позиционной войны. Почти на всем протяжении Юго-Западного фронта атака удалась…

Мы побеждали. Они не были готовы.
Николай тоже не был. Его команда час назад  пустила под откос поезд, доставлявший австрийцам боеприпасы, так необходимые при окопных боях. Они не успели понять, как началась война. Артиллерия открыла шквальный огонь, и через несколько минут глаза Николая начала загораживать темная пелена.
Открыл глаза он только через полгода, и не сразу осознал, какой ценой.

Николай Троеруков родился в 1871 году в небольшом шахтерском селении Юзовка, Екатеринославской губернии.
Его отец был средней руки предпринимателем, изгнанным в свое время из Урала за оказание конкуренции другу губернатора в Малороссию. В изгнании он занимался практически тем же  чем и раньше – горно-разведывательными работами, часть облигаций своей конторы продал компании  Джона Юза, став в ней одним из наиболее ценных советников по взрывным работам.
За два года до рождения сына Иннокентий Троеруков утроил своё доуральское состояние, и всем сердцем мечтал уехать со своей семьёй в солнечную Австралию… Но, как только в семье произошло счастье, дела у Иннокентия  пошли прахом – огромная часть состояния, вложенного во французские компании сгорели с победой  Бисмарка.
Когда Николаю наступило семь лет, его отправили в Львовскую гимназию. Там он проявил рвение к изучению естественных наук, его любовь к порядку чуть недолюбливали его согрупники, но вскоре к этому привыкли, начав списывать это на общую его странность.
Шли годы, дела отца начинали идти все хуже, во время каникул сына он не отрывался от работы, все реже учил его, как раньше тонкостям взрывного дела. А когда Николаю наступило 18, и он всерьёз реши пойти в училище, он выяснил, что знает о поведении огня куда больше, чем отец. Последний сказал Николаю – «Война разрушает наш мир, и я не поддерживаю твоего решения. Но раз ты так решил, я благословляю тебя. Иди своим путем, а мой скоро сам подойдет к концу».
Отдав своё резюме, и получив положительный ответ, Николай думал, что попадет в обычное кадетское училище. На самом же деле он попал туда, куда стремился всей душой. Прошло три года учебы, и его отец умер. Рак он не скрывал только от своих врачей, которым в свою очередь немного доплатил за хранение тайны.
Николай бросил службу и взял на себя управление компанией. Он был несведущ в конторских делах, и шел на поводу у своих советников. Через год компания обанкротилась, Джон Юз не принял на работу юного специалиста, все деньги что Николаю удалось сохранить были отданы матери, которую с сестрой он отправил жить в Гавайи.
Как только от причала отошел пароход, Николаю представились два человека, обоих он помнил еще по училищу. Сначала они просили показать картину, точную копию знаменитого шедевра, что Николай сделал с удовольствием. Затем попросили продать, на что Николай тоже не отказал. А после сказали, что возобновят его обучение, и чтобы он через две недели был у ворот его Альма-матер.
Обучение там затянулось, генерал Кесарёв лично взялся за обучение Николая, отправляя его по лучшим университетам Европы, а именно в Лейпциг и Лондон, где тот достиг высокого уровня в коллоидальной химии.
В 1898 году, когда Николаю исполнилось 27 лет, в Берлинском университете произошла трагедия. Во время лекции, проводимой Кесарёвым, в здании начался пожар, старый деревянный каркас неожиданно быстро разгорелся. Студиозусы в панике разбегались. Горящая балка обрушилась на голову Николая, ассистировавшего лекцию своего благодетеля, и тот сразу потерял сознание. Генерал пробирался среди горящих сегментов того, что некогда было лекционным залом. Он нашел Николая, и протащил его на улицу.
Через неделю Николай очнулся в госпитале и там узнал, что генерал погиб. Стараясь вынести своего протеже, он не обращал внимания на наносимые ему самому повреждения. Он упал замертво, как только вынес Николая.
Николая выписали. Он уже не видел на один глаз, сказали, что удар повредил один из нервных центров. Правая нога слушалась его в полной мере только при полной концентрации, то есть в училище он вернулся в весьма жалком состоянии. Генерал, как Николай узнал позже – сначала друг, потом конкурент, а затем смотритель его отца, погиб, и последнее что Николая держало в мире простых людей, просто пропало с ветром.
Он бросил преподавательскую карьеру, занялся всё более актуальным для наступившего времени делом. Он вернулся к своим знаниям о взрывном деле, полностью погрузился в них. Он написал диссертацию о направленных взрывах, разрабатывал собственную теорию о распространении взрывных волн в небольших помещениях. Секретной разработкой Киевского кадетского корпуса была кумулятивная мина, надолго забытая, и изобретенная вновь многими годами позже.
Во время восстания в 1905 году с его помощью охранка обезвредила около пятнадцати мин, заложенных в административных помещениях.
В 1914 году Николая отправили на передовую, в отряд диверсантов. Они работали под прикрытием на территории троистого союза, совершая во благо Антанты небольшие, но весьма ощутимые врагами действия. Минирование железнодорожных полотнищ, кораблей, взрыв первой подводной лодки Кайзера – большинство случаев имело ответственных. Николай принимал не самое пассивное участие в этом всем.
Но, несмотря на все старания, Германия и Австро-Венгрия наращивали свое преимущество. В 1916 году, во время Брусиловского прорыва вся команда диверсантов исчезла без вести. Когда в центр пришла информация о накладке с местом действия отряда и театра военных действий, полетели головы. Пострадали несколько, ответственных за координирование действий отряда, особ. От суда по законам военных действий их спасла только Победа.
Ни одного члена отряда в последствии не смогли найти в живых, или отыскать и опознать их тела. Свидетели их существования то начали таинственно исчезать, то получали более выгодную работу за границей.

***

Николая обратили в Братство. Обративший был одним из клана Тореадор. В обращении Николая не все прошло гладко, сразу после него Николай упал в торпор. Он длился немногим более чем полгода.
Очнувшись, Николай часто впадал в бешенство, он не мог принять своей новой сущности. Зверь внутри него просыпался, и боролся со всем человеческим в Николае, спасали только воспоминания об оставленных на родине жене и ребенке. Клан помог обеспечить Николаю отправление их на Гавайи. Последние связи с миром смертных оборвались.
У него появились новые враги, новое начальство. Со временем он привык к новому себе, через год он возвратился к своим исследованиям. Он свято верил в то, что остаться самим собой ему помогут только воспоминания. Около тридцати лет он блуждал по местам своей памяти, побывал в Берлине, Лейпциге, в университетах где учился, наведал училище. Там не было никого, кто мог его помнить. Старые кадры словно корова языком слизала. И пожалуй недаром – много воды утекло, поменялась власть, изменились люди.

Во время второй Мировой он участвовал в борьбе с Шабашем, иногда пересекался с Ассамитами.
C 1944 он занялся электроникой и радиотехникой
В 1945 году Николай поселился в небольшом городе Станислав. Там он нашел новый дом. Его сиром стал Артур, местный князь. Часто он лично давал Николаю задания, относящиеся к его специализации. В 1969 году Николай приехал из США, где побывал на Гавайях, дабы узнать о своем потомстве. Как он узнал, его мать с радостью приняла его супругу. Мать Николая умерла еще в 1921, а жена дожила до 92 лет и скончалась за год до  прибытия Николая. Его сыну было уже 54 года, он владел небольшой нефтяной компанией и страдал ревматизмом. Его правнуку было четыре года, и он любил бегать с друзьями в лесу. Особенно ночью…
Из «командировки» Николай привез новенький, но из-за аварии превратившийся в груду железа Крайслер. На нем он ездит и поныне, поддерживая машину в прекрасном состоянии.
В 1973 году Николай снова отправился на Гавайи, чтобы почтить память о своем сыне. Последнего застал инсульт во время конференции ОПЕК.
С 1988 года он начал искать связи среди охранников правопорядка. В городе произошла кража ценной картины из музея, Николай помог средствами на расследование. В результате около семи сотрудников МВД были уволены, а Николай в свою очередь обеспечил себе доступ к некоторым ресурсам.
Нового союзника зовут Григорий, среди друзей просто Саныч. Он имеет доступ к любой оперативной информации. В свою очередь Саныч часто просит достать какое-то редкое но-не-из-дорогих  произведение искусства. Сейчас он тратит половину семейных денег на картины.
До 2003 года ничто не изменилось… Разве что у Григория на голове начинает проявляться лысина, и по городу ходят различные… очень разные, и весьма странные слухи...
LEX
еще одна

1913 год. Февраль, зима диким холодом и неистово свирепствующими метелями накрыла Женеву. Никто и не мог предполагать какие потери принесет Обществу Леопольда одна из этих холодных февральских ночей…

     На одно из бывших зданий городского совета,  в подвалах которого, по предварительним данным находилась резиденцыя Князя, готовился набег. От успеха этой операцыи зависила жизнь сотен агентов, соответственно ставилось под большое сомнение и дальнейшее будущее самого Общества. Все было разработано до мельчайших подробностей, каждая деталь, каждый шаг. Месяца тяжелой подготовки должны были гарантировать успех операции…..
     Кристиану Предону по прозвищу Дюк было доверено руководить последним, третьим отрядом в операции. Всего в отряде было четверо человек, он был пятым, и каждый из них прекрасно понимал, что он может от туда больше не выйти, и каждый был готов к такому риску.


     27 Февраля 3.08 утра. Мокрый снег толстым ковром укрыл опустевшие улицы ночного города. Одинокое здание гор. совета мрачно возвышалось над спящим кварталом.
     Легкий ветерок обдувал лица идущих, их было тринадцать, тринадцать Рыцарей Веры, в темноте они казались странным среднивековым конвоем: в плащах с капюшонами, укрывающими головы. За спиной у некоторых висели длинные арбалеты, а на поясе мечеты. Впереди шел Кристиан.
     До здания оставалось метров двести, у Дюка появилось какое то странное предчувствие, огромный комок подошел к горлу. Что-то не так, раньше с ним такого не бывало, как будто что-то не пускало его туда. Темный проулок сворачивал и уводил группу куда-то вниз. Через несколько секунд они вплотную подошли к большим воротам огромного здания. Еще восемь человек вышло из-за угла и присоеденились к ним.
     Они остановились и молча обменялись взглядами, слова были ни к чему, за воротами их ждала смерть. Вампиров, по меньшей мере, должно было быть около пятидесяти. Медлить было нельзя, да и не к чему. Под напором нескольких человек старые ворота, изъеденные грибком, поддались как картонная коробка. Первые четыре воина зажгли факела, остальные достали оружие и все двинулись внутрь пропитанного сиростью и темнотой зала. Внутри стоял теплый плесневатый воздух, серый рострескавшиися мраморный пол придавал залу готический оттенок, большая лестница в конце утопала во мраке.
      Что-то было не так, не так как всегда, каждый это чувствовал, но никто не произносил ни слова, где они? Неужели… неужели они ждут… это же невозможно.
       - Да будет Господь с нами! – раздался крик Кристиана, громким эхом отбиваясь от стен зала и, сливаясь со звоном метала. Десятки вампиров появились практически ни откуда, они мчались на охотников неимоверно быстро, неумолимо, как фатальная неизбежность. Их было не пятьдесят а наверное несколько сотен. Кристиан поцеловал крест, висящий у него на груди, и снял капюшон. Темно русые волосы опустились на плечи. Одним движением он вскинул тяжелый меч и, сделав быстрый шаг влево отрубил руку прыгнувшего на него вампира. Шансов практически не было, три отряда охотников казались маленькой кучкой дерзких мальчишек в неиссякаемом море вампиров. Но у них было нечто, что заставляло их стоять до-последнего, не на коленях стоять, а на ногах, с мечом в руках это была Вера.
        Их предали. Через десять минут их осталось семеро. Мраморный пол стал от крови настолько скользкий, что ровно удержатся на нем, было практически невозможно, да и сил оставалось все меньше и меньше. Побоище подходило к концу. Кристиан снося голову очередному вампиру, окинул взглядом утопающий в полумраке зал. Жалкая картина предстала перед его взором: окровавленные тела его братьев, безнадежная обреченность в глазах еще сражающихся воинов. Он уже не чувствовал боли от укуса в шее, только налитые кровью глаза этих бестий, сотни глаз…. Вдруг что то тяжелое ударило его по голове, пол начал медленно уплывать у него из-под ног, все вокруг закружилось и потемнело в глазах, последнее, что он увидел – высокий потолок с восхитительными фресками…..  


Кристиан Предон родился в 1879 году в семье бедного сапожника, на севере Франции. Чтоб как-то сводить концы с концами Кристиану уже в шестнадцать лет  пришлось наняться на рыбацкую шхуну юнгой. За три года проведенных в море он понял, что это не его хлеб и осваивает кузнецкое ремесло. В 1899 году от чумы умирает его отец, а через год и мать. В место наследства отец оставляет ему кучу долгов и свою сапожную мастерскую.
      Чтоб не попасть в «долговую яму», двадцатилетний Кристиан продает мастерскую, и уходит в монастырь. Будучи монахом, он изучает религию, окультизмы, поднимает свой уровень в разных науках. В двадцать девять лет его вербуют в Общество. С помощью своих способностей и знаний Кристиан быстро продвигается по служебной лестнице, а за лидерские качества ему дают прозвище Дюк (Князь). В скоре он начинает понимать, что это и есть его призвание - борьба с вампирами….


        Холод… Дикий холод, пронизывающий насквозь…. Дюк открыл глаза, он лежал на полу, на том же мраморном полу, всюду были раскиданы мертвые тела, и жутко воняло. Отрывками вспоминая, что случилось, Кристиан встал и прошелся по периметру зала с надеждой что хоть кто-то остался живой.
Что-то не так! Что-то не то! Странное ощущение не давало Кристиану покоя, что случилось? Почему я живой? Как они могли меня не заметить? «Я не дышу» - промелькнуло у него в голове.                        
                                       « Я НЕ ДЫШУ?!!!» - удивленно крикнул Дюк.
И вдруг ему стало все понятно…
У него не было больше сил стоять, он лег на пол, снял крест с груди и начал плакать, он никогда не плакал, даже в детстве, сколько себя помнил. В груди, что-то больно кололо, а перед глазами стояли все те же фрески….

 
      Дюк поклялся себе, чего бы это ему не стоило, найти предателя и отомстить. Двадцать лет спустя он докопается до истины и найдет его. Сделав ему «испанский галстук» а именно такова была месть предателям, он натравит на себя разъяренное Общество Леопольда. Чтоб не убивать «своих» ему придется скрываться в Бельгии, Австрии, Голландии. В 1964 году Кристиан Предон переедет в Норвегию, а от туда в Россию. В 1996 году Общество снова нападет на его след, и он будет вынужден спрятаться в маленьком городке на западе Украины…
Ordos
Много лет назад, на севере Средиземья в городе Анаргост, в семье простых работников родился мальчик. Назвали его Ордосом, так как считали, что это имя должен носить настоящий рыцарь. Децтво Ордоса проходило в нормальной окружающей среде. Как и его друзья, он очень любил смотреть за тренировками войск города. Любил также воображать себя в виде грозного рыцаря, и драться с друзьями используя вместо мечей небольшие прутья. Никто в тот момент не мог представить, что желание стать рыцарем будет на первом месте. В возрасте подростка Ордос как и все остальные не очень любил ходить в школу, но делать это все-таки приходилось. Большую часть времени он посвещал себя изучению военного дела. Родители воспитывали его добрым, честным, развивали в нем самые что ни есть лучшие качества. Но все хорошее когда нибудь заканчиватся.
Шли времена, жизнь менялась. Поступивши в академию Алмазного клинка, Ордос уже професионално изучал все мастерство войны. В один момент жизнь очень сильно изменилась. Будучи вне Анаргоста, на город совершается нападение Орков, гоблинов и прочей мерзости. Население не было готово обороняться. Город пал. Узнавши что случилось, Ордос долго не мог поверить в происходящее. Вернувшись домой он понял что это место навсегда будет находиться во тьме. С этого периода он больше не верил в доброту, радость жизни. Все хорошее у него осталось глубоко в душе. Снаруже это был уже совсем другой человек, принявший Темное обличие(Мой аватар). Пройдя нелегкие времена, он получил звание Темный рыцарь легиона. В данный момент Ордос работает професиональным охраником. Сопровождает караваны в другие города, перевозит очень важные документы. Мечтает быть главным Стражем города. Иногда в нем преобладает Тьма и ненависть к врагам!!
EVILMOUSE
Вот и моя квента (киберпанковая правда) - наслаждайтесь :rolleweys:

Родился в богатой семье. Мой отец, Александр, был крупным специалистом в сфере банковских систем, он занимался защитой информации. Получал несколько миллионов баксов в год. Няньки, гувернерши, радостное сюсюканье заняли все мое детство.
Но, когда мне исполнилось восемь лет, моих родителей, "предателей родины", загребли в тюрягу и расстреляли. А много миллионное состояние было конфисковано в пользу государства.  
Я попал в приют, точнее сказать в притон. Я быстро связался с "плохими" парнями. Моя необычайная юркость, пронырливость в сочетании с умом и черствым, ледяным хладнокровием, возникшим вскоре после смерти родителей, сделали из меня отличного посыльного, мальчика на побегушках у местных зеков.
Но этим все не ограничилось: с 13 лет я начал приторговывать наркотой (воровством и взломами я тоже не брезговал), хотя сам я ей не баловался: мне хватало лошадиных доз никотина, без которых я просто не представлял свое существование.
Даже то место, которое у нас почему-то было принято называть "школой" мне что-то дало. У меня проявились некоторые математические способности. Но меня этот факт калыхал мало: я таскался в класс, только чтобы загнать очередную порцию наркоты.
В семнадцать лет, получив образование из 5 классов и 3 коридоров, я взялся за "дела" всерьез. Но я быстро нажил себе крутых врагов. По началу пара сотен баксов и хороших затрещин решала инцидент, но потом над моей жизнью нависла реальная угроза.
Чтобы спасти свою шкуру, я вынужден был уносить ноги: подался в наемники. Спецназ, иностранный легион, пять лет контрактной службы были для меня настоящим адом. Именно они сделали из меня инквизитора, расчетливого и умелого убийцу, которому наплевать и на Демонов, и на Свободных. Именно тогда на меня положили глаз спецслужбы.
Когда мне исполнилось 23, моя служба закончилась. И я с толстой пачкой баксов в кармане вышел на улицы. Но смерть была моим единственным ремеслом и, получив предложение от инквизитров, я не захотел его отклонять, тем более это был шанс отомстить.
Пользуясь своим новым положением я частью лично, а частью чужими руками убрал тех уродов, из-за которых я подался в спецназ. На это ушло 2,5 года, зато я своими глазами видел трупы каждого из них.
Каркун
Ну раз пошло про киберпанк, то вот ещё одно творение
Там панк сочитался с ДнД-шными расами, квента маленькая, но именно так просил ДМ

Родился Костоправ в 2023 году. Мать его была человеком, но это единственное что он знает о своей семье. Вырос на улице на окраине города, и по ск-ку это наихудший из раойнов города, то буквально с детства получил навыки самосохранения, скрытности и т.п. Своё "прозвище" получил за исключительную силу и прекрасное телосложение, что позволило ему уже в подростковом возрасте проломить не один череп. На улицах же он познакомился и с владением буквально всех видов оружия.
В десять лет очень привязался к человеку, который в последствии научил его такому боевому искусству как Капуэйро. Человека звали Чарли Обезьяна, собственно кличка эта и пришла к нему за хорошее умение драться в стиле Капуэйро. Чарли стал ему и духовным наставником и учил Костоправа не доверять кому бы то нибыло и полагаться целиком на свои силы и свой внутренний мир.
"Обезьяна" говорил ему:"Прежде чем начать кому-то доверять узнай этого человека досканально,
узнай его внутренний мир". Но продержались вместе с Костоправом они недолго, т.к. однажды Чарли
перешёл дорогу одной банде и те жестоко с ним расквитались. Костоправ пообещал отомстить за
смерть "приёмного отца", как прозвал его сам. Хоть открыто он и не выступал никогда против банды, но всячески вредил им незаметно. В 20-ть лет решил стать Соло, т.к. это было его призванием. И начал получать всякие задания как от Корпораций, так и от частных лиц. В свободное от работы время целиком отдавался своей мести. И собственно через пару лет в банде пропали почти все главные и заметные люди. Именно пропали, потому что в открытую Костоправ никого не убивал и предпочитал тихо и незаметно убрать человека. Без лишнего шума банда потеряла человек 20-ть и была уже на грани распада. Собственно сам Костоправ уже удовлетворился
своей местью, т.к. из старых членов банды уже никого не осталось. Прекрасные знания окраин, а именно Калининградского района дали Костоправу неск-ко очень выгодных знакомств, именно знакомств потому как он всё также не доверял никому. Эти знакомства дали возможность преобрести некоторые виды труднодоставаемого оружия. И хотя Костоправ оставался довольно замкнутой личностью, но орки, т.к. это именно их зона, уважали и ценили профессионализм полукровки.
История застаёт Костоправа на продвижении вверх по своей профессиональной лестнице, но в данный момент у него работодателей нет. Целью жизни его является найти своих родителей или хотя бы мать.
Smoke
А я считаю, что квента должна устраивать только игрока. И вобще очень плохо когда мастера пытаются заганять игроков в какие то рамки, например ограничивать квенту в объеме. А по поводу пунктов, так сказать шаблона составления квенты, я считаю что ни в коем случае нельзя ограничивать новичков. Каждый игрок, особенно новичок, должен писать в квенте то что считает нужным и, если надо, пусть она будет хоть на лист хоть на сто. Пусть она будет в любом стиле. Пусть все будет так как хочет игрок.
Кстати у Jesterа всегда очень прикольные квенты, а у LEXа я хочу спросить где его квенты, что это ты все чужие да чужие?
Demoness
Я тож выпендрюсь. Только.... не disclaimer, а именно claimer: МОЕ! Не брать, руками не трогать.
Пояснение: в мире, для которого создавалась квента, живут племена горных и степных орков. Горные - здоровые и сильные, степные помельче и пошустрее. А помеси иногда бывают неудачными....

_

Гутхкулла жадно вгрызалась в кусок мяса, по-волчьи метая взгляды на крупного степняка, что развалился рядом с ней на земляном полу и лениво помешивал уголья в очаге. Сегодня Уртак был на удивление щедр - всю прошлую неделю ей доставался вонючий и склизкий потрох.
Орчиха дочиста вылизала пальцы и завороженно уставилась на кроличьи тушки, подвешенные над огнем. Дразнящий запах отзывался голодным бурчанием в желудке, словно тот и не заметил давешней подачки.
Уртак заметил ее алчный взгляд и криво оскалился:
- Хватит.
Орчиха отвела глаза. И правда, хватит. Обождет до сытных времен. Сейчас вся еда - воинам, да родящим, да молодняку. А она...
Порченная.
И место свое знает. Знает?.. Должна знать.
- Угораздило же тебя, - буркнул Уртак. - Небось, клянешь мамашу, козу драную?
Огонь полоснул отблеском по клыкам орчихи.
- И папашу своего, козла горного, - орк хохотнул, довольный удавшейся шуткой и бессильной злобой Гутхкуллы. Еще недавно она бы набросилась на него за такое, и кто знает, чей был бы верх?
- Урртак... - в голосе орчихи смешались мольба и угроза.
- А ты привыкай, - с неожиданной злостью огрызнулся орк. - Кто от меня нос воротил, а? Теперь будешь пятки лизать, чтоб не выгнал.
Гутхкулла опустила голову, пряча сверкающие глаза.
Уртак хорошо знал: не замолви он за бесплодную слово перед стаей, прогнали бы ее взашей, а одинокому в степи смерть. Теперь она - его вещь.
- Ведь будешь, ты, гнилая утроба?
Орчиха вздрогнула, словно вытянутая бичом лошадь.
Уртак ухмыльнулся. Да, растеряла свой гонор полугорчанка.
- То-то же, - беззлобно проворчал он, склоняясь над жаровней.

***

Гутхкулла поправила мешок на спине и оглянулась: вроде бы все взяла. А может, набить перед дорогой брюхо?
Она посмотрела в угол юрты, откуда тянулся шлейф аппетитного запаха: пахло хорошо прожаренным мясом и разве что самую малость - паленой шерстью. Орчиха шагнула к очагу, но тут же замерла, прислушиваясь. Знакомые звуки. Стая пробуждается... Пора.
И Гутхкулла нырнула в морозные сумерки, не тронув Уртака.
Он так и остался лежать, прижатый мордой к углям.
Bob
Исправляю ошибку, допущеную мной при первом визите на frpg.
Возможно, кого либо из Мастеров заинтересует моя квента, хотя писалась она для игры по Тамриэлю. Кстати, это лишь часть квенты, если кто-то заинтересуется - буду рад пообщаться!

* * *
Хуже запаха сдохшего гуара может быть только вонь давно сдохшего гуара. Вы уж мне поверьте. Вероятно, прошла уже большая половина моей жизни, наполненная невыносимым смрадом. Он пробивался даже сквозь залепленные грязью ноздри, через ворот рубахи, который я прижимал ко рту, пытаясь цедить воздух сквозь зубы. Казалось, тяжелый дух разлагающейся плоти просачивается в меня не только с каждым вдохом, но и через все поры моей зеленой кожи.
Но это даже хорошо. Один Малакат знает, как это хорошо. Это собьет со следа тех, идущих за мной.
Трое суток бесконечного гона, где ты – всего лишь дичь, законная добыча всякого хвата, вымотали меня до предела.
Если бы не стрела, пробившая мою левую ногу чуть ниже колена еще вчера, возможно не пришлось бы мне лежать под этой тушей, прислушиваясь к удаляющемуся шуму погони. Если бы, если бы, если бы…
Все было бы по-другому, если бы я не задержался тогда на целые сутки из-за лопнувшей у повозки оси. Такое случается, особенно когда ты молод, доверчив и готов отдать половину всех добытых за три года охоты шкур диких гуаров босмеру, чье красноречие и почтенный возраст не позволяют усомниться в том, что “это самая крепкая повозка на всем Ввандерфелле”.
Теперь я убил бы его голыми руками. Я сделал бы колотушку из его бедренной кости, и лупил бы ею себя по макушке всякий раз, прежде чем вступить в сделку с любым представителем этого крысиного рода.

* * *

Я вошел в Балмору в полдень 20-го дня Солнечных сумерек, в самый разгар Праздника Воинов. Шум потряс меня. Возможно, это не самый большой в мире город, но других я не видал. Проклятье! Да что вообще я видел кроме, разумеется, фермы своего отца да окрестных лесов?
Орк – фермер?! Да, мой отец, Тулл гро-Хаш, потерявший кисть левой руки и правый глаз во славу Тиберия Септима, отставной рубака славного Имперского Легиона, заслужил за долгие годы службы и полученные раны клочок земли на терзаемых пыльными бурями просторах Ввандерфелла. Но он никогда не жаловался. Орки не жалуются. Некому, разве только Малакату, но он не любит нытиков, да и нет их среди нас.
А я, единственный сын ветерана – калеки, вовсе не горел желанием быть прикованным к плугу. Как и все орки, я с детства мечтал о битвах, победах и славе. О чем еще можно мечтать, тем более в 16 лет? Я сгорал в пламени зависти к героям былых сражений, а рассказы о юности отца долгими зимними вечерами пробуждали древнюю Ярость в моей крови. Я шел к своей мечте через боль, кровавые мозоли и горький пот изнурительных тренировок. Я проводил долгие часы, охотясь в одиночку, поскольку обязан был сам заработать деньги на снаряжение.
Вот поэтому я и вошел в Балмору, сгибаясь под тяжелым тюком добытых мною шкур. Я просто обязан был вступить в Легион. Где еще может показать себя молодой, полный здоровья орк, чьи плечи распирает рвущаяся наружу сила, а грудь – мечта о Подвиге? Подвиге, о котором потом будут петь у очагов орчатам матери, Подвиге, который никогда не забудут...
Я не хотел его убивать. Я никого не хотел убивать в этом шумном и чужом для меня месте. Будь проклят этот их праздник!

Богач. 150 дрейков за тюк, да я и не рассчитывал на большее. Я был опьянен свободой и ожиданием грядущей славы и неспешно шел по улице, пялясь на затянутых в парадную амуницию бойцов различных рас. Боги, как я жаждал быть похожим на одного из них: мощные, закаленные бесчисленными походами, они казались мне воплощением мужества и доблести. Хотя, приглядевшись, я увидел немало иных – спотыкающихся о собственные, первые в жизни, ножны и тщетно силившихся выглядеть суровыми воинами.
Я искал ближайшую лавку, торгующую подержанным снаряжением и оружием, когда увидел орка в форме легионера, неспешно идущего по мосту через Од. После короткого замешательства я решил подойти и заговорить с ним. Но вместо этого столкнулся как раз с одним из разодетых в пух и прах юнцов, толком не знавшим, что делать с новеньким клинком, и от души накачавшимся суджаммой.
- Куда ты прешь, вонючий пожиратель падали? Здесь не место всякому зеленокожему отребью вроде тебя!
Тут я заметил, что подвыпивший щеголь не один, и четверо его не менее нарядных и пьяных дружков – данмеров обступают меня со всех сторон.
Это обстоятельство еще больше раззадорило молодого выпивоху: - Проваливай в болота Чернотопья, там самое место таким как ты и вашим родственничкам - аргонианам. И, кстати, не твоя ли подружка – ящерица чистит по утру мои башмаки? – его приятели зашлись в приступе идиотского хохота.
Я не искал ссоры, но эти подонки в одинаково – желтых плащах явно искали развлечения.
Ладно, они его получат, особенно после таких слов. Внутри уже разматывала свои бесчисленные витки пружина древней Ярости.
Я готов был наброситься на обидчиков, но вдруг понял, что уличная драка отнюдь не облегчит мне вступление в Легион. Усилием воли я погасил гнев и хотел продолжить свой путь.
Я не хотел никого убивать, я просто оттолкнул его с дороги. Это было не сложно, ведь я на голову выше и гораздо шире в плечах любого из этой своры.
Разумные данмеры не торопятся вступать в драки с орками, но большую часть разума этого явно пожрал Шигорат. А хмель и смех товарищей лишили его остатков рассудка.
Он поднялся с земли и выхватил меч из ножен. Я приготовился всерьез защищать свою жизнь, однако замах его был столь неуклюж, что мне не составило труда увернуться. Одновременно я поймал его запястье и вывернул руку горе – мечника за спину. Дворянчик взвыл, упал на колени и выронил меч. Я отправил клинок пинком ноги подальше в сторону реки и отпустил мозгляка.
Казалось бы вот и все. Ан нет…
Едва успев сделать несколько шагов по направлению к мосту, я услышал, даже не услышал, а словно почувствовал, как он вновь бросился на меня.
Если бы не это внезапное чувство опасности, изящный кинжал, более похожий на стилет, вонзился бы мне прямо меж лопаток. В последний миг я успел обернуться и перехватить кулак, сжимающий тонкое жало острием вниз.
Все произошло само – собой. На долю секунды мы застыли парой странных танцоров, затем его рука продолжила свой путь сверху – вниз, остановилась…
Мы были так близко – двое обнимающихся после долгой разлуки - что я хорошо разглядел как глаза несостоявшегося убийцы превращаются в глаза удивленного ребенка. Он грузно осел на камень мостовой.
Так я взял жизнь первого врага и в тот же миг стал преступником, татем, врагом могущественного Дома Хлаалу, сыном одного из советников которого был этот нарядно одетый, так гордившийся своим первым мечом юнец.
LEX
А вот теперь вариант, какими квенты быть НЕ должны!
Непомню где и как нашел, вот сегодня наткнулся....
Еще раз повторяю... ТАК! КВЕНТЫ НЕ ПИШУТЬСЯ!
...................................................

*Я начну квенту с описания родителей, вернее их родителей. У отца в семье была *традиция отдавать первых детей учится магии.

Странная традиция!
У вашей семьи было так много денег, что она могла запросто оплатить обучение ребенка в магической гильдии?
Все первые дети в семье рождались с ярко выраженными магическими способностями? А вторые дети, значит, рождались без этих самых способностей.
Все отцы в вашей семье как один сами были магами?

*Способности к магии передавались наследственно, только у всех они проявлялись *по-разному. Кто-то оставался рядовым магом и жил в деревне на окраине, а кто-то *становился величайшим магом эльфов и жил при дворе у короля, как мой дед.

Хотелось бы напомнить, что в большинстве средневеково-фэнтэзийных миров титулы передаются по наследству и играют очень большую роль в слиянии родов. Если дедушка был придворным магом, значит бабушка была минимум главой магической гильдии.

*Отец был посредственным магом, а мать рейнджером.

Круто! Дедушка был вором, бабушка варваром, тетя файтером, а дядя рыцарем…

*Родители матери тоже рейнджеры и воры. Я не была первенцом в семье, моя сестра *старше меня на 6 лет, уже училась в гильдии магов.

Эльфы, вроде бы. Они больше тысячи лет живут. То, что твоя сестра старше тебя на 6 лет - это для эльфов почти одногодки. Если не лень - прочти эльфийский комплит. У эльфов крайне редко бывает по 2 ребенка в семье, а если такое вдруг случилось, то промежуток между их рождением равен примерно годам 150.

*На границах владений эльфов часто происходили столкновения отрядов эльфов и *некромантов. Эльфы не одобряли их занятия. Моя семья жила в Авлее. В горах, *неподалеку от поселения обитало много вивернов, а в лесу встречались *взбесившиеся деревья, родители часто уходили с отрядами других эльфов, чтобы *бороться против их. В Авлее я прожила до 5-ти лет.

Т.е., до того момента, как научилась ползать…

*Неплохо стряла из лука, обожала ездить на лошади, распознавала всех животных и *монстров. Предполагалось, что я тоже стану рейнджером. Когда родители уходили, *то за детьми присматривали оставшиеся эльфы (что-то вроде детского сада). *Однажды гуляя в лесу я отдалилась от других детей метров на 300, взрослые тоже *ничего не заметили. Вдруг, как говорится откуда ни возьмись, появился виверн *(не знаю чем они там питаются, но думаю не сидят на диете вегетарианцев) и *полетел прямо на меня. С перепугуя начала что-то говорить (На непонятном для *всех языке) и деревья окружили меня, не давая виверну подобраться ближе.

Круто. И внезапно на него снизошла сила. (с.) Н. Перумов.

*Через пару минут подоспели взрослые и подстрелили виверна, а деревья тот час *расступились. Через пару часов в деревне появился эльф, ему было около 500 лет. *Сказав старосте, что родителям уже все известно, он с помощью заклинания *телепортации перенесся со мной в Тулерианский Лес. Там мое заклинание вызвало *большое удивление у магов, (не зная языка, я попросила у деревьев помощи) Такое *случается раз в 1000 лет или еще реже. Они выявили у меня исключительные *способности к магии, и я осталась там учиться. Иногда я приезжала к родителям. *В возрасте 10 лет

Т.е., когда ты таки перестала сосать материнскую грудь…

*меня отправили к драконам, предполагалось, что они научат меня более силиной *магии, и для того чтобы подучить язык. Там у меня появился приятель дракон, мой *ровестник. Он еще не умел дышать пламенем, как взрослые, но очень хотел *научится. Однажды мы забрались в пустую пещеру, чтобы он потренировался, а *ласка осталась вне пещеры, если бы кто-то появился она бы нас предупредила. У *Дракона ничего не получалось, я уже была на выходе из пещеры, как он внезапно *чихнул. Меня обдало горячим воздухом, и я получила ожоги. Повезло, что он чихал *в другую сторону. Меня вылечили, и ожоги исчезли. У драконов я прожила 1.5 *года. Теперь я всегда посылаю с помощью магии письма дракону, мы остались *хорошими друзьями.

Бред какой-то…

*Я продолжала свое обучение в столице. Меня часто посылали на границу для *тенировки в магии, где проходили столкновения с некромантами или с людьми. У *эльфов тоже назревала с ними война. Год я прожила у гномов. Там ничего *особенного не произошло. Однажды эльфы решили себя обезопасить и выкрасть *советника королевы Катерины. Им тебовался маг, которого люди еще не знают, но в *тоже время довольно опытного.

Не понял, когда это и как ты успела стать опытным магом.

*Таким магом стала я. С эльфами воинами, одетыми под торговцев мы прибыли в *столицу людей. Там под защитой заклинания, которое не позволяло заметить нас с *помощью магии, и под невидимостью, ночью мы выкрали советника (не без помощи *ласки)

Какой именно ласки? Животного или ублажения потребностей советника?

*и эльфы которые прятались в фургоне и до этого не появлялись уехали, а *остальные остались еще на пару дней, чтобы не возбудить подозрения. Никто так и *не понял почему пропал советник. Мне исполнилось 20 лет

я научилась ходить и пользоваться ложкой. Даже если ты не знаешь, что эльфы живут в десять-двадцать раз дольше людей, тебе не кажется, что 20 лет - это еще никак не опытный и умелый маг.

*и маги забеспокоились моим растущим интересом к людям.

Извращенка. Думаю, за это тебя сразу же убили.

*Когда эльфы напали на небольшую деревушку, жители которой скрывали солдат *устраивающих набеги на эльфов, я попросила не трогать детей. Это и взволновало *магов. Со временем я стала бы такой же могущественной как и мой дед, или даже *еще более могужественной. Они не хотели терять такого мага. Они с дедом решили *отправить меня к людям на некоторое время, чтобы я поняла, какие они гадкие, *невоспитанные, вобщем настоящие свиньи. На что я возразила, что могу оттуда и *не вернутся, если они мне понравятся. В ответ на мою реплику они рассмеялись, и *сказали что ни один эльф больше года там не выдерживал, и я могу вернутся в *любой момент, когда захочу. На что я заявила посмотрим, и ушла. По дороге я *узнала о соревновании, которое устраивал лорд Маркхам, и решив, что если *выиграю, то это будет огромным сюрпризом для учителей, к тому же я не буду уже *от них зависеть, и отправилась на остров.

Бред! Полный и бесповоротный. Единственное оправдание - игрок судя по всему еще полный ламо и до этого играл только в M&M на компе.

....................................................................
Вторая квенита.....хм.. не лучше...


*Меня зовут XXXXXXXX, я паладин. Мне 45 лет. Когда мне было 30 меня убили *терснув булыжником по голове и закопали на местном кладбище. Позже я стал *безсмертным. Но сначала про мою земную жизнь.

Я родился 400 лет назад в горах Шотландии. Я бессмертный. Но, есть и другие подобные мне.
Все, дальше квенту уже можно не читать. Нафиг таких мудрых манчкинов, которые с ходу собираются играть невероятных крутиков.

*Я жил в типичной рыцарской семье.

Это какая такая ''типичная рыцарская семья''? Каждое утро начинается с того, как папа спасает мир, мама валит с десяток драконов, а младшие братья захватывают соседнее королевство?

*Отец- рыцарь какого-то тым ордена.

До сих пор не запомнил, какого именно? Жаль. Есть несколько техник, улучшающих память - крайне рекомендую.

*Сестричке досталось присматьривать за моей ровестницей принцессой. Уже с 5-ти *лет я рос доавольно смышлёным мальчиком и знал всех при дворе.

Я рос слабеньким но умным тролем…

*С 10-ти начал увлекаться беганьем в город поскольку в городе было гораздо *больше веселья чем при дворце типа печёных яблок на палочках или ярморок. Отец *меня от этого не отучивал. Том городе хде жил я не было ничего такого что могла *мне навредить. Да и улицы кое чему могут научить.

Сказка про принца-босоножку. Сын дворянина общается с чернью. Ну-ну…

*Например когда мне исполнилось 15-дь они научили меня что существа носящие юбки *могут быть очень приятными собеседницами в приватной обстновке. Ну...можно *сказать я увлёкся. Когда девушки узнавали что я из рода нобелей то почему то *ответная реакция была прямо-таки реактивной. У мальчишек и братьев этих девиц *реакция была что ни на есть отвратной. Они всё пытались доказать мне что я не *хочу встречаться с их сёстрами,как правило физичесской силой, но чаще всего им *это не удавалось.

Нет слов, одни эмоции. Какие-то батраки пытаются избить высокородного…

*В 18 лет начался университет храма Корда. Я честно не понимал чем он отличался *от армии потому как священники выглядели так как будто могут работать головой *исключитьельно как тараном. Там мне пытались вбить в голову что физичесская *сила несомненно нужна. Но исключительно для того чтобы производить впечатление *на других и этим путём избегать драки. Вобщем с 18-ти до 22-х лет я *подтягивался, отжимался, бегал, плавал как-то совмещая это с учением религии.
*В 22 года я прошёл тест на рыцарство

Расскажи мне, что это за тест такой? Прочел кучу исторических книг, провел хрен знает сколько модулей, создал собственный фэнтезийный сетинг и до сих пор не слышал о '''тесте на рыцарство''.

*и встал плечом плечу со своим отцом который всё ещё был в прекрасной форме.
*В королевстве всё было прекрасно за исключением того что у короля до сих пор не *родилось наследника. А дочка уже была так сказать в...э-э-э полном соку. Мы и в *детстве с ней неплохо ладили

Так, теперь мы еще и с принцессами общались. То с прачками, то с королевнами. И что, на всех времени хватало?

*а типерь когда я вернулся из довольно таки оригинального местечка она прямо *таки с жадным взглядом распрашивала меня о внешнем мире. Ну и так шаг за шагом *отношения сблизились. К 26 годам уже все включая короля знали о нашем романе.

Поздновато что-то. В те времена благородные мальчики заводили семью лет этак в 18, ну а принцессы были на выданье годам к 14. И ни с какими рыцарями (т.е., мелкопоместными дворянами) они романы не крутили. Хочешь быть любовником принцессы - напиши, что ты Лорд. Но все равно, дальше любовника ты не пойдешь. Оцени дебильность марьяжа - отдавать королевскую дочь в жены своему же дворянину, когда можно пихнуть ее в другое королевство.

*Да впрочем мы и так неплохо ладили со стариком и старухой корононосцами а в *последнее время король на меня стал так странновото поглядывать. Я идиотом не *был и знал что я был единственной надеждой старика что кто-то кому он может *доверять займёт трон после его смерти до которой 75-летнему чахлику оставалось *недолго.
*И вот траур. Король умирает. Я уже в тайне готовел свою речь коронования когда *он за мной послал. И вот 30 лет. Завтра моя коронация а сегодня могда *прогуляться по городу. В последний раз. Я даже не знал насколько был прав.
*Я даже и не знаю. Может быть кто-то кроме меня хотел стать королём а может *просто бандюги захотели меня ограбить. Единственное что помню это удар и *темнота. Когда я проснулся то не ощутил боли. Было какое-то чевство немоты *сзади,в черепе. Потрогав его я ощутил что там дырка а на песке где раньше была *голова по крайней мере два литра крови. Из темноту раздался голос-«Ты мёртв *юнец. Теперь ты тварь тьмы. Один из нас. Иди на юг и там иди к горе Сидхе. Там *найдёш помощь.Да.....избегай солнца.» Так началась моя безсмертная жизнь.
*Как и посаветовал незнакомец я выбрался из ямы которая оказалась чем-то вроде *могилы на местном кладбище и отправился на юг. Вскоре я понял что произошло. Я *стал вампиром. Я много о них читал и знал. Теперь я был намного сильнее , *быстрее соображал а бледность придавала мне какой-то шарм. Добравшись до горы я *понял о чём говорл голос. Я был не один. В горе было что-то вроде убежища для *таких как я. Ликантропы укушенные в молодости.Вампиры ставшие жертвами *экспереметов.
*Я прижился. Нашёл друзей. Позже я понял. Нас подготавливали для того чтобы *выпустить в мир. Для того чтобы гнев не выплеснулся наружу. Для того чтобы мы *могли останавливать тех кто сделал нас такими какие мы есть. Я там многому *научился. Например один ликантроп в полнолуние превращающийся в тига пришедший *далеко с востока научил меня владению двойному мечу а вампир из страны *неподалёку ,бою с закрытыми глазами. В 40 лет мне сказали что я готов и ночью я *вышел впервые за 10 лет изпещеры которая была мне домом. Так начался мой *крестовый походв тенях ада.

Без комментариев. В отстой. Чушь. Маразм. Галимость.

Вывод: пустить воином, максимум эсквайром (т.е. оруженосцем рыцаря). Заставить прочесть хоть один серьезный исторический роман.


Такие квенты обязаны быть сохраненными для потомков - большей бредятины уже давно никто не читал.

хм...извольте развлекаться.....=))
Graf_ZERO
На ФРПГ.ру - недавно. Вот, вешил легенду сварганить, посмотреть на что я годен.
Моя легенда:

Родившись в семье высокородных вассалов нашего короля, Короля Герцогства Иссилии - я с детства был воспитан в "должной" мере. То бишь - знал историю и тактику войны, знал поименно всех герцогов, маркизов, баронов, графов, шаттленов нашего славного Королевства. Был обучен фехтованию и иному владению разнообразным оружием. И... Я не верил в Бога. Ни в какого. Ибо вера в Бога - вера в то, что ты - не всесилен. И жизнь твоя, мало, очень мало, от тебя зависит.
Когда мне было 17 - мой отец, граф Алистан Маркауз, скоропостижно скончался... Я мало помню о том времени... Помню, плач матери... Через год скончалась и она... Таким образом я стал на место отца в возрасте 17 лет... Я стал графом... графом... Нет, не помню имени... Я многое забыл. В конце-концов ето было более тысячи лет назад.
А позже началась война. И ета война была не "всех против всех", о нет!! Ета война была "одного против всех". И "один" выигрывал... Его имени не знал никто - тогда, сейчас о нем остались лишь страшные, наполненые ужасом легенды. Но, легенды не живы... Ето прах...
Так уж вышло "некто" ( буду называть его так ) был, скорее всего, магом. А, может, и нет. Так или иначе все убитые его армией, Армией Смерти, становились на его сторону. И не в виде глупых, не умеющих отличить крысу от человека, мертвяков, а в виде демонов... Вернее, нет... Лишь по виду они были демонами, на самом деле ето были существа созданные для войны, и ТОЛЬКО для войны. Тем не менее в каждом из них жил дух и память человека. Некогда порабощенного, но человека.
Во время войны я вёл под своим началом 4000 человек. В течении двух дней все они стали ... стали... давайте всё-же назовём их демонами? Стали демонами... И я - в том числе.
Я помню, как я, уже будучи "демоном", нес смерть и разрушение на еще оставшиеся нетронутыми земли. Я помню как я убивал, разрывал в клочья детей и стариков. Я помню... И я плачу об етом. Было время, когда я чуть не впадал в безумие, порожденное етой, зловещей памятью...
Но, как оказалось, Некто был всего-лишь человеком. Невиданым по силе магом, но человеком. А всем людям свойственно такое явление, как - смерть... И он умер... В ту же самую мыть вся Армия Смерти рассыпалась в прах. По какойто причине ета судьба не постигла меня. И я снова стал свободен. Получив в "награду" бессмертие и тело которому не страшны ни сталь клинков, ни огонь, ни сама смерть...
С тех пор прошли тысячи лет... Я не знаю точно... Но, тысячи... тысячи...
Я всегда был на стороне Тьмы! Но, в то же время, я всегда ненавидел Зло.
Ибо Зло - не Тьма. Я верю в Закон Меньшего Зла и без колебаний убью ребенка, зная что етим спасу жизнь тысяче такиже как он!
И я стал отшельником, путешествую по пустыням и лесам я смотрел за Возрождением человеческой расы.
И всё ето время я искал способ вернуть себе прежнее тело...


Вот пожалуй и вся моя история.
Что же до моих боевых умений и предпочтений в оружие, а также магии:

Я владею "бессознательной" магией. То есть - если какой-нибудь неудачник-маг пустит в меня файербол, автоматическиски, без вмешательства моего сознания "организуеться" магическя защита, которая полностью нейтрализует Магию Огня.
Любимое оружие? - Когти.

Вот так. Как вам?
Если у Вас есть какие-то ко мне предложения - буду рад.
И еще - не могли б Вы мне немного рассказать о фрпг.ру ?
EVILMOUSE
2Graf_ZERO:, ни на что не годен biggrin.gif
Более конструктивные коментарии читай приватом.
Чахлый
Моя первая квента... ЗлобныйМыш правда с нею уже знаком... да и есть тут маааленькая неувязочка... скорее ... ну не важно.
хлавное - вот она.

Ах-на-Уаджет-Хет-Ка(егип.)(Угодная Уаджет, Сильная духом, являющаяся двойником-порождением Уаджет)

Эхнаджет(мин.)

- ооохмпф!!! Ой!! - Чихнув я ударяюсь о что-то осклизлое... В голове звучат звуки мириад горнов, кровь в ушах подобна океанскому прибою.
- Что за..? Где ВСЕ?! Куда подевались эти жалкие трусы?! - голос срывается на визг, очень скоро затерявшийся среди звуков прибоя и гомона чаек. Попытка встать оканчивается плачевно - еще один удар головой об это "нечто". Ногами невозможно пошевелить, руки крепко, но все же не туго спеленуты вокруг тела, хотя левая... да... еще чуть-чуть!.. Нет. Постепенно паника начинает заполнять все мое существо. Кажется будто слуги окена бросили меня на поживу здешним морским тварям и птицам... или просто хотят осабить меня, дабы позабавиться самим, или... или... Сумашедшая круговерть в голове постепенно успокаивается и взор приобретает ясность. Лежа на животе я все-таки могу обозревать окресности, во всяком случае небольшую их часть. То, что меня так испугало, и казалось морским чудом, присосавшемся к моему лицу, дабы изглодать мой череп и высосать глаза, оказалось всего-лишь какой-то гнилой старой рыболовецкой снастью, с запутавшейся в ней рыбой, уже отчетливо воняющей. Видимо этой же снастью были спеленуты и мои руки. Что было с моими ногами пока оставалось неясным, но то что их лизали волны все-таки обнадеживало. Значит они-таки были на месте. Было бы очень обидно их потерять... Последняя мысль затавила меня улыбнуться. Все не так уж плохо, как показалось вначале. Если мои пленители коажутся людьми, то они несомненно отпустят меня, узнав кто я... Если же это слуги местных богов, то и их мне не следует слишком уж опасаться. Не в их интересах трогать меня. Да и как вообще кто-то посмел так обойтись со мною?! Гнев заполняет меня также как за минуту до этого - паника.
- Эй, вы!! Кто бы вы ни были, я приказываю вам отпустить меня!! Слышите?! Как вы смеете, нижайшие твари! Отребье! Немедленно, говорю я вам! - шелест волн. Крики чаек. Ответа - нет. Как и нет так скоро подступившего гнева...
- Эй... кто здесь есть? - слишком уж неуверенно звучит мой голос здесь, в этом пустынном месте. Похоже тут никого нет... Или он намеренно скрывается, или(как это ни глупо!) тут никого и не было. Что же... что же... хмм... попытка освободить руку ни к чему основательному не приводит, лишь тихонько потрескивает мокрая сеть... Сияет солнце. По обозреваемому клочку неба на запад убегают облака... Что ж.. есть время подумать.
Оставалось только надеяться, что пленение(буде таковое имело место, ибо что-то мне подсказывало нелепость такого предположения) окончится скоро и возвращение в Маллию не займет много времени. Было бы очень обидно опоздать к вступлению в брак своего отца. Несмотря на то, что Осирис в последнее время слабеет, а отцу пришлось временно(хотелось бы надеяться) покинуть Та-Кемет, женитьба на нем все еще могла принести определенные выгоды. О, Боги! Если бы вы не устроили нам этого испытания, если бы Стела Нефертари не рухнула перед самым окончанием работ, то отцу не пришлось бы так быстро скрываться от гнева слуг Пер-аа. Хорошо еще, что наблюдение за строительством велось из рук вон плохо, а в порту уже неделю простаивал небольшой торговый флот с северного острова. Это теперь я знаю, что Крит населяют не такие уж и дикари, что они не едят детей и не вламываются в спящие дома с целью осквернить все проявления божественного в Та-Кемет. Но тогда, для девченки 5-ти лет от роду, забытой всеми, кроме одной молчаливой рабыни, которую я сама, если признаться, побаивалась, это путешествие казалось самой мрачной и гибельной затеей, а будущая жизнь на острове тонула во мраке неопределенности. Но жители Крита приняли нас вполне радушно, поселились мы в одном из дворцов, коих тут было в преогромном количестве, нам даже предоставили новых рабов, которые знали остров и жизнь на нем и могли безбоязненно выходить за границы нашего нынешнего жилища. Лишь потом я узнала, что этот дворец населяем не мы одни, и выделенные нам покои - лишь небольшая его часть. Хозяином(и нашим соседом)этого великолепия оказался знатный муж, владелец тех торговых кораблей, а также нескольких плантаций на острове, человек с труднопроизносимым именем Кадакитиллис. Его сын, Теотан, был первым местным, с кем я познакомилась, был тем, кто сыграл большую роль в обучении меня местному языку, тем, кто не дал мне сойти с ума от тоски и страха.
К сожаления Боги развели нас через несколько лет. Когда мне уже было 13, он, тот кто являлся для меня примером и учителем, подвернул лодыжку во время танцев с быком и был растоптан взбесившимся животным. С тех пор отец запретил мне заниматься, хотя уже в то время я была довольно своенравной и тишина залов дворца друга моего Гиделимусса частенько взрывалась стуком копыт. В то же время отец начал готовить меня ко вступлению в жречество и учебный процесс начал поглащать меня с головой. Мне стали открываться тайны звезд и движений Божественной Колесницы, я узнала как в случае каких-нибудь проблем доплыть до Та-Кемет или уплыть дальше, на север, а тренировки с рабами научили меня владению чужам телом, исправлению увечий и изгнанию недугов. Если бы все шло дальше в таком темпе, то уже через год после того, как я стану супругой отца, я смогла бы стать первой жрицей Уаджет на Крите, а после, возможно, даже жрицей Осириса. В подготовке я провела полных три года, игры мною были заброшены, лишь изредка еще я смотрела, как выросший Гиделимусс со-товарищи вертятся с быком. К тому времени они стали больше обращать внимания на меня, нежели на животное и совершать слушком уж умопомрачительные прыжки, что привело к нескольким травмам(по счастью - не серьезным) и тут-то впервые и пригодились мои навыки. Эти инциденты зачастую приводили к всеобщему восхищению моей особой со стороны присутствующей молодежи и пару раз стали известны моему отцу. По счастью он никак себя не проявил и удостоил меня лишь констатацией факта. Когда мне была подарена моя первая морская лодка о двенадцати парах весел, мне...
- Ай!!! Да что же это такое, Светлейший? - колесница Ра-Амона уже дошла до половины неба и близость моря начинала настораживать. Мелкие крабы бегали по всему телу и редко, но ощутимо щипали. Да, стоит подумать о освобождении себя из пут... Посчастью пронившая снасть под палящим взором Сияющего пересохла и начала трескаться. Теперь освободить руки - дело пяти минут...
Да... если бы не Гиделимусс и его непреложный авантюризм была бы я сейчас в прохладе купален, а не на берегу моря, спутанная по рукам и ногам, наедине с начинающимся приливом. Затеяный Гиделимуссом "поход вокруг острова" тогда захватил меня полностью, с головой. Никого толком не предупредив, практически не взяв запасов и сменных гребцов мы отплыли из Маллии на двух судах. Каждую ночь было порешено устраивать стоянки и Гиделимусс с друзьями устраивал попойку с плясками. Именно после одной из такий стоянок ему и пришла в голову мысль поспорить с моей лодкой в скорости. Отговорить его не удалось, попытаться удержать его силой побоялись. Сильный порывистый ветер, предвещавший шторм его не испугал. Да и мне отказываться было не с руки - слишком уж он обнаглел в последнее время, дело доходило даже до недвусмысленных шуточек в мой адрес. Стоило поставить его на место. Поначалу наша задача - доплыть до видневшегося на горизонте острова и вернуться назад - не казалась сложной. Несмотря на приличный ветер и надвигающиеся сумерки наши корабли шли уверенно, практически неотходя друг от друга ни на шаг. Все складывалось великолепно, если бы во время разворота ветер и море не сыграли со мною злую шутку. Очередная волна бросила наш корабль ближе к скалистому берегу, чем нам того хотелось. Правая половина судна заскрежетала о подводные рифы, а весла гребцов лопнули словно щепки. Вот тогда-то я и поняла всю авантюрность этого мероприятия. Не имея запасных весел мы не смоги толком бороться с ветром и волнами, но налететь на скалы кораблю не позволили. Гиделимусс уже ушел вперед и, опьяненный вином и грядущей победой, незамечал моего положения. Тем временем ветер усилился, и, несмотря на то, что мы непозволили волнам разбить корабль, выбирать направление движения я уже не могла. До наступления темноты гребцы еще боролись с волнами, но после им оставалось только молиться своим богам. "Этот шторм ненадолго и ветер должен вот-вот ослабеть", - было моей мыслью в тот момент когда раздался оглушительный треск и скрежет...
Снасти поддавались неохотно, а волны уже лизали живот, иногда перехлестывая спину. Сеть вновь намокала. "хрррыськ! хррыськ!" наконец-то мне удалось освободить левую руку и тут дело пошло уже охотнее. Теперь я могла перевернуться на спину, сесть и посмотреть что же сучилось с моими ногами. Н-да... ничего того, что нельзя было бы исправить. Посчастью. Уже через несколько минут я смогла встать и отойти на достаточное расстояния от воды. Моих пленителей не наблюдалось и создавалось впечатление, что их и не было. Страшно хотелось пить. Ну что ж... теперь надо поискать какой-нибудь ручей, привести себя в порядок(сандали потеряны, юбка вся изодрана, как и нагрудная пластина, в волосах застряли какие-то сучки и щепки...)и начинать искать тех, кто мог бы сказать, что это за место и помочь добраться домой.
Evil_Wizard
Хотите написать квенту, представьте что пишпите книгу или вспомните биографию лучшего друга и все будет ясно как делать.

Главное отнестись к персонажу как к человеку(другу например) а не как к набору циферок на бумаге, вспомните любите ли вы мороженное, сладкую вату и тд, кроме того квента отражает набор навыков, и всяких параметров, которые лучше определять по квенте а не наоборот.



Прошу не забывать о предназначении этой темы- она должна быть информативная, и рассуждения о рулезности зла здесь не к чему. smile.gif

Кроме того, принято писать всё что ты хочешь сказать ОДНИМ сообщением.
Kopcap
Так смеялся smile.gif Cтарая квента, где тьма и свет пишутся исключительно с большой буквы. Зато про моих любимцев - авариэлей. Может кому-нибудь на что-нибудь сгодиться.

======
Сознание Аэлнуира помутнилось и глаза тяжело закрылись отправив авариэля в его вечного противника - Тьму. Все мысли и чувства перемешались. Совершенно неожиданно крылатый эльф понял, что умирает. Он хотел раскрыть глаза, однако непроглядная Тьма перед ним оставалась неизменной. Странное и пугающее спокойствие охватило Аэлнуира - Тьма окутывала и согревала, она как идеально взбитая перина окутывала каждую клеточку души, засасывая в мир вечного спокойствия. "Я умираю?" - вновь с почти равнодушным удивлением подумал Аэлнуир. И вдруг что-то шевельнулось внутри него, собственное спокойствие и безразличие испугали его. Нужно бороться с этим концом. "Я ещё не готов принять тебя, смерть и никогда не буду готов. Мой удел - вечная жизнь" - воспротивился авариэль. Что связывало его теперь с миром, который почему-то исчез? Тонкий, едва различимый проблеск прорезал Тьму - воспоминания. Всё что осталось эльфу от мира, который ему наверное придётся покинуть. Грёзы... Великая способность эльфов, позволяющая им, лишённым Дара, помнить всё, что составляло их прежнюю жизнь. Аэлнуир был слишком молод, чтобы часто грезить о минувшем, однако теперь это доставляло ему необычайное удовольствие. Он совершенно забыл своё состояние, отдавшись волнам воспоминания, которые унесли его во времена непростой молодости.

Аэлнуир стоял в углу небольшой, но уютной пещеры, выдолбленной в горе, служившей местом обитания ещё пятиста таких существ, как и он. Из помещения было сразу два больших выхода - через потолок и через одну из стен. На круглом столике лежал новорождённый. Мутный взгляд вверх... Глаза ещё не могут правильно фокусироваться, поэтому лица склонившегося надо ним эльфа дитя разглядеть не может. Отец умилённо смотрит на ребёнка поднимая на руки, с трудом сдерживая слёзы. Неподалёку от стола лежит изнемождённая тяжёлыми родами мать, красивые черты лица которой навсегда исказило рядом морщин появление на свет новой жизни.
- Назовём ребёнка Окистан!

Ожившие воспоминания начали медленно искажаться, Аэлнуир знал это свойство грёз - скоро новый период его жизни покажется ему. Очертания пещеры растворились в воздухе, каменный пол ушёл куда-то за спину и осталось только Небо - Путь Крылатого Эльфа, его родная Стихия. Сильные руки отца крепко держат малыша, который с замиранием впервые познаёт радость полёта, радость Истинной Свободы Духа и Тела. Острые пики гор маленькими точками проносятся далеко внизу, а он парит, пьянея от восторга и счастья, ибо таково настоящее наслаждения для любого авариэля.
Кто были родители этого юного существа у которого только стали появляться крылья? Аэлнуиру стоило только сосредоточиться, как полёт вдруг оборвался и он снова оказался в знакомой пещере рядом с двумя крылатыми эльфами, которые с любовью смотрели друг на друга. Отец Элиартикан был обычным стеклодувом в местом аналоге кузнецы в которой изготовлялось оружие из необыкновенно прочного стекла, которое по прочности почти не уступало железу. Но что это значило для юного Аэлнуира? Он был героем, воплощением мужества и благородства, пример для подражания и неоспоримый авторитет одновременно. Он был в преклонном возрасте для авариэлей и уже слышал Зов Неизвестности, однако оставался необычайно бодрым и считался "своим" в компании подростающего поколения. Окистан гордился своим отцом, который был мудрым ему воспитателем и верным товарищем одновременно, что выдавало в нём великолепного педагога. Элиартикан принадлежал к невоенной части общества авариэлей, хотя в прошлом нередко учавствовал в отражении атак гиппогрифов, которые в голодное время залетали на территорию крылатых эльфов и даже некогда боролся против Гигантов с Холмов. Но всё это было в далёком прошлом, ещё до рождения Окистана. Мать же авариэля была несколько иным существом. Она была очень известной дамой в обществе, потому что по достоинству считалась красавицей и украшением всей общины и к тому же одним из лучших художников. Ради неё отец совершал далёкие и опасные перелёты к бескрылым эльфам, чтобы доставить своей возлюбленной немного красок и отличного холста. К определению моей матери, Диал, можно наверное добавить, что она была избалована вниманием. Да, она более всего на свете любила Мужа, свою красоту и вниманием других авариэлей. Нет, не было никакого высокомерия, никакого злонравия, однако она любила нравиться, любила быть первой. Рождение сына отняло у неё, как ей казалось часть её красоты. Воспитание ребёнка не давало ей, как прежде отдавать целые дни созданию своих картин. Она по-своему любила Окистана, однако он всё-таки был некой обузой, тяжёлой повинностью, которую она понесла только ради мужа. Однако как только ребёнок подрос его под своё опекунство взял отец. Диал снова могла вернуться к своим занятиям, теперь воспринимая ребёнка совсем по-другому, она стала теплее относиться к мальчику, но всё-таки тосковало по потерянной свежести и в глубине души считая ребёнка этому виною.
Пелена застелила образ родителей и разомкнула свой занавес теперь уже в главном зале Общины. Авариэль добро усмехнувшись прошёлся по этому залу, столь детально сохранённому памятью. Осмотревшись он вновь сосредоточился на событиях того дня, как он был официально представлен Старейшинам. Семеро почётных авариэлей осматривали крепкого юношу, за спиной которого довольно улыбаясь стоял отец. Да, Аэлнуир в неполные 30 лет уже был очень крепким эльфом, по сравнению со своими сородичами. Мягкие белоснежные крылья фонтаном вырывались из его спины, широкие плечи подчёркивали его необычайно крепкое телосложение. Да, выностиловость и красота тела всегда были предметом гордости Аэлнуира, ведь он не в пример своим более хилым соплеменникам мог совершать далёкие перелёты и полёт не отнимал у него столько физических сил, как у других. Но собственно почему он должен был показаться старейшинам? В обществе авариэлей считается, что по достижению 30 лет авариэль должен пойти по одному из путей - культурному или военному. ВЫбор абсолютно свободен и есть возможность менять его, когда пожелаешь, однако не более раза в год. До тридцати же лет юный крылатый эльф получает домашнее образование у своих родителей. Те должны научить его разговаривать и писать на эльфийском (примеч. авт. эльфийский считается родным языком, поэтому на него не тратятся мирные навыки), а также основам разговора на общем. Кроме того отец Окистана немало рассказывал ему о религии, в частности воспевая в своих речах богиню воздуха и погоды Аэрдри Фаениа, хотя немало повестовал и других верованиях эльфов и даже людей. Но вернёмся снова в залу. Какой путь избрал тогда Окистан? Нетрудно догадаться, что отец пропудил в нём интерес к воинскому исскуству и авариэль изъявил желание стать членом воинского сословия. Старейшины одобрили такой выбор.
Следующая картина в памяти - тренировочная поляна. На большой поляне, уютно скрытой от посторонних глаз возвыщающимися кругом горами стала местом, где окистан начал осваивать обращение с различным оружием. Для начала он выбрал, как ему казалось самое несложное и неприглядное в обращении оружие - копьё. Он полагал, что им много проще владеть, чем острым клинком длинного меча, ведь тут всё просто: палка и крепкий наконечник. Что ж, полтора тренировок и практик уверили, что это копьё в освоении ничуть не проще меча. Обращение с ним в полёте так же требовало долгих занятий, чтобы научиться делать удары, не сильно влияющие на траекторию полёта. Учителями выступали более старшие авариэли, прошедшие через множество битв и накопившие достаточно опыта, чтобы поделиться им с молодёжью. Следующие полтора года были посвещены оружию, владением которым славились наземные эльфы, но которое давало аварэлям немало преемуществ. Лук. Короткий лук не был столь громоздок, как длинный, и к тому же стрельба из него почти не влияла на полёт, поэтому лучники-авариэли наводили ужас на созданий, лишённых крыльев своими молниеносными атаками, которые оставляли поля, усеянные стрелами и трупами врагов, не давая врагу даже шанса спастись.
Три года подготовки были только началом обучения, после которого Аэлнуир стал бы сильным и бесстрашным воином, однако судьбе было суждено рапорядиться иначе...
Окистан наблюдал за тем, как он в прошлом тренировался, нанося выверенные удары копьём по манекену, обучаясь сложному приёму - пикированию, когда произошло до боли знакомое событие, изменившее всю его жизнь. Двое учителей, минуту назад бывшие лишь чёрными точками на пастельном небосклоне уже мягко опускались рядом с юношей. Аэлнуир знал этот диалог наизусть, однако и на сей раз с лёгкой грустью вслушивался в слова учителей:
- Окистан! Орёл принёс весть, что какие-то существа перешли границу нашей территории. Орёл их раньше никогда не видел, но они ему не нравятся. До места вам лететь почти сутки. Ты уже достаточно взослый, поэтому может быть слетаешь вместе с учителем Рэнау и ещё двумя учениками посмотреть, что там твориться? Разведка и никаких столкновений.
- Разумеется, учитель Ницар, я сделаю, как вы желаете.
И снова полёт... Двое учеников остались лишь нечёткими образами, но Рэнау навсегда запомнился Аэлнуиру. Редкий чёрный окрас перьев, суровые черты лица и какая-то странная история жизни. Кажется он был одним из тех чудаков, что ушёл из Общины к наземному миру, оставив всю семью в горах, скитался долгое время, а когда его уже было позабыли вернулся, не найдя тех, кто согревал его сердце в чужих краях... Почему он ушёл неведомо, как и не помнят что стало с его семьёй. Рэнау был самым несчастным из всех членов Общины, отчего все пытались жалеть, но что лишь ещё больше будило в нём озлобление против сородичей и даже Аэлнуиру было понятно, что Рэнау вскоре вновь покинет Общину - на этот раз навсегда. Долгий и утомительный путь не оставил ни малейших следов в памяти Аэлнуира, но следующая картина, а вернее батальная сцена предстала во всех деталях. Широкое поле, усыпанное большими и малыми камнями, спало, закутанное тьмой ночи, когда вдруг вспыхинула холодным, безжиненным цветом молния, поцарапавшая предрассветный небосклон. Яркая вспышка осветила далёкие фигурки, а погаснув оставила только небольшую светящуюся точку... Сильный, полный ужаса крик Рэнау потряс тишину и авариэль с невиданной скоростью ринулся к неизвестным существам. Двое других крикнули что-то вдагонку, но поминуя о том, что требуется лишь разведка сделали резкий разворот и стали удаляться, призывая за собой Окистана. Но авариэль заколебался... Он понял, что оставлять учителя одного нельзя и решительно ринулся за ним, извлекая копьё, чтобы можно было достойно встретить неведомых противников. Рэнау не было видно, но свет медленно, но верно приближался и вскоре авариэль наконец-то разглядел сражающихся. Один из них ярким светом разгонял тьму вокруг. Это был молодой человек в жёлтой робе и красивым позолочёным мечём от наседающих противников. Ожившие мертвецы тупой толпой пёрли на человека, чьи движения уже были слабыми и вялыми, потому что бой видимо продолжался немалое время. Было видно, что если так будет продолжаться и дальше, то человек вскоре падёт под этой несокрушимой силой. Но внимание Окистана привлёк стоявший рядом с ним авариэль - Рэнау - из тела которого торчали пара чёрных стрел. Он отчайно сокрушал одного монстра за другим, но количество явно превосходило качество и на каждый разящий удар учителя отвечало по-крайней мере пять... окистан легко парил в небе, заворожённый созерцанием боя, на время забыв о том, что наверное не лишним было бы помочь слабеющему учителю. Но спустя мгновение человек, утомлённый длительным боем пропустил очередную атаку наседающего зомби и не смог удержать равновесия, повалившись на спину. Три пары рук метнулись к его шее, когда горы разрезал отчаяный крик ярости... Рэнау из последних сил рванулся к своему товарищу, своим выпадом снеся окруживших его мертвецов, даруя человеку время, чтобы вновь подняться на ноги. Однако таким отчаяным ходом авариэль поставил себя в безадёжное положение, оказавшись в куче нечисти. Острые и цепкие когти вонзились в нежную кожу, вырывая куски пульсирующей плоти. И в этот момент Окистан очнулся. Не произнеся ни слова он кинулся вниз, туда, где толпа зомби уже навалилась на обречённого учителя. Земля приближалась с необычайной скоростью, но авариэль и не думал замедляться. Выставленное копьё легко вонзалось в мёртвое тело, пронзив сразу двоих, а удар крыла отбросил в сторону ещё одного. Но падение было слишком быстрым и Аэлнуир не смог вовремя остановиться и беспомощно упал на землю, потеряв сознание от боли, пронзившей его тело. Последним, что видел авариэль был прорывающийся из-за горизонта солнечный луч...
Окистан лежал в своей кровати, а подле него сидели его родители вместе с улыбающимся человеком в светящейся робе. С трудом открыв глаза авариэль огляделся, вспоминая произошедшие с ним события. Что ж, наверное всё окончилось благополучно... Он попытался приподняться, однако жуткая боль пронзила всё тело, вновь ввергнув разум в океан небытия. Что ж, тот бой дорого стоил юному авариэлю. Страшный перелом спины из-за этого пикирования чуть не убил его, но крепость здоровья помогла Окистану перенести этот удар, а своевременные действия жреца не позволили слабой нити, соединяющей дух с телом разорваться.
Когда в следующий раз Окистан пришёл в сознание перед ним сидел один лишь человек. Покрасневшие от недостатка сна глаза заметили пробуждение сознания и жрец улыбнулся, возблагодарив своего Бога. Авариэль открыл глаза в тот момент, как первый луч поднимающегося светила выглянул из-за края пещеры. Жрец удивлённо глядел на авариэля понимая, что Латандер только что осветил этого слабого крылатого эльфа.
- Аэлнуир, - прошептал он, назвав новое имя, буквально заного родившегося авариэля.
Это имя прочно прицепилось к авариэлю и он с достоинством стал носить это имя, ни разу не опорочив его нечестивыми поступками. Но кто был сей жрец и какое он отношение имеет к Рэнау? Санти - истинный последователь Латандера ходил по земле уже 60 лет, но служение Богу Утра и Вечной Молодости даровало его телу сопротивляемость старению и он выглядел не более чем на 30. Большую часть жизни он провёл в городе, посвещая себя служению Латандеру, кое видел в пропоганде его силы и значимости. Но время шло и его восприятие менялось. Он видел, что Гелле и вкушая всю прелесть жизни в столице он не несёт свет просвящения в другие, менее доступные регионы. Тогда ещё не очень сильный жрец отправился к Северо-Восточным горам, чтобы попробовать склонить немногословных и грубоватых дварфов к своей вере, однако цели путешествия так и не достиг. Гиппогрифы налетели на него в пути, сожрав с потрохами лошадь и покалечив начинающего мессионера. Гиппогрифы не побрезговали бы и самим наездником, однако их спугнул заметивший бой Рэнау, слуайно оказавшийся неподалёку. Он согласился проводить Санти до города дварфов, благо тот находился не так далеко. Санти никогда прежде не видаший авариэлей был поражён гордой и необычной красотой этого существа. После дня совместного пути два существа совершенно подружились, хотя в вопросах веры Рэнау и Санти сойтись не могли. Первый настаивал на том, что Аэрдри Фаениа даровала жизнь авариэлям, дав крылья, благодаря которым они могут соединиться со своей богине в её Стихии, Санти же утверждал, что Латандер - бог рождения дарует жизнь всем существам и поклонение ему не будет противно поклонению Аердри. Но по-своему консервативный Рэнау даже слушать ничего не хотел и на разговоры о религии было наложено негласное вето. Но во что жадно вслушивался Рэнау, так это в рассказы о мире людей. Как всё произошло точно неизвестно, но Санти каким-то образом уговорил авариэля отправиться в мир людей, чтобы посмотреть на другую сторону жизни, которую крылатые эльфы редко видят из-за своей любви к уединению. Позже он вернулся обратно к своим сородичам.
Санти желал вновь встретиться со своим другом и отправился в горы, чтобы вновь увидеть Рэнау, когда совершенно неожиданно был атакован мощным вампиром, ненавидевшим жрецов Латандера. Но опытному Санти удалось избежать засады вампира и тот отправил за ним целую армию зомби, оставаясь позади спин своих бездушных слуг. Если бы жрец изгнал часть зомби, то тогда вампир с лёгкостью добил бы его собственноручно не опасаясь более его жреческих способностей, однако Санти догадался об опасности и готовился стоять до последнего, надеясь, что первые лучи прогонят вампира.
Теперь Санти вновь находился на территории общины авариэлей, но никто не смел даже намекнуть ему на то что он был здесь лишним, ибо он неустанно следил за восстановлением двух авариэлей - Рэнау и Аэлнуира. Ренау довольно быстро смог вновь залатать свои раны, а вот диагноз для Аэлнуира был печален. Санти не мог восстановить полые кости авариэля и он никогда более не только летать, но и даже ходить без чужой помощи. Такое заключение чуть не побудило Аэлнуира тут же наложить на себя руки, когда Санти предложил выход. В Гелле живёт старший жрец Латандера, Бога, покровительствовавшему молодости и Санти справедливо полагал, что тот будет в состоянии дать Аэлниру вновь почувствовать радость полёта. Был ли выбор?..
Это было самое ужасное путешествие в жизни Аэлнуира. Его душа требовала простора, а он ехал, прикованный к осточертелой кровати, подпрыгивая на каждом дорожном камне и любое движение отдавалось в ранее сильном теле уколом боли. Но всему есть конец, вскоре замелькали низенькие деревянные домишки, беднейшей части населения, после же размер и роскошь домов стала рости в арфиметической прогрессии, хотя раздираемого болью и страданиями, с примесью надежды авариэля это совершенно не занимало. Но Санти с облегчением выдохнул, когда наконец показались высокие шпили главного храма Латандера в столице. Санти всерьёз опасался за физическое и душевое здоровье своего крылатого товарища. Он знал авариэлей уже не одно десятилетие и точно знал что замкнутые пространства для них невыносимы длительное время, а в состоянии такой обречённости и одиночества авариэль мог запросто сойти с ума да и перелом оказался очень опасным, норовя на каждом участке плохой дороги прикончить эльфа окончательно. Но теперь всё позади. Всё в руках его Бога - Латандера. Он послал, как казалось Санти знамение, возродив Аэлнуира к жизни на рассвете и полагал, что Бог Молодости не покинет это несчастное в столь жалком положении.
Широкими шагами войдя в храм Санти с удовольствием ощутил, что снова дома. Авариэль был перенесён в одну из комнат на верхних этажах, а сам жрец направился к Николасу - Главе Храма. Однако Николас нашёл его сам. Не успел он покинуть комнату своего нового товарища, как сильная и твёрдая рука мягко взяла его за плечи:
- Рад видеть тебя, Санти! Думаю ты устал с дороги, но тем не менее не откажешь мне в краткой беседе?
- Разумеется, брат Николас, я как раз искал беседы с Вами. Я немало изведал опасностей в последнее время, но я чуть было не потерял друга и лишь благодаря этому авариэлю была спасена жизнь того, кто очень долгое время сеял добро на Северо-Западных горах, хоть и не во имя Нашего Бога. Но это нелегко далось этому молодому авариэлю, ибо он получил cтрашную рану, чуть не втянувшую его жизнь, если бы не мои старания. Но все они были тщетны до тех пор, пока первые вестники Латандера не проникли в наш мир, согревая души его населяющих. Я уговорил Аэлнуира, такое имя ему было дано после возрождения, проделать этот длинный путь, надеясь, что с Вашей помощью и вмешательством Латандера смогу восстановить его былую силу.
- Это было мудро, Санти, я надеюсь, что этот крылатый эльф действительно заслужил благословение Латандера, ибо тогда мы все можем не волновать за его судьбу. Завтра на рассвете мы обратимся к Богу Молодости за просьбой.
Аэлнуир проспал весь день и всю ночь. ПОд утро его, впавшего в забытье, перенесли на круглый алтарь в центре храма. Альтарь располагался на возвышении под огромным, идеально чистым стеклом через которое видно было линию горизонта и в ясный день олицетворение Латандера - пылающий шар, дарующий тепло, дарующий жизнь. Шла заранее подготовленная церемония. На всё тело авариэля было наложено заклинание тьмы. С двух сторон стоящие жрецы поначалу лишь исполняли песни, восхваляющие деяния Латандера, но когда начало приближаться время рассвета Санти заговорил раскатистым речитативом:
- О Всемогущий Бог Молодости! Я молю тебя, яви свою неоспоримую живительную силу! Я молю тебя, дай силы этому несчастному существу, пожертвовашему себой в час твоего возникновения в нашем мире ради других, дай веру этому беспомощному существу, вернувшемуся к жизни в час твоего возникновения, но не могущему вкусить всех её прелестей.
В чёткую речь Санти вступил Николас:
- О Всемогущий Бог Молодости! Я молю тебя, яви свою неоспоримую живительную силу! Я молю тебя, верни здоровье этому существу созданному для полёта, ибо лишившись его он лишён жизни. Я молю тебя, верни ему силу молодости, ибо без неё этот авариэль старик, хотя он молод, ибо без неё этот авариэль не имеет смысла жить, будучи лишь в начале своего пути, ибо без неё он мёртв, оставаясь живым!
На последнем слове первый луч вырвался из-за горизонта, вспарывая предрассветную Тьму. Вспыхнув яркой линией он плавно заискрился на челе небосклона, направляя свой конец точно в глаза Аэлнуира. Волшебная Тьма рассыпалась, поддаваясь живительной силе Жизни. Авариэль внезапно с необычайной лёгкостью вскочил с алтаря. До этого момента он уже давно ничего не чувствовал, кроме щемящей сердце боли, однако свет, пробиваю туман боли проник в сознание Аэлнуира. Он ничего не видел, лишь тонкий, но невыносимо яркий луч света, который жжёг глаза. Авариэль попытался закрыть лицо руками, но ничего не происходило. Свет находился в душе авариэля. Но тут зазвучал тихий, но совершенно неземной голос. Казалось он был почти материальным, он как будто проникал всё дальше в душу юного авариэля, за мгновения постигая жизнь эльфа.
- Я дарую тебе жизнь, которую забрало у тебя стремление помочь другим. Я дарую тебе свои силы, веря, что ты умеешь ими воспользоваться. Ты теперь часть меня. Я несу ответственность за существо, котрое вернул к жизни из небытия. Я очень надеюсь, что ты оправдаешь мои надежды. Помни, утеряв веру в Божество ты потеряешь всё, что это Божество тебе даровало. Используй данное тебе мудро, ибо любой поступок умышленно и беспричинно направленный во вред невиновным и слабым лишит тебя всего того, что ты имеешь.
Голос исчез, а луч потерял своё прежнее сияние, однако сохранился в душе авариэля божественным светом Латандера - Бога Утра, Молодости и Обновления.
Авариэль подпрыгнул с алтаря, совершенно забыв о переломе, как будто его и не было никогда. Свежесть переполняла тело и дух, хотелось лететь, лететь без оглядки, сколько хватит сил, лететь вдыхая аромат чистого небесного воздуха, лететь обгоняя птиц, лететь уподобившись Богам... Сильно оттолкнувшись Аэлнуир оттолкнулся от круглого алтаря, взмывая вверх, чтобы велететь через окно, даже не заметя, как крошечные кусочки стекла разбиваясь вонзались в плоть. Он летел, возвысившись над суетой просыпающегося города, а из его глаз струился настоящий солнечный свет, исходивший из глубин его очистившейся души - бесценный подарок Латандера.
Санти блаженно улыбаясь, понимая, что жизнь этого авариэля уже оправдала его пребывание в этом мире. Забирать жизни у нечести много проще, чем давать её.
Николас лишь устало вздохнул и украдкой улыбаясь больше для порядко пробурчав нечто вроде:"Оно Латандер конечно Всемогущ, но зачем же стёкла бить?.."

Много времени минуло прежде чем Аэлнуир научился использовать силы, дарованные Латандером. Он довольно быстро стал сильным жрецом, т.к. потенциал его оказался необычайно велик, но огромное неудобство оказывало проживание в городе. Авариэль, привыкший к пустоте гор, к тишине и покою долго не мог привыкнуть к ужасным на его взгляд темницам, в которых люди добровольно заточали себя, сам же он мог ночевать лишь с открытыми окнами в самой верхней комнате храма. Проживя пять лет он неплохо научился своим обязанностям, как жрец, однако всё ещё был практически не приспособлен к жизни в обществе людей. Он был очень доверчив, совершенно не знал цену деньгам и не видел в них ни малейшего интереса, расставаясь с ними необычайно легко, к великому сожалению Николаса. Аэлнуир не знал недостатка в пище и крове над головой, у него было всё необходимое, поэтому все деньги, что у него были он отдавал тем, кого считал несправедливо обделённым жизнью. Обмануть же его было фактически невозможно. Чуткое сердце чувствовало любую неискренность, он легко отделял добрые намерения от злых, инстинктивно зная кому его помощь действительно нужна. Но вскоре начальные знания были получены и фактически Аэлнуир стал полноправным членом храма. Но отношение к нему в городе было несколько неоднозначное. Он не любил злонравия, предъявляя много требований к человеку, который хотел с ним познакомиться, но в то же время никогда прямо не обвинял других в чём бы то ни было. Однажды случился такой случай, что он поймал вора, который убегал от стражи. Маленький мальчишка был невероятно тощим у худым, видно было, что он не ел многие дни. Жалость сжала сердце Аэлнуира и он схватив его за плечи взмыл с ним воздух так, что преследователи не заметели, что известный священник помог воришке избежать заслуженного наказания. Он отнёс его в храм, накормил и наказал вернуть украденные деньги туда, где он их украл. На следующее утро авариэль узнал у одного из знакомых констебелей, что денег в обворованный магазин не вернули. Аэлнуир погруснел и взмыв в родную стихию почти два дня кружил над городом, пока не увидел знакомую фигурку. Схватив за плечи уже не ребёнка, а вора он отнёс его в полицеский участок. Если человек в душе вор, то он не заслуживает снисхождения...
Но как раз в это время началось большое наступление нечести на Слекотати. Авариэль принял решение немедленно двинуться туда, чтобы помочь людям отбить атаки. Он вырил в свои силы, а Санти, изрядно постаревший безаппелиционно заявил, что отправится с ним. Авариэль и человек быстро добрались до болот...
Далее была череда сложных и тяжёлых битв с ходячей мертвечиной, но в битве авариэль был на высоте во всех смыслах. Он завоевал на Слякотати свою первую и надеюсь не последнюю боевую славу. В бою Аэлнуир действительно был прекрасен. В замечательной лёгкой броне, на которую был наложен "Непрерывный свет" и с коротким копьём (он называл его лучик) так же магически светящимся он летел, испуская из очей солнечные лучи. Светящаяся в ночи точка обрушивалась на толпы нежити, неизбежно прореживая её ряда, как Рок неизбежной окончательной смерти, как символ превосходства Света над Тьмой, как символ победы Жизни над Смертью.
Да, Аэлнуир заслужено получил немало почестей, благодаря своим способностям, однако именно на поле сражения он потерял своего единственного друга, который стал для него главной опорой среди смертных. Санти состарился и даже магическая сила не могла остановить это. Аэлнуир видел, как жизнь медленно утекает из чела друга и ничего не мог для него сделать. Санти сам прекрасно понимал своё положение. Он утерял подвижность и стал хуже контролировать своё тело, сознанием стала завладевать апатия и меланхолия, мир потерял краски.. Старик не может воздавать хвалу Богу Молодости. Пора было уйти на покой и жрец собирался сделать это с честью. Он стоял на границе поля, где шагнув ещё шаг он очутился бы в болоте. Магический свет возник вокруг фигуры жреца обращая на себя внимания ни одной пары злобных, жаждущих убийства глаз. Красные огоньки вспыхнули глубоко в тумане, обнимающем болота. Что-то быстро преближалось... Меч с приятным шорохом вышел из ножен Проведя рукой по преданной стали, приятной холодившей подушечки пальцев жрец сделал небольшой надрез на обеих ладонях. Из тумана уже показалось дюжина станных человекоподобных существ. Болотная грязь и тина покрывали всё их тело, однако Санти точно знал кто это такие. Вскинув над собой светящийся меч он воскликнул:"Именем Латандера! Обратитесь в пепел, как вам и положено судьбой!" Слова звучали громко и отчётливо, приобретая сокрушительную силу, благодаря дару Латандера, острее любого меча пронзая грудь выползших тварей. Девять из них, как подкошенные рухнули на землю, остальных навсегда успокоил острый и всё ещё не потерявший мастерства клинок Санти. Нанесённых ран он не чувствовал и грусно улыбнувшись он шагнул в тьму болота, уверенный, что никогда не вернётся обратно к людям, но зная, что поступает верно. Более его никто не видел.
Аэлнуир нашёл остатки нечисти и сразу понял что именно случилось. Вот уже полгода он находился в этой непрекращавшейся битве, которая закалила его дух, но всё-таки потери друга он вынести не смог. Далее находиться в Слекотати он не мог. Проведя три дня в тщетных поисках друга мучимый горем и одиночеством авариэль принял решение уйти. Но куда? Возвращаться в Геллу он не мог, т.к. там умер ещё один его знакомый - Николас, а без этих двух людей Аэлнуир не представлял себя в храме Латандера. С самой же Геллой у него отношения не сложились. Жизнь в городе была не приемлема для авариэля, а люди, живущие в нём относились с опаской к крылатому эльфу, как впрочем ко всему экзотическому и неизвестному. На него показывали пальцами, посмеивались над его принципиальностью и дети самым наглым образом постоянно вырывали перья из его красивых крыльев.
Что оставалось авариэлю делать среди людей? Он познал их жизнь и всё чаще в своих грёзах возвращался к своему дому, где о нём наверняка ещё помнят. Он понял, что Смерть - дар или проклятие людей, отделяет человечество от эльфов. Бессмертный должен быть со своими сородичами, ибо люди недолговечны на этом плане. Нужно вернуться, вернуться домой, туда, где ждут те, кому Аэлнуир всё ещё близок и дорог...
Kopcap
офф-топ, ну да ладно. Моя самая первая квента для ФРПГ. Проводилась эта игра на каком-то израильском форуме для художников, само собой, правил никаких тогда не было, чистая словеска. О системах вроде ДнД на том форуме не слышал никто - даже сам ДМ smile.gif
Квента передаётся точнейшим копи-пастом, со всеми синтаксическими подробностями.

"Привет ГМ!
Maley, я хотел бы быть бардом... Зовут меня Лирон. Я умею петь песни,
повышающие удачу и мораль. Мой отец был циркач, а я в том же цирке был
гимнастом.
Там же у нас были весьма одарённые музыканты, у которых я и
научился играть на гитаре и арфе. Но в однажды на наш цырк напали, и многих
увели в рабство...В том числе и моего отца... Но я не теряю надежды отыскать
его. Я много путешествовал и научился пользоваться луком и коротким мечём,
которые мне достались от отца. Денег у меня немного, но на жизнь хватает,
т.к. я всегда могу подработать не только своим умением петь и выделывать
акробатические трюки, но и имением метко стрелять."
EVILMOUSE
Моя с Визардом любимая квента, в том или ином варианте сколько раз слышали:
"Моих родителей замочили злые дяди, когда я был еще совсем маленький.
Затем меня подобрал добрый китайский дедушка. Научил всему, что я знаю и умею; дал все, что у меня есть. Потом отпустил и сказал: "Иди, и не твори зла... Если сможешь!" rolleyes.gif
Mak
Ну раз уж эту тему еще не закрыли есть пример квенты: кратко и без геройств. Меня почемуто ну оч.крутые и очюгерои смущают. Какие-то они не настоящие.

Квента.

Мет(Метрим) родился в семье слуг. Его родители были потомками слуг и т.д. Мать – горничная, отец – садовник в доме у довольно влиятельного торговца с далеко идущими интересами. Свою трудовую деятельность начал как мальчик на побегушках, сначала при кухне, а после и при хозяине (Гн Сэмюэле). В какой точно момент поручения приобрели щекотливый характер, Мет не помнит. С начала отнеси, так чтоб тебя не видели выходящим и входящим в дом, а потом сходи туда-то, отдай тому-то, да еще чтоб тебя не прирезали. Слуги не задают лишних вопросов и тем более не лезут в корреспонденцию хозяина, Мет был потомственный слуга.
Но его все больше и больше смущало обилие тайн и партнеры господина. Когда ему уже доверяли поездки в другие города, с сопровождением конечно в виде мускулистого дядьки, фортуна повернулась к нему задом. Его поймали, изъяли господскую корреспонденцию и…, но нет не убили.
Большой и важный дядя с правительственными полномочиями долго рассказывал какой Гн Сэмюэль гад, грозил четвертованием, показывал послание, которое нес Мет, говорил, что тот торгует людьми (в это мире подобное не законно), продает оружие оркам и т.д. Большому дяде удалось перевербовать Мета, в обмен на обещание скоро разоблачить гада Сэмюэля, и конечно же обеспечить безопасность престарелых родителей.
Что ж мир жесток, Сэмюэля в скором времени убрала тайная полиция, родителей Мета - компаньоны Сэмюэля. Самому Мету удалось скрыться. Сейчас он бродит в другом городе и собирает слухи для большого дяди – начальника тайной полиции.
Letopisec
Не так чтобы очень, но если подлиннее расписать, получиться весьма даже ничего. (Подлиннее - диалоги, примеры сцен)...
Mak
Да, диалоги и примеры - это хорошо, когда читаешь первый раз приятно. Но потом хочется иметь под рукой "выжимку" для удобства. Да и оч.занятно выходит, когда у человека письменная и устная речь сильно различаются: опишет он диалоги персонажа, а как говорить начнет все по-другому. Я - как раз такой пример. Так что манеру говорить, свойственные выражения и т.п. стараюсь в квенте не трогать, а оставляю для игры.
Mak
С диалогами, так с диалогами. Мример квенты для монаха. Я так понимаю, что монах - интроверт по большей части, и полезно обосновать его доктрину именно изнутри.

Квента.
Посреди круглой залы сидели послушники монастыря Великого Равновесия. У этого помещения был высокий сводчатый потолок. Стены и свод состояли из светло серого камня. Если присмотреться, то вдоль стены шла тонкая полоска резьбы, довольно красивой в своей строгой простоте, она была единственны украшением помещения. Приятный майский ветер, несущий запахи цветущего монастырского сада, влетал в высокие стрельчатые окна. Решеток и витражей на них не было, равно как и стекол.
«Любая самоорганизующаяся система стремится к состоянию равновесия наиболее вероятному своему состоянию. Следовательно, мир – боги, наш монастырь, другие измерения, все вместе взятое – стремится к этому состоянию и это для него самое устойчивое состояние» - говорил престарелый монах с сухощавым, отдающим синевой, лицом.
«Простите, учитель Лло, но ведь известно, что боги творят то, что захотят с миром. Они могут перевести его в любое угодное себе состояние» - произнес подросток, поднявшийся из группы послушников, сидевших на полу в зале.
«Если бы ты, Брэндан, твердо усвоил бы, что наставника не перебивают, то дослушал бы до конца и понял без лишних вопросов. Чтоб твой разум и тело были чище и ты усвоил наконец это простое правило, ты будешь соблюдать пост месяц по 3-ему разряду. Сядь» - было ответом выскочке.
«Да, боги могу сместить равновесие в части бытия на какое-то время, люди тоже могут, но в меньшей степени. Это потребует усилий от них и вызовет процессы, компенсирующие их воздействие. Когда, я говорил МИР, то говорил обо всем сущем» - на последних словах учитель Лло сделал ударение.
«Когда происходит смещение от равновесии и обратный процесс, то мир трясет. Завоевательная война, потом освободительная. И то и другое кому-то принося смерть и горе, кому-то радость победы, в целом же ничего не меняется. В таких событиях тратится множество энергии участников и все в пустую. Истинная цель человека – проникнуть в суть равновесия, понять его и его придерживаться в своей жизни. Его действия могут быть направлены на что угодно, но когда они не нарушают равновесия, то более рационально расходуют его силы. Следуя этому принципу, человек сможет достичь большего…» - продолжал вещать Лло со своей кафедры. В это время раздался глухой звук падения, это свалился заснувший послушник-выскочка. От удара об пол он проснулся и быстро принял надлежащее положение. Лицо наставника не приобрело новых выражений.
По окончанию наставлений послушники встали, стали скатывать циновки. «Еще месяц поста, Брендан» - прозвучал голос Лло.
«Да, может эти посты и очищают разум, но вот тело они точно вычищают – размышлял подросток лет 14 по дороге в келью – В соответствии с принципом равновесия, сколько в тебя, Брендан, входит, столько и выходить должно. А тут явно входит меньше, чем выходит. Если и дальше я буду очищаться, то на занятиях и работах начну не засыпать, а падать в голодный обморок».
В углу трапезной постоялого двора сидел мужчина на вид лет 20-25, одет он был просто: рубашка с какой-то маленькой нашивкой, которую ни кто не мог разглядеть в свете редких свечей, штаны, сапоги, довольно потертые, и пояс из толстого широкого куска кожи. Его темно-русые волосы, заплетенные в косу, были не обмотаны вокруг шеи как обычно в дороге, а за спинку стула. Рядом стоял посох, нижний конец которого, покрытый дорожной пылью, был изрядно разбит и стесан.
На столе стояла кружка с уже остывшим бульоном. Сам мужчина, погруженный в раздумья, уставился на, горящую, на столе свечку. Сейчас он вспоминал майский день десятилетней давности и наставления Лло. Сетования маленького Брэндана на монастырские посты и быт уже забылись.
«- Учитель, если равновесие наиболее вероятное состояние сущего, а самое вероятное состояние – это полный хаос, его же можно достичь в большем количестве вариантов, чем некий порядок, то почему мир не в хаосе, почему существуют законченные формы, тела, материя и энергия разделены?
- Это выглядит так в рамках нашего понимания, в масштабах же всего сущего это не большое и кратковременное отклонение от полного хаоса, который действительно наиболее вероятен.
- Так значит отклонения от равновесия, совершаемые нами, настолько малы, что не смещают мир от его равновесия? Значит, в нашем мире может остаться только добро или только зло или только жадность, и для нас это будет почти вечностью?
- Нет. Мы слишком слабосильны, чтоб это сделать и поддерживать. Попытка равносильна строительству дома на зыбучих песках. Такая же бесполезная.
- А с точки зрения стремления к равновесию, надо стремиться к разрушению порядка?
- Запомни, Брэндан, «Хаос – есть наиболее вероятное состояние сущего. Но хаос не мотивированный, а возведенный в ранг закона». Запомни и иди. Ты смущаешь умы послушников своими мыслями и речами. Если поймешь - приходи, если поймешь, что никогда не сможешь понять – тоже приходи, если поймешь и не сможешь принять – не приходи. Возьми эти вещи и иди».
Человек, смотрящий на свечку, вернулся мыслями из событий трех летний давности в настоящее и продолжил: «А если просто не допрешь – сиди и д-чи! Да, постоялый двор – это тебе не зал для мидитации. Мудрено меня говорить научили, хоть в университет подавайся, а вродную деревню уже не вернуться - чужой я теперь там».
Karmak
Молодой чародей.. молодой но уже заимевший за своими щуплыми плечиками тяжелый мешок горького жизненного опыта.. Да, тогда в казалось бы таком не долеком детстве он мечтал каким он будет могущественным волшебником.. Он бредил этой идеей и родители, зажиточные торговцы, решили что это судьба..

..на шестой день рождения он даже получил в подарок миниатюрную симпатичную мантию и резную палку, символизировавшую посох чародея.. с тех пор он ходил только в этом облачении... все знакомые, соседи и родственники решили раз и на всегда, что перед ними будующий архимаг Университета высокого волшебства.. и никто и никогда не ставил данную аксиому под сомнение..

.. мальчишка был одержим своей идеей.. он бредил нею во сне и на яву, холил ее и лелеял, он стал лучшим учеником в воскресной школе, в которой дети получали начальное образование, он перелопатил местную библиотеку и перечитал по 10 раз все книги в которых были хотя бы какие то упоминания о магии о волшебниках.. он становился тенью любого мага которому выпадал случай заглянуть в маленький провинциальный городок и вот...

..пришел возраст, когда подростков родители начали отдавать в ученичество к наставникам - представителям разнообразных пофессий того времени.. они с отцом тоже собрались в путь.. они направились в большой торговый город, туда куда по слухам отправлялись все кому нужно было найти мага, в надежде, что найдется какой-нибудь магик, которому понадобится подмастерье, который сможет обучить его основам магии и впоследствии сможет представить паренька в Университет как своего протеже..

.. да, о да.. они нашли его.. молодой харизматичный эльф.. он был одет как настоящий волшебник.. он умел надевать новые лица, пускать молнии...у него была невероятный ковер-самолет.. он произвел фундаментальное впечатление и на мальчишку и на отца.. и когда на прозьбу взять первого в ученики он согласился легко и без всяких там финансовых моментов ( в отличие от предыдущих встретившихся им чародеев), обрадованный отец только и смог что поцеловать своего отпрыска и пожелав ему удачи оставить его наедине с будующим наставником...

И вот началась настоящая жизнь.. настоящая, без малейшего сходства с теми сказочными историями, о которых он слышал, которые вычитывал в гродской библиотеке... настоящая, сплошь и рядом состоящая из мыться посуды, рубки дров, готовки и другой рутины о которой эльф-наставник вспоминал только когда отдавал юнному подмастерью очередные распоряжения, приправленные ударами посоха по хребту и башке.. для лучшего усвоения так сказать..

Время шло, мальчишка терпел.. делал все что ему говорили.. и ждал.. он ждал когда же начнется обучение.. ждал долго, но никаких намеков на что-либо подобное не было и в помине.. тянулись дни, месяцы, годы а все оставалось по-старому и вот однажды, мастер пришел пьяным с какой-то попойки.. он был на столько пьян что ни о каком волшебстве и даже простой взбучке можно было и не думать.. и вот тогда парень набравшись мужества (но зная что он в полной безопасности ;) ) спросил..

.. и что же он услышал? .. а то, от чего у него едва не случился сердечный удар.. его мастер оказался колдуном с врожденными способностями... он никогда не бывал в Университете и обучить его магии мог точно так же, как корова может научить цыпленка летать... его магия была ему подарком свыше, она была только его.. и поделиться ничем он не мог..

.. юноша не помнил как тогда сдержался от расправы над беззащитным эльфом, дурачившим его столько времени.... но он сдержался, он взял кое-какие деньги и отправился на поиски своей мечты.. наверное не бывает худа без добра, парень добрался до университета.. он долго бродил вокруг него.. он всяческими способами пытался попасть туда.. он таки добился встречи с архимагом.. рассказал свою историю.. и архимаг, проникшись его ситуацией, взял его в ученики..

.. но что же это.. вместо того чтобы начать долгожданное обучение ему выдали метлу, ведро и отправили... состояние граничило с безумием, гнев заливал глаза, он шел по пустому коридору, в одной руке метла в другой ведро с тряпкой.. но для него этот не хитрый инвентарь был пылающим огнем мечем и щитом с диаграммой дракона.. да, сейчас он был готов на все.. готов уничтожить любого.. все и вся что попадется на пути сметси их одним сильным натиском как пыль.... как пыль, которая сметалась сейчас метлой.. метлой, гарцующей сейчас по всему коридору в метрах пяти от юноши.. миг и пелена спала.. он стоял опустив руки, а от него к движущейся метле тянулись невидимые нити, и стоило мыслью потянуть за одну из них и.. он чувствовал, что не все еще закончилось.. наоборот, сегодня все началось, сегодня он тоже получил подарок свыше, и ему было больше не чему учиься в этих стенах, он больше никогда не вернется сюда, хотя и будет всю жизнь помнить этот момент...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ biggrin.gif
LifeEnder
Вот решил написать квенту.

Лайф родился в семье богатого дворянина, приближенного к королевскому двору. Он являлся вторым ребенком в семье и отчасти находился под постоянным присмотром слуг и учителей, которые и занимались его обучением. Впрочим это у них получалось не очень успешно. Все что за 5лет он выучил, так это основы счета, грамотности и большую жадность до денег . Будучи от рождения ребенком хорошо сложенным и сильным, в 11лет он был направлен на обучение в рыцарский орден. Проучившись там три, он был с успехом вытурен из ордена за непотребное поведение. После этого проишествия, родители опустили руки и бросили воспитание Лайфа, занявшись его подрастающими младшими братьями и сестрами. Прошалопайствовав при отцовском дворе еще два года, Лайф решил что пора браться за ум, а так как ума было немного, Лайф взялся за обучение воинскому искусству, пробившись в местную гильдию бойцов, незльзя не упомянуть что родители в этом помогли своему непутевому сыну оплачивая его прибывание в гильдии. В городе, где проживал Лайф, гильдия бойцов была своеобразной и необычной. Это было очень закрытое заведение, учиники не выпускались за врата гильдии, которая находилась за городом, во все время обучения. Находясь на последнем, уже неоплачиваемом году обучения, Лайф получил в свое владение кольчугу, щит и длинный меч, выдаваемые гильдией каждому выпускнику их школы. Сдав последний "экзамен", и подписавшись под членством в гильдии и обязаностью выполнять взятые контракты, Лайф вышел на свободу. Отправившись в город, он узнал, что примерно месяца три назад его отец был обвинен в казнокрадстве, предательстве и прочих махинациях, что кстати отчасти являось истиной. Отец и мать были незамедлительно казнены на главной площади, а остальные дети разбежались неизвестно куда. Лайф узнал только что его старший брат отправился на корабле куда-то, а младшая сестра закончила свою жизнь на улицах этого города. Порассуждав о положении вещей, новоиспеченный воин взяв все свои деньги, которые за 5лет давал ему отец, а Лайф их со свойственой ему жадностью копил, послал всех и вся в этом городе к чертям отправился в свободное странствие...
Liel
Скучно мне, скучно... smile.gif

Дедушка всегда говорил что важнее всего в жизни верность и честь. И ещё долг. Кэя верила ему безоговорочно. Для неё магистр ордена Распахнутых Крыльев был едва ли не богом, в которого она кстати никогда не верила. Для неё бог был запахом благовоний в храме, и длинной, занудной речью амения. А вот дед, тот был карающей и милующей рукой. Учителем, и наставником, куда ближе отца. Тот кстати, был слишком занят своими обязанностями, и "долгом ордена". И уж точно куда ближе нежно-сдержанной матери, которая целый день склонялась над вышивкой, и почитала молчание вышей женской добродетелью.
Кэя вышивку ненавидела, и обожая болтать, часто приводила женщину в благоговейный ужас своим вмешательством в любой разговор.
А вот старый магистр почитал внучку бойкой, и смышлёной. Возможно он даже предпочитал её рождённому гораздо поже внуку-гордости отца.
Старик учил девочку книжной премудрости, и политике. Управлению замком которому она никогда не могла стать хозяйкой... Но никогда, сколько бы она не просила, не оружному бою. Оружие-не женское дело, так он говорил, и был в этом непреклонен.
Возможно Кэaрина выросла бы другой, такой, какой подсказывала ей быть бунтующая душа, но огорчить дедушку, было выше её сил.
Когда родился Теолан, ей было 14, и для неё появление брата прошло бы незаметно, если бы не отец, принявший за обычай хвалиться сыном. Хвалиться, по правде было нечем, так как мальчик был тихий, какой-то испуганный, но он был всего лишь маленьким мальчиком, а как полагал отец остальное решает воспитание.
В день когда Кэи исполнилось 16, она стала женой одного из рыцарей. Пара была завидная, красивая, доставила удовольствие обоим сторонам. Кея не питала к мужу ничего кроме отвращения, но он об этом никогда не узнал, да и не старался. Замок был достаточно большим, чтобы не встречаться лишний раз, что думает о нём жена переставало волновать его как только она пересекал порог спальни в обратную сторону.
Через 12 месяцев Кея родила мёртвого ребёнка. И это принесло ей только облегчение. Она не понимала что она здесь делает, не понимала что происходит... Жизнь шла как в тумане. Она не могла поверить что бледный комочек который опускали в могилу был её сыном. Единственное, что пробивалось сквозь пелену равнодушия, был тот факт что ей нельзя теперь сидеть с дедом, разве что на другом конце стола на семейных обедах.
Она приходила всё равно. Ночью, когда в замке гасили огни, скользила белой тенью через лепной балкон в окно библиотеке двумя этажами выше, и знала что он там будеt. Он молчаливо потакал этому нарушению всех приличий, а она утыкалась лицом в его колени, и рыдала, позабыв о гордости, пытаясь выплакать какое-то огромное, ей самой непонятное горе. Магистр гладил растрепавшиеся волосы, и она потихоньку успокаивалась, и уходила обратно, так и не сказав, не услышав ничего.
Потом он умер. От старости, и она знала что ему долго пришлось просить чтобы её пустили к нему, но её пустили, и она сидела, сжимая сухие пальцы пока из них не ушли остатки жизни. А он вновь не сказал ей ничего на прощание.
Потом была война. Отец не смог ужиться с требованиями короля, орден вышел из под его руки, и разумеется Его Величество не оставил это так. Тогда ушли все мужчины, но Кея этому только обрадовалась. Хозяйкой замка осталась мать, а ей не было дела до того, чем занимается дочь. Слишком много на неё свалилось.
И орден проиграл битву. Оставшиеся в живых держали оборону в одной из пограничных крепостей, а замок ордена подвергся осаде, не в силах не сдаться, лишая воинов последней надежды, не отбиться с тем жалким количеством мужчин которые остались у него в распоряжении.
Осада продолжалась 3 года. Еда закончилась на втором. Ещё год они умирали. Медленно, и беззвучно, чтобы не дай бог дошла до держащихся ещё рыцарей страшная весть.
А она вдруг начала жить. Потому, что надо было накормить оставшихся в крепости, потому, что мать заболела зимней лихорадкой, и все смотрели на неё, а она была хозяйкой этого замка мёртвых и умирающих, и это было неимоверно тяжело, но она каждое утро благодарила бога, в которого так и не поверила, но который был единственным в кого оставалось верить после смерти деда, за то что она ещё жива, что дышит. В ней вдруг проснулось жадное желание жить, сознание что ей 19, что она должна, что у неё так много...
Тяжелее всего была смерть брата. А потом, отец велел людям сдаваться. И осада была снята.
Они переехали в полуразвалившийся домик на задворках города. Она, отец, сошедшая с ума мать, и потерявший в битве зрение муж. То, что оставила ей война, и то, что было ей совсем не нужно. Она была живая, горячая, такая молодая... Они принадлежали прошлому. А она хотела будущего. И знала что его надо создавать своими руками. Она должна была кормить свою семью, и кормила, открыв лавку.
И ещё исполнила своё давнее желание, потребовав у отца учить её драться. А он, превратившийся в старика с телом воителя больше не протестовал. Её слово теперь было главным в доме. Она училась так же жадно, как жила. И скоро стала делать успехи. Теперь отец и сам гордился её достижениями.
В дом зачастили мужчины. Войны, они стояли под стенами её замка, они видели как она уходила из него, и хотели смотреть на неё и дальше. С ней было интересно, она понимала о чём они говорят, она умела отвечать, вызывая их восхищение остротой языка и излишней для женщины прямотой. Они не понимали что приковывает её к старой развалюхе и искалеченному мужу.
А её держали честь, долг, и верность. Врезный в память голос деда, и его уверенные, тёплые руки.

Внешность:
Высокая, с тонкими, выразительными чертами лица. Чётко очерченные скулы и линия губ делают его немного высокомерным, но это впечатление исчезает когда она улыбается. Глаза большие, тёмно зелёные, с желтоватыми точечками на радужке и чуть приподнятыми уголками, придающими лицу чуть задорное выражение. Движения резкие, не всегда изящные. Волосы тёмно-каштановые, тяжёлые, она забирает их в тугую косу, до середины спины. Одета в свободную блузку, юбку чуть ниже колена с неизменными штанами заправленными в высокие, кожаные сапоги.
Динадан
Динадан. Человек. 20 лет. Из оружия при нём: Пара метательных ножей, лезвие, спятанное в носке сапога. Удлинённый кинжал, коим орудует в ближнем бою. Акробат, мастер по метанию ножей, вор.


Внешность: Волосы чёрного цвета, взлохмаченные, нечёсаные. Пронзительные, зелёного цвета глаза, ровный, с горбинкой, нос. Нет, о нвовсе не похож на кота, но некоторые чувства да инстинкты передались ему от матери. Например, он очень не любил воду, а чувство обоняния развито несколько больше, нежели чем у простых людей. Одет в джисовую куртку и штаны.

*Предистория*
История до банальности проста. Искра любви, той мимолётной и страстной, зажглась в глазах молодого мага. Он воспылал любовью к стройной, двадцатилетней девушке-каджитке (получеловек, полукот). Бурная ночь... а утро обнаружило мага спящим в поле пшеницы. Девушка исчезла*

Нет, магистр не мог оставить всё просто так. Едва он узнал о порочившей честь академии связи, он пришёл в бешенство, рвал и метал. Но он не мог не признать, что питал отеческую любовь к Уоллесу. Да, именно так он и поступит: заберёт ребёнка, лишь тот появится на свет.

По удачному (как для магистра) стечению обстоятельств, мать Динадана умерла при родах. Старый маг забрал ребёнка... он долгое время смотрел на личико младенцу: нет, он не смог так просто избавиться от него. Маг взял плащ, корзинку с ребёнком и выщел на улицу... шёл дождь.

*история*
В одну холодную, тёмную, грозовую ночь, закутанная в чёрный плащ фигура, с небольшой корзиной, парившей в воздухе, рядом с ней, появилась на крыльце ничем не отличающегося от остальных домишке, что стоял на отшибе небольшого поселения, что Нимбе зовётся. Громкий стук в дверь заставил содрогнуться небольшую крестьянскую семью, что сидела перед камином, за столом, и ужинала: отец, мать и их пятилетняя дочь.
Когда стук повторился, мужчина, пересилив страх, взял кухонный нож и направился к двери.
"К-то... кто вы?" - глава семьи заикался от волнения
"Неважно - ответила фигура - сейчас важен только он" Существо в плаще передало корзину дрожащему от холода (или страха) мужчине: "Теперь он - ваш сын" Быстрый прищёлк пальцами и туман поглотил ночного посетителя.
Ошарашенный крестьянин занёс корзину в дом и откинул плохо приткнутое одеяло. Под ним оказалась миленькая мордашка ребёнка. Любопытный взгляд зелёных глаз прошёлся по всем членам семьи, лицо озарило тихое блаженство...
Много долгих, счастливых, детских лет прожил зеленоглазый мальчик под крышей старого дома. С раннего детства отличался недюжинной ловкостью и остротой ума, слыл первейшим красавцем в деревне, на зависть остальным парням и на радость девушкам.
Но, вскоре, он, как и любой человек, с неутомимой тягой к странствиям и приключениям, отправился с котомкой и ржавым отцовским мечом в путь-дорогу, куда глаза глядят. В каждой деревне находил он кров и пищу, много красавиц писаных предлагало обвенчаться, много раз хотел остаться жить в одном из мест, но сердце, гнало его дальше и дальше, куда-то вослед солнцу...
Годы странствий... Несколько лет назад, когда свирепствовал страшный голод и никто не мог позволить себе приютить странника, нанялся он работать в труппу циркачей, бродивших по разным городам и странам, дабы зарабатывать на хлеб. Один из артистов, бывший военный, научил его метать кинжал и владеть мечом. Успешно проходили выступления за выступлением, много девиц приводил он в свой шатёр, жил не богато, но и не бедно. К тому времени он слыл известным метателем ножей и быстрым бегуном. Кошачьи глаза и некоторая мягкость, грация движений выдавали в нём родство с кошками. Что же ещё нужно сыну крестьянина для счастья? Ан нет, сердце рвалось, не находило покоя.
Снова он покинул обжитые места и направился в путь...
Rergards
Насчет внешности. Вот отрывок из "Как писать книги" Стивена Кинга:

"Я не слишком в восторге от исчерпывающих описаний всех физических характеристик героев книги и их одежды (меня лично инвентаризация гардероба раздражает; если мне захочется прочитать описание шмоток, я закажу каталог универмага). Мне мало припоминается случаев, когда приходилось описывать внешний вид героев моих книг - я скорее предоставляю читателю домысливать лица, телосложение и одежду. Если я вам сообщаю, что Кэрри Уайт - изгой школы с плохим цветом лица и одета как типичная жертва, вы ведь можете додумать остальное? Мне не надо описывать вам прыщ за прыщом и юбку за юбкой. Все мы помним школьных отверженных, и если я описываю свою, это мешает вам представить то, что помните вы, и затрудняет связь понимания, которая между нами возникла. Описание начинается в воображении писателя, но кончиться должно в воображении читателя. Когда дело доходит до этого, писателю тут везет больше, чем создателю фильма, который почти всегда обречен показать слишком много... при этом в девяти случаях из десяти застежку-молнию на спине монстра.
Я считаю, что место действия и текстура куда важнее, чтобы читатель действительно ощутил себя внутри книги, чем любые описания внешности участников. И я не думаю, что портрет должен быть кратчайшим путем к характеру. Так что избавьте меня, будьте добры, от героя с пронзительно-умными голубыми глазами я решительно выставленным подбородком, равно как и от надменно-высоких скул героини. Это все - плохая техника и ленивое письмо, аналог занудливых наречий.
Для меня хорошее описание обычно состоит из нескольких точно выбранных деталей, которые заменяют все остальное. Как правило, это те детали, которые первые приходят на ум. И они точно пригодятся для начала. Если захотите, потом сможете их переменить, добавить, убрать - это можно, для того и придумано переписывание. Но, думается мне, вы сами поймете, что почти всегда первые увиденные детали - самые лучшие и точные. Следует помнить (и чтение прозы докажет вам это снова и снова, если у вас возникнут сомнения), что перебрать с описаниями так же легко, как и недобрать. Если не легче."
Terros
Нашел одну из первых квент. Идиоцкая, правда... Но я повспоминал былое...Эх...)))

Андре Кюри, при жизни человек, не мысливший свою жизнь без животных. Потеряв родителей в раннем детстве, а они, надо сказать, были людьми не бедными, преуспевшими в экспорте вин за границу, Андре остался на попечительстве своей старой гувернантки.
Ракель Мари Лоран была очень странной женщиной… Хотя внешне она мало чем отличалась от прочих милых старушек, за глаза её называли ведьмой, прочили ей сделки с дьяволом. Причиной такого отношения к ней было…, а точнее 36, 36 черных котов и кошек, которых она собирала по всему Леону. Именно кошки были безраздельными хозяевами её тихой старости. Она отдавала милым зверькам всё, что у неё было: деньги, свободное время, даже иногда делила с ними еду и ложе…
Разумеется, когда у маленького Андре не осталось иного примера для подражания, он так-же накрепко привязался к любимцам старой Ракель.
Время шло, и вскоре молодой Андре остался один, унаследовав с совершеннолетием всё имущество родителей и… кошек, число которых к тому времени увеличилось чуть ли не в двое! Но Андре понимал, что это лишь капля в море бездомных животных города…
К 25 годам он решился на строительство самого большого в старом свете приюта для бездомных животных. На строительство ушли все личные средства Андре, кое что пришлось даже занять. Он продал дом, виноградник родителей… всё, что у него было.
Но недостроенный приют ударом молотка судьи съела бюрократия, так и не дав ему открыться. Молодой человек потерял всё, кроме своих кошек.
Но оказавшись на старых улицах ночного Леона, кошки, за которыми Андре следил и ухаживал столько лет, не бросили его и теперь пришла пора им позаботиться о своем хозяине.
Андре и его хвостатая гвардия понимали друг друга, как будто были единым целым. Коты понимали его без слов. Он понял это когда черный котенок по его желанию утащил с прилавка на рынке копченую рыбу и принес её хозяину.
Вскоре выяснилось, что его подопечные могут красть не только еду, но и деньги, и драгоценности… И, как оказалось коты могли не только красть…
Через два года по городу прокатилась волна зверских убийств чиновников и судебных исполнителей. Их находили ослепленными, всё тело было испещрено мелкими порезами, царапинами и укусами тонких, как иглы, клыков…
Разжившись на воровстве, Андре не думал уходить с улиц. Он понял, что здесь он – непобедим.
Власти ни в чем его не подозревали – ведь сам он ничего не брал, а кошки тянулись к нему, казалось, со всей Франции! Те, кто знал его – боялись, называя его «кошачьим королем».
Однажды ночью, пока он спал, к его хибаре, где он ютился по ночам, подошел человек в плаще. Он постучал и на сонные расспросы Андре ответил, что он просто Ночной странник, голодный и усталый… Андре пригласил его в дом, усадил за стол и предложил немного сыра и хлеба – всё, что у него было из еды. Но гость и не думал прикасаться к пище. Вместо этого он указал на стул напротив и, погладив распушившегося к зиме белого котенка, начал медленно и тихо говорить.
Человек рассказал, что за Андре давно наблюдает инквизиция, хоть и утратившая былую силу, но кинжал иезуита уже ждал его. Рассказал, что за ним придут, что это лишь вопрос нескольких дней… И что он пришел спасти Андре от забвения.
Окончив говорить, он встал положив руку на капюшан, скрывающий его лицо, желая снять его. В этот момент сквозняк, будто повинуясь чьей-то воле, сдул слабый огонек со свечи, и без того почти не разгонявшей мрак маленького домика.
Это испугало Андре. Он было дернулся разжечь свечу снова, но понял, что не может и пальцем пошевелить! Человек подошел к хозяину дома и ….
Андре умер в эту ночь… Но умер не окончательно. Он стал вампиром – полуночным обитателем улиц. Лицо его стало безобразным, голова облысела, нос впал, выросли когти и клыки. Андре больше не осмелился показаться на глаза ни одному живому существу, кроме своих кошек, которые, казалось, привязались к нему ещё сильнее.
Тот самый странный гость посещал его каждую ночь – всегда находил Андре, как хорошо бы он не прятался… Он рассказал ему многое: открыл истинное лицо мира, улиц и шикарных домов… Но он так и не открыл своего имени. И лица его Андре тоже так и не увидел.


Высокая, худощавая фигура в старом потрепанном кожаном плаще, надетом поверх балахона, черного цвета отгородилась от этого мира как только могла. Всё что можно было сказать об этом человеке при беглом осмотре – у него была плохая осанка, очень спокойный характер и умиротворяющий голос буддистского монаха. Движения его были плавны и медленны…
На руках у него самым наглым образом дрых огромный черный кот, время от времени вытягивая во сне лапы. У ног также крутились кошки, то и дело из-за темного угла нет-нет, да и высовывалась сверкающая глазами морда.
Liel
Иттак - квента.
"А кого народ полюбит,
Тот нигде не пропадёт..."



Литеррийка Вермена пришла в Отмэлу - тихий городок на границе с Литеррой - осенью. И сразу прославилась умением сварить нужное зелье, а ещё больше своей красотой. "Ведьма" - добавляли уже шёпотом, да и кому какое дело, если травка от зубной боли позволяет забыть о ней надолго? И нет ничего удивительного в том, что Армон, зажиточный земледелец и отец порядочного семейства, зайдя за мазью для больной поясницы своей жены, зачастил и после. Почему темноволосая красавица отдала свою благосклонность приземистому, светловолосому потомку имперцев, объяснить было невозможно, но он ничего ей не обещал, а она не просила. Два месяца пролетели быстро, а на третий Армона стала заедать совесть. Да и любовница вела себя более чем скрытно, и Армон, решивший по началу что у него есть соперник, стал подозревать, что девушка впуталась в нехорошую историю. Лёгкая связь стала обузой. Когда Армон сказал об этом Вермене, та указала на дверь. Он вышел почти с облегчением. Больше дел в городе у него почти не было, а работы дома навалом, и он не часто наведывался в Отмелу, а когда приезжал, проходил мимо тёмной улочки в которую сворачивал прежде...
Прошёл год. Армон и думать забыл о маленьком грехе, и меньше всего открывая ночью дверь, в которую кто-то упорно стучал, ожидал увидеть там Вермену. Девушка сунула ему в руки свёрток, сказала "Иттак" и скрылась в темноте. А мужчина остался гадать, не привиделось ли ему это, пока свёрток громко не расплакался. На плачь вышла наружу и жена, и увидев светловолосого младенца и жалкие попытки мужа объяснить всё, только рассмеялась, и поинтересовалась как зовут ребёнка. Армон ответил - "Иттак". Сэлина решительно заявила, что уж ещё одного ребёнка они прокормят, и послушав требовательный, и на удивление мелодичный плачь, улыбнулась - "И в правду Иттак (иттак - жадный)". С тех пор никто не видел чтобы она отличала его от своих семерых сыновей. А он был на шесть лет младше младшего из них.
Сыновья Армона так и не приняли в семью нового "брата", хотя особой неприязни к нему не питали. Так же и их отец, который умер через двенадцать лет после появления на свет младшего сына. А ещё через год Иттак вежливо попрощался и ушёл из дома, о чём жалела одна Сэлина. Иттак не жалел. Он был привязан разве что к матери, да и к той скорее питал благодарность. Но Сэлина была уже в почтенных годах, жила у старшего сына Джервона, и в приёмыше не нуждалась. А ему хотелось найти своё место в жизни. Он не видел его в почтенных профессиях своих братьев. И для этого перебрал все "непочтенные". Но об этом, по его словам, "рассказывать не интересно". Неброский, светловолосый и светлоглазый (их цвет определить крайне трудно), не высокий, он обладал удивительно незапоминающейся внешностью, но красивейшим, мягким, вкрадчивым, и скорее мелодичным чем звонким голосом. Правый уголок губ, чуть скошенный тонким шрамом, привлекал внимание собеседника к его словам. Первые из его песен стали гулять по Четырёхлистнику ещё когда он пережил свою пятнадцатую зиму. К 37 зиме не было человека, который не слышал бы о нём. Для всех он был известнейшим бардом, его песни пелись везде, везде он встречал тёплый приём... И лишь немногие знали в нём самого высокооплачиваемого наёмника Четырёхлистника. Нет, он не был убийцей (хотя и не считал подобное трудновыполнимым), и результаты его работы не были заметны кому-то, кроме того кто знал каким должен быть результат. Ну кто связывает барда с восстанием моряков в портах? Тем более, что через два дня оно погасло само собой. В чём его вина, если член Собрания покончил с собой, доведённый до отчаяния всеобщей неприязнью? Как не странно, у него появилась какая-то особая неприкосновенность. "Сегодня пользуюсь я, завтра - ты. Всё честно."- таково было молчаливое соглашение многочисленных заказчиков. Тем более, что красноречивый бард оказался более чем молчаливым исполнителем. Не болтали лишнего и работодатели. Лучшим подтверждением этому был возраст барда. Хотя некоторые усилия к этому Иттак, конечно, прилагал.
Он мог быть богаче многих, но ненавидел таскать с собой "лишние тяжести", и всё им заработанное обретало своё место в руках Сэлины, доживавшей свой 75 год. Её радовали и такие знаки внимания сына. С тем что заходит он крайне редко, она смирилась, и очень гордилась "своим мальчиком", не пытаясь узнать откуда на него "падает" золото. Иттак появлялся как вихрь - засыпал мать, Джервона и всю его семью дорогими подарками, оставлял деньги, и снова исчезал надолго. Похоже ему нравилась беспорядочная, жадная - под стать его имени - жизнь. Он пытался выжать из неё всё. Хотя бы до того момента, когда медленно ослепляющая его с детства болезнь, закончит свою работу. Об этом, впрочем, тоже никто не знал...
Вик
В связи с немалыми трудностями в процессе создания нижеприведённого текста, хочу попросить о помощи, вернее - ценном совете, касательно того, кто и что улучшил бы, дополнил, убрал или заменил?

Цитата
Эмиль.
Каитифф


Родился в Сан Франциско, все родственники живут там, сам снимает квартиру в Лос Анжелесе. Работает секретарём и немного переводчиком. Языки перевода английский-немецкий-английский. Состоит в любительской страйкбольной команде.

В отличие от большинства вампиров, Эмиль сильно привязан к своему человеческому прошлому. Он продолжает оценивать свои и чужие поступки в соответствии с личным представлением об этичности. Возможно, странным, но у каждого свои тараканы, не так ли? Эмиль не из тех, кого обычно выбирают для становления вампиром, но за него всё решил случай. Он бывает очень нетерпим к проявлениям чужой глупости. Может, потому, что своей хватает?
Несмотря на то, что в целом Эмиль скорее любит людей, в частности это правило имеет немало исключений – и уж всяко не подлежит публичной демонстрации. У него пока нет никаких конкретных целей и задач. Да и не до них – выжить бы.

Молодой человек среднего роста с короткими тёмными волосами. Джинсы и рубашка. По надобности – куртка разной степени лёгкости.

Эмиль засунул руку в карман. Ключ зацепился за подкладку – давно надо было зашить это место. Краем глаза юноша заметил человека, с которым что-то было не в порядке.
- Прошу прощения, Вам нехорошо? – может, он просто не совсем трезв, а может ему действительно плохо, в таких случаях лучше перестраховаться.
Впрочем, неизвестный не стал смущаться в разрешении своих проблем – сильные пальцы схватили Эмиля за плечо, рывок и…
…«Жизнь, жизнь никогда не меняется», - всплыла в голове совершенно неуместная мысль. Кажется, что-то все-таки изменилось, но жизнь – жизнь не изменила своему владельцу. Было плохо и.. «Какого черта я тут делаю», - сформировалась новая мысль. Эмиль приподнялся, - и приопустился обратно. Что бы и где он ни делал, но это что-то было вредно для здоровья. К тому же темно было – хоть глаз выколи. Молодой человек попытался нащупать стену или что-нибудь ещё и тут до него дошло: в кармане должен быть телефон. Если его не банально ограбили, то свет у него есть. Телефон был на месте и демонстрировал своему владельцу два полученных сообщения, кучу пропущенных звонков и пять пропущенных дней. Звонили ребята из команды – и с работы. Ну да, сегодня понедельник, он должен был выйти. Одно из сообщений как раз это и хотело ему сообщить. Второе жаловалось, что его отправитель забыл отдать Эмилю аккумулятор и теперь не знает, когда сможет занести. Выкрутив подсветку на максимум, юноша определил, что находится в подвале и потихоньку двинулся к выходу. Подвал оказался расположенным в том же доме, где Эмиль жил, так что осталось вытащить из кармана ключ – проклятая подкладка ещё немного порвалась – и подняться на второй этаж. Где молодой человек и отрубился прямо в коридоре.
Когда через три дня Эмиль вышел на улицу, голодный, запутавшийся, откровенно не понимающий, что с ним, с солнцем, миром и вообще – ему повезло. Не первый – и, будем надеяться, - не последний раз. Встретившийся ему по дороге собрат понял, что происходит с юношей до того, как тот сорвался – помог, кое-что, совсем немного, объяснил – и направил к князю.
lina_lin
Мне очень нравится этот персонаж.
Хоть это и не правильно, выкладывать его даже до начала игры, но все же:


Джон Хок. 33 года. Амбициозный молодой ученый. Весьма симпатичный, высокий, стройный, волосы темные, короткие, глаза серые. Носит очки.


"Здравстуй, мама. Жаль, что ты не дожила до этого дня. Сегодня я сделаю то, что может прославить меня в веках. А может и не прославить, это уж как повезет. Ты знаешь, я очень давно к этому готовился. Возможно, даже когда ходил в школу, и меня били эти идиоты из футбольной команды, я уже чувствовал свое предназначение. Я знаю, ты хотела, чтобы я стал учителем, как ты. Прости, я не оправдал твоих надежд. Кто знает, может меня когда-нибудь и пригласят прочитать лекции по физике в какой-нибудь институт, но это никогда не станет моей основной деятельностью, прости. Ха! А папу я разочаровал еще больше. Он-то хотел, чтобы я стал юристом. Ты там передай ему, что юриспруденция никогда меня не привлекала, и его попытки водить меня на заседания суда, где он был адвокатом, только убедили меня в том, что это занятие далеко не самое благодарное, хоть и высокооплачиваемое. Понимаешь, мама, деньги это не то, чего я хочу от жизни. Я хочу, чтобы обо мне помнили всегда! Так же как мы помним Архимеда, Аристотеля. Так же как будут помнить Ньютона и Эйнштейна. Понимаешь? Нет, наверное, не понимаешь. Но это и не важно. Я уже не маленький мальчик, чтобы ждать от тебя понимания. Я не жду его ни от кого.
Как ты знаешь, я пошел в Масчусетский Технический Университет, чтобы стать ученым, физиком, где я и познакомился с Фредом. Тогда он был аспирантом, таким же как и тысячи других. Но его идеи были настолько революционны, что они поразили меня. Ты помнишь, я тогда пропал на месяц, не звонил, не писал. Я не рассказывал тебе никогда, но именно в тот момент мы поняли принцип, как наше изобретение... Нет, все-таки изобретение Фреда... должно работать. Да, я буду честен с тобой. Хотя бы с тобой, мама. Это было полностью изобретение Фреда. Он изучал биохимию человеческого организма. Он придумал эти препараты, он эксперементировал на крысах, которых я терпеть не могу. Но я, я! сделал ему эту машину. Без меня эти крысы умирали не просыпаясь. Без меня они покрывались трупными пятнами заживо, пока их сердце еще билось. Да, не будь меня, Фред нашел бы другого физика. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы соорудить что-нибудь подобное. Но это бы я, мама. Я! и это мое имя останется в истории!
Жаль, что ты не до жила до того дня, когда мы открыли наше предприятие, ты бы порадовалась за нас. А может и хорошо. Знаешь, мне пришлось продать наш дом, чтобы у нас были деньги на то, чтобы снять офис, соорудить несколько камер, закупить реагенты. Одна реклама, знаешь, во сколько нам встала? Так что мне теперь приходится жить в офисе. Ничего не поделаешь, все ради науки. Ради славы. Фред впрочем, тоже продал свой дом, но он живет у своей девушки.
Кстати, помнишь девушку, с который я встречался на первых курсах? Вики. Я ведь даже хотел сделать ей предложение. Но я так сильно ушел с головой в наш с Фредом проект... Сначала она шутила, что у нас с ним любовь сильнее, чем у нас с ней. Потом стала ревновать не на шутку. Несколько раз мы серьезно поругались, и я ей сказал, что, да, проект мне важнее, чем она. Она ушла. А я думаю, что был прав тогда. Ну поженились бы мы, может она бы даже родила ребенка. Что потом? Она ведь требовала бы внимания, участия в семейной жизни, требовала бы, чтобы я ездил с ребенком в походы, чтобы показывал ему как играть в бейсбол. Она отвлекала бы меня от дела всей моей жизни. Да, я был прав. Она этого не поняла. А может поняла, и потому больше не появлялась.
Да, мама, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Конечно, у меня были еще девушки. Некоторые даже влюблялись в меня. Но ни одна не была бы достойной женой ученого. Поэтому я всем говорил тоже, что и Вики. Некоторые понимали и уходили сразу, как только дело было сделано. Некоторые считали, что я так заигрываю, и пытались заводить со мной серьезные отношения. Но таких я очень скоро убеждал, что ничего не получится. Ты скажешь, что это было грубо? Да, наверно, но иначе было нельзя.
Потому и друзей у меня нет. Даже Фреда я не могу назвать другом. Партнер. Напарник. Но не друг. Более того - соперник.
А теперь я тебе открою страшную тайну. Я решился. Знаешь, очень тяжело было принять такое решение. Ведь я оставлю все Фреду. И он будет тем человеком, которого запомнят. Меня запомнят тоже, но он будет, как бы, главнее. Пусть. Но когда он умрет - я еще буду жить! А следовательно, когда мы проснемся - я смогу всех убедить, что это моя идея, а он только помогал знаниями по медицине. Представляешь, мы просыпаемся, он уже умер, и все спрашивают меня - ну, и как оно работает? и тут я говорю - да ничего сложного, основная идея в том-то и том-то. И тогда все ахнут, и сразу переделают все учебники.
Я уже знаю, сколько каких препаратов надо. Я уже сделал систему, которая будет поочереди вводить препараты мне в кровь без моего участия, и при этом не будет мешать работе капсулы. А как только капсула закроется ничего уже будет не изменить. Я отправлюсь в будущее, оставляя Фреда в прошлом.
Знаю, мама, ты бы не одобрила этот поступок. Но я, как уже писал, большой мальчик, и не нуждаюсь в твоем одобрении.
Как мы с Фредом договоривались, деньги, что нам заплатили клиенты, мы поделили поровну. И свою часть я передал в финансовую компанию, чтобы они грамотно распорядились деньгами. Так что если не случится глобального катаклизма, после пробуждения я буду очень богатым человеком. И это тоже греет мне душу.
Ладно, мама, скоро придет обслуживающий персонал, а следом клиенты, а мне еще нужно уничтожить это письмо, чтобы оно не попала в руки другим людям. Сегодня все свершится.
Спасибо, что выслушала меня,
Всегда твой любимый Джон"
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.
Форум IP.Board © 2001-2018 IPS, Inc.